Побег на Крайний Север - Валерий Павлович Лаврусь Страница 15

Подрядчиком по строительству межпромысловых автодорог для Северной нефтяной компании являлась организация с экзотическим названием «Латдорстрой». Нет-нет, это были не потомки латышей, переселённых Сталиным. Это были обычные граждане тогда ещё немножко советской Латвии. Деньги в Сибири платили. Правда, по тем историческим временам уже год как никто никому не платил: в стране начинался этап накопления первоначального капитала… Читайте Карла Маркса, там всё написано…

Так вот. Подрядчику требовался песок для отсыпки дорог. И несмотря на то что в районе Сибирских Увалов практически всё кругом сложено из песка, в некоторых местах, например, в районе Вынгаяхинского месторождения, песок на болоте лежал глубоко под торфом. А для строительства нужен сухой. А где его взять? А есть такая контора – аэрокосмогеологическая партия, – которая может по космическим снимкам отыскать такое место, а потом, используя подповерхностную радиолокацию, подготовить к разработке песчаный карьер. Оба метода сродни шаманству, но вполне себя оправдывают, если только ими не берутся искать нефть.

Ранним утром 4 января 1991 года Шурка надел унты, полушубок и ушанку, поцеловал жену и сына, вышел на улицу и направился в партию.

Он шёл по тёмной улице: светает на Севере зимой не раньше десяти, воздух ощущался приемлемо морозным – что-то около минус пятнадцати, для Севера – сущие пустяки.

В партии уже суетился народ: Полищук, Бевзенко, Марчук, Золевский и, конечно, Славка. Последние трое вместе с Шуркой – полевая бригада.

Что интересно: никто из перечисленных не планировал ни в детстве, ни в отрочестве, ни даже в студенческой юности вот так, зимой, на Севере, отправляться на полевые работы, жить в палатке, топить буржуйку, спать в спальниках, не бриться и не мыться неделю, две, три…

Ребровы – выпускники радиотехнического факультета Авиационного института. Авиационного! Игорь Марчук – выпускник Киевского университета, по образованию географ. Географ! Григорич окончил Новосибирский университет, биологический факультет. Пожалуй, только он достаточно долго был связан с полевыми работами – пару десятков лет занимался лесным хозяйством и не вылезал из тайги. Ботаник! Так вчерашние аспиранты и работники институтских кафедр зарабатывали деньги. Впрочем – не самый худший способ. Вот только не платили… А кому тогда платили?

Груза с собой, как обычно, полтонны: снова те самые два комплекта армейских палаток с разделкой под печку, та же печка-буржуйка, родные зиловские аккумуляторы, комплект радиолокационной аппаратуры, мотобур со шнеками, мотопила, ящики с едой, спальники, доски под спальники, брезент… и, конечно, радиоприёмник ВЭФ! А иначе со скуки сдохнешь – зимой работы от силы часов на шесть в сутки, с десяти до четырёх, а потом темень, и надо как-то заполнять время. А тут новости… Или концерт Наташи Королёвой… А что? Или Тани Булановой. Повышает настроение. И стимулирует.

Шмотки в уазик загрузили ещё с вечера. Паковались без Шурки – ему дали пообщаться с семьёй. Паковались-паковались и напаковались. Водитель Гришка ходил злой с похмелья. И если остальные могли позволить себе граммулечку, то ему точно ничего нельзя.

– Давай-давай-давай… – подгонял он всех. – Хватит копаться! Раньше сядешь – раньше выйдешь! Вчера уже всё собрали. Поехали!

Но Нестор Полищук по-начальнически оборвал его:

– Не сепети, Григорий! Сейчас мужикам здоровье поправлю, и поедете!

В гараже накрыли небольшой столик: сало, чёрный хлеб, лук, чеснок, бутылка водки. Нестор аккуратно разлил бутылку на пять стаканов, поднял свой – все потянулись, чокнулись.

– Ну, чтобы всё пошло хорошо! – Полищук выпил и аккуратно занюхал кусочком хлеба.

Остальные последовали его примеру, выпили, крякнули и разобрали закуску.

– Богданыч, ты с латышами созванился? – Золевский как бригадир волновался больше всех.

– Да ждут вас там, ждут! – И, оглядев бригаду, Полищук скомандовал: – Всё, мужики, по коням!

Полевики погрузились, Гришка завёл уазик, и они выехали.

До Янгапура – два часа – дорога прошла в дрёме. В «Латдорстрое» их ждали и сразу препроводили к начальнику. Кто-то наплёл ему, что едут «космонавты»… и прямо из космоса будут искать место под песчаный карьер. Пришлось объяснять, как на самом деле творятся чудеса.

Но космические снимки живо заинтересовали господина Медведева – а какая ещё могла быть фамилия у главного «латыша»? – причём больше всего его интересовали поймы со старицами, а в некоторых местах – и русла рек. Рыбаком оказался начальник, заядлым рыбаком. Часто встречающаяся страсть в Западной Сибири среди руководящего состава, и не только.

– А вы, значит, базу возле реки наметили? – радостно потирал руки господин Медведев, разглядывая снимки.

– Да. Вот з-здесь. – Григорич указал пальцем на снимке. – Тут излучина Вынгаяхи, а тут – п-предположительно песчаная грива, песка там уйма, н-надо только проверить мощность сухого.

– Метра два-три точно есть, – пообещал Славка. – Надо только…

– Погоди, – отмахнулся начальник, – погоди, а рыбачить-то вы собираетесь? – Он внимательно оглядел космогеологов. Рыбалка-то – она интереснее сухого песка. А песок… да куда он денется, песок этот?

– Ну-у-у-у… – неуверенно замычал Золевский. – Сетку-то мы взяли… Попробуем, наверное.

– Попробуйте! Обязательно попробуйте. А если рыбалка пойдёт, я на выходные приеду к вам. Договорились? – Медведев протянул руку Григоричу.

– Договорились, – пожал руку Золевский.

Через сорок минут, перегрузив свои полтонны в ГТТ, полевики выдвинулись на Вынгаяхинское месторождение.

Поездка на «гэте» – занятие муторное, но для Шурки уже знакомое и даже родное. Всё вокруг ревёт, грохочет, стучит, лязгает и отдаёт в спину. Даже поговорить нельзя – всё равно никто ничего не слышит.

Вёз космогеологов главный механик «Латдорстроя» Янис со сложной прибалтийской фамилией – а за рычагами сидел механик-водитель Стас Медведев – родной племянник начальника, совсем молодой парень, только-только закончил срочную службу в танковых войсках – и сразу «по блату» на Север. Шурка такой же «блатной» – его устроил брат. На Севере вообще одни «блатные»… Там же курорт, и денег прорва…

Спустя два часа вездеход прибыл на большую поляну посреди леса. Местом для базы полевики выбрали старую площадку разведочной буровой.

– А я всё думал: что такое на-на с-снимке? – радостно кудахтал Золевский, выглядывая из дверцы вездехода. – Ва-вагончик! И палатку ставить не надо. Сейчас мы ему щели за-заделаем…

– Молодец, старый! – Игорь выглядывал из-за спины Григорича. – Молодец!

– Молодец-молодец… – Славка ревниво растолкал их и выбрался на броню. – Стас, сдавай задом к вагончику, я скомандую.

Вездеход сдал – они выгрузились. Латыши хотели подождать, пока парни устроятся, но старший Ребров отправил их: по темени возвращаться – не самая лучшая идея, даже и с включёнными фарами.

– Правильно, Саныч! А то стоит тут, воняет… выхлопными газами. – Игорь только что откуда-то приволок дверь – своей двери у вагончика не было.

– Ты откуда такие ворота притащил, лишенец?

– С толчка снял, – радостно доложил Игорь, похлопывая рукавицей по колену –