Творения. Том второй: АСКЕТИЧЕСКИЕ ТВОРЕНИЯ. ПИСЬМА. Приложение: Святитель Амфилохий, епископ Иконийский. Статьи о свт. Василии Великом. - Борисов Страница 168

о настоящих происшествиях? Не в силах будучи перенести сего, найдем ли какое слово, соответствующее событиям, чтобы голос наш уподоблялся не стонам, а плачу, достаточно выражающему тяжесть бедствия? Пропадает у нас и Тарс.[685] И не это одно горестно, как оно ни несносно; ибо сего тягостнее, что город, имеющий такое благоприятное положение [686] и потому соединяющий между собою исаврийцев, киликийцев, каппадокийцев и сирийцев, напрасно погибает по безрассудству одного или двух [687] человек, между тем как вы медлите, совещаетесь и смотрите друг на друга. Поэтому лучше – последовать выдумке врачей (у меня, по причине всегдашних моих недугов, большое обилие подобных примеров), и как они, когда боль достигает крайней меры, искусственно приводят больного в бесчувствие, так и нам самим пожелать для душ своих нечувствительности к бедствиям, чтобы не подавляли их невыносимые страдания. Впрочем, хотя жалки мы в других отношениях, однако же пользуемся одним утешением, именно тем, что обращаем взор к твоей кротости и твоим вниманием к нам и памятованием о нас утоляем душевную скорбь. Глазам после напряженного устремления на что-нибудь блестящее приносит некоторое облегчение переход к цветам голубым и зеленым; так и душам нашим, как бы нежным каким прикосновением, утоляющим боли, служит воспоминание о твоей кротости и о твоем усердии, особенно когда размыслим, что ты выполнил со своей стороны все. Чрез это и нам, людям, если судить о делах непредвзято, доказал ты достаточно, что ничего не погибло по твоей вине и что у Бога стяжал ты себе великую награду за усердие к доброму. Да сохранит же Господь тебя нам и церквам Своим к пользе мира и к исправлению душ наших и да удостоит нас снова полезного с тобою свидания.

35. Без надписи (35)

Ходатайствует за близкого ему человека, по имени Леонтий,[688] и просит о доме сего Леонтия иметь такое же благопопечение, как бы и о его собственном. (Писано до епископства).

О многом для меня важном писал я уже к тебе; но о большем числе дел буду еще писать. Ибо невозможно, чтобы и нуждающихся не стало, и чтобы мы отреклись оказывать посильную милость. Никто ко мне так не близок и не может меня столько утешить своей в чем-либо благоуспешностью, как достопочтеннейший брат Леонтий. Прими дом его так, как принял бы меня самого, не в той нищете, в какой я живу теперь по милости Божией, но как если бы жил я в изобилии и владел полями. Очевидно, что ты не довел бы меня до бедности, но сохранил бы, что у меня есть, или приумножил мое изобилие. Посему прошу тебя поступить так же и с упомянутым домом этого человека. За все же будет тебе от меня обычная награда – молитва к Святому Богу за труды, какие принимаешь на себя, будучи столько добр, благосклонен и предупредителен к просьбам нуждающихся.

36. Без надписи (36)

Просит об одном пресвитере, своем совоспитаннике, трудами которого питался и св. Василий, чтобы при новом уравнении податей не делать на него новых налогов. (Писано до епископства).

Пресвитер [689] этого местечка, о чем, думаю, давно уже известно твоему благородию, – мой совоспитанник.[690] Посему нужно ли мне говорить что-либо иное для убеждения твоей милости – воззреть на него дружелюбно и помочь ему в делах? Ибо если любишь меня, как и, вероятно, любишь, то, без сомнения, всеми мерами постараешься успокоить и тех, кого я считаю за одно с собою. Итак, о чем же прошу? О том, чтобы оставалась за ним прежняя подать. Ибо немало трудится он, услуживая мне в пропитании; потому что, как сам ты знаешь, не имею у себя ничего своего, но довольствуюсь тем, что есть у друзей и родных. Посему на дом сего брата смотри как на мой или, лучше сказать, как на свой собственный; а за оказанное ему благодеяние пошлет Бог тебе, дому и всему роду твоему обычную помощь. Знай же, что крайне озабочен я, чтобы при этом уравнении податей не было сделано какой обиды сему человеку.

37. Без надписи (37)

Просительное о том же пресвитере и по тому же обстоятельству.

Предвижу уже множество писем. Ибо я насильно принужден возвышать голос, потому что не могу выносить докучливости просителей; поэтому пишу, не умея придумать иного средства к избавлению, как всякий раз давать письма самим приступающим ко мне с просьбами. Поэтому опасаюсь, чтобы, при множестве приносящих от меня письма, и этот брат не был причтен к числу многих. Признаюсь, что много у меня на родине друзей и родных и что занимаю у них место отца по тому сану,[691] в который возвел меня Господь; но один у меня совоспитанник, этот сын моей кормилицы, и я прошу оставить дом, в котором я воспитан, в прежнем состоянии, чтобы благодетельное для всех прибытие твоего благонравия для этого человека не обратилось в повод к скорби. А поскольку и доселе еще питаюсь от этого дома, не имея своей собственности, довольствуясь же тем, что есть у любящих меня, то прошу пощадить дом, в котором я воспитывался, как бы для меня самого сберегая средства к пропитанию. И за это да удостоит тебя Бог вечного упокоения.

Намерен же довести до сведения твоего благонравия как самую действительную правду, что большую часть рабов имеет пресвитер сей от меня и они даны ему моими родителями в награду за мое воспитание; награда же эта – не совершенный дар, а только право пользоваться в продолжение жизни. Посему если касательно их будет что-нибудь обременительное, то может отослать их обратно ко мне, а тогда уже я по-другому буду облагаться налогами и взысканиями сборщиков.

38. К Григорию, брату [692] (38)

Опасаясь, чтобы Григорий, подобно многим, не стал смешивать понятий «сущность» и «ипостась», объясняет различие сих понятий; потом доказывает, что в Троице одна сущность и три Ипостаси, в объяснение чего представляет подобие радуги. Наконец толкует, в каком смысле апостол Павел называет Сына образом Отчей Ипостаси. (Писано в 369-м или 370 г.)

1. Поскольку многие, не делая в таинственных догматах различия между общим понятием сущности [693] (τὸ κοινὸν τῆς οὐσίας) и понятием ипостасей, вкладывают в них один и тот же смысл [694]