35 июля; Но это не точно. Повести - Аня Фёдорова Страница 21

стучим Бабе Нюре, чтобы забрать газеты. Баба Нюра долго не открывает, как будто у неё не однокомнатная квартира, а дворец со ста дверьми, и, чтобы открыть нам, ей нужно пройти сто километров. Ждать бабу Нюру скучно, забираю у бабушки пакет и бегу наверх разбирать продукты. Хорошо, что на обед сегодня не борщ, а щавелевый суп. Не пятница – а именины сердца.

Вечером, как обычно, я отпрашиваюсь в Мага́зин, чтобы потратить свои пять рублей. А когда возвращаюсь, вижу, как к нашему дому подъезжает патрульная машина. Может быть, всё-таки нашего подъездного наркомана Илью наконец-то арестуют и мне не придётся со скоростью света пробегать третий этаж?

У белой «Нивы» уже крутится Маринка. Но она говорит, что близко к машине подходить нельзя, потому что в ней возят трупы, а это значит, что там живут духи умерших от рук преступников. Эти души только и ждут, чтобы забрать наши тела и устроить переселение душ.

Может ли это быть правдой? Если это правда, значит, мой папа против своей воли уже обменялся с кем-то душой. Ведь он работает криминалистом и каждое дежурство ездит на места преступлений – даже на трупы. Если в папе не его душа, то это многое объясняет. Мой папа постоянно прикалывается и уходит в запой, потому что в нём чужая душа! Я решаю, что после того, как все эти подвальные дела закончатся, я начну новое расследование – операцию SOS.

От мыслей о спасении души меня отвлекает ужасное зрелище. Из первого подъезда выходит моя бабушка, за ней идёт наша фиолетовая соседка с первого этажа. Неужели они с бабушкой в сговоре? Что случилось? Что могло пойти не так? Я кричу:

Бабуль!

Бабушка поворачивается и говорит:

Иди домой, там дед! Я скоро!

И садится на переднее сиденье «Нивы». Милиционер провожает фиолетовую к заднему сиденью, а фиолетовая почему-то по сторонам не смотрит, только себе под ноги. Когда милиционер садится за руль, я в слезах мчу домой.

Дед в зале, включил «Роковые яйца» на ОРТ – фильм, над названием которого я смеюсь громче грома, когда изучаю программу на неделю и выделяю то, что буду смотреть. Программу передач я, конечно, знаю наизусть, но проверить, на месте ли «Беверли-Хиллз, 90210», никогда не помешает.

Перед дедом, как обычно, стоит табуретка, на ней – блюдце с котлетой, зелёным луком, чёрным хлебом и бутылка пива «Волжанин». Я сажусь рядом и уже не плачу – рыдаю. Дед не выносит слёз – моих точно. Он говорит:

Зайчуха, кто тебя обидел?! Соберись!

И протягивает мне кусочек котлеты на хлебе. Я говорю, что видела, как нашу бабушку забрала милиция. Дед подмигивает мне и говорит:

Так может, это самое, мы от неё отдохнём тут, а? Как на курорте! На рыбалку хочешь завтра, а потом за грибами?

Я возвращаю ему котлетный бутерброд и говорю, что от предателей подачек не беру. Дедушка отвечает:

Молодец, с железкой растёшь – наша школа!

Очень жаль, что контору фиолетовой спалила не я. Фиолетовая незаконно сдала в аренду половину подвала грибным фермерам. Они принесли в подвал мешки с шелухой от семечек, подвесили их к потолку и собирались выращивать на них вешенки. Раскрыла аферу Баба Нюра. Она заметила, что в подвал постоянно ходят какие-то мужики и несут туда какие-то мешки. Как настоящая агентка под прикрытием, она сразу рассказала об этом куда следует. То есть моей бабушке, а она уже позвонила в милицию и попросила проверить обстановку.

Пока милиция ехала, бабушка пошла к подвалу и там встретила фиолетовую соседку с первого этажа. Бабушка спросила её, замечала ли та что-то необычное. Соседка, как неопытная преступница, замялась. Бабушка её просканировала своим рентген-взглядом и сказала:

Врёшь, да?!

Соседка начала говорить, что не врёт, чем сдала себя, как говорит дед, с потрохами! Так что к приезду милиции у бабушки на руках уже было чистосердечное признание.

Это мне всё бабушка рассказала, когда пришла домой, а потом она повернулась ко мне, подмигнула так же хитро, как дед, и выдала:

Всё тайное всегда становится явным! Если Бог и отворачивается, то всегда есть тот, кто присмотрит. У нас это Баба Нюра, мы с ней как у Христа за пазухой, да простит Господь наши души грешные за такое сравнение.

У меня четыре самых любимых месяца, ни больше ни меньше.

Март. Потому что 31 марта у меня день рождения, а это значит, что можно готовиться к самому большому празднику в жизни, загадывать, какой салат бабушка приготовит на торжество, заказывать подарки, наряжаться. Ещё в конце марта почти весь снег тает, мы наконец-то переводим часы – день становится длиннее, темнота колючей зимы отступает. В конце марта всегда каникулы, как будто их придумали специально для меня в подарок на день рождения.

Декабрь. Потому что 31 декабря – Новый год. Это значит, что Дед Мороз принесёт нам с братом огромный картонный дом, внутри которого будет сто килограммов конфет, не меньше. Каждой конфеты – по две штуки, чтобы мы с Иваном высыпали эти роскошества на красный ковёр и сидели делили конфеты. Кроме конфет, Дед Мороз, конечно, приносит подарки. Он идёт по списку из моего письма, но всегда добавляет что-то ещё, от себя. Например, в позапрошлом году я просила Lego, а он ещё положил под ёлку: деревянный конструктор, из которого можно собрать бабочку, картину по номерам с масляными красками и набор сказок про принцесс с картонными фигурками. Бабушка, конечно, последнему подарку вообще была не рада, потому что ей все праздники пришлось смотреть представления про Золушку, Принцессу на Горошине и Белоснежку.

Ира и Маринка говорят, что никакого Деда Мороза не существует, что это всё бабушка меня балует. Ну конечно-конечно, просто к ним Дед Мороз не захаживает, потому что они ему никогда не пишут письма. Я ещё ни одного года не пропустила с тех пор, как научилась писать. Да и бабушка всегда говорит, что дураков слушать – себя не уважать, а чудеса случаются только с теми, кто в них верит.

Январь. Каникулы, а ещё на каждое Рождество уже бабушка, не Дед Мороз, дарит мне и брату троллей с разноцветными волосами. Это наша с ней традиция. В моей коллекции уже есть Пляжный Тролль, Тролль Львёнок, Тролль Художник, а у Ивана – Тролль Котёнок, Тролль Ниндзя и какой-то Тролль с голой попой. Ещё 22 января родилась моя бабушка. Бабушкин праздник мы делим на двоих. На работе ей дарят корзины цветов и коробки конфет, потом за ней заезжает дед и они привозят всё домой – наша квартира превращается в оранжерею и магазин конфет одновременно. В выходные к нам приезжают гости из Саратова: бабушкина дочь, её муж и их дети. Приходят мои мама и папа, брат, вторые бабушка и дедушка, бывает, заглянет бабушкина подруга, которая живёт в центре Энгельса.

Я обязательно наряжаюсь, из кухни обязательно приносят большой стол. Я непременно сижу справа от бабушки, и, само-собой, после горячего и перед тем, как на стол поставят фарфоровый электрический самовар, я встану на стул и буду для всех читать стихотворение – своё или из сборника «Песнь любви», зависит от настроения. Например, в том году я написала «Когда придёт любовь» и рассказала его на дне рождения.

«Когда придёт любовь»

Когда придёт любовь

И мы не знаем сами.

Но только посмотрев на небеса,

Мы видим жадными глазами

Ту радость, боль и даже, может быть,