Картина мира в русской народной традиции - Афанасий Прокопьевич Щапов Страница 52

солнца, четвертое от камени, пятое от облака, шестое от огня, седьмое от ветра, восьмое от света: от земли тело, от моря кровь, от солнца очи, от камени кости, от облака.· мысли, от огня теплота, от ветра дыхание, от света свет, а дух сам Господь вдохнул[223]. Иван рече: кольки великих гор и морь и рек великих? Григорий рече: д҃і гор великих аравитских, а морь великих в҃і сквозе землю идут, а рек тридесять великих, из рая идут д҃ реки. Иван рече: кольки островов великих? Василий рече: ѡ҃в, а в тех островех ѡ҃в, языка различных имен, а костей в человеке полтретья ста м҃е а составов только же»[224].

Из всей этой беседы видно, что, кроме апокрифов, на народное миросозерцание, т. е. на богословские и космогонические понятия первых русских грамотников, имели еще сильное влияние старые начала, предания языческой мифологии. Из бесед видим напр., что народ помнил еще о Перуне, хотя уже только как о «старце еллинском», а не боге. Бог, в Троице возвещаемый христианством, еще представляется в беседе, как стихийный свет и огонь, что указывает на суеверие тех двоеверно живших христиан, которые еще в XII в., по слову Христолюбца, «огневи молились, звали его огнем сварожичем». Кроме того, у Бога на небесах представляются «агнецы», что намекает на древнейшие языческие предания, восходящие до индийской мифологии. Сказание о космогоническом значении великого моря-окияна, о сотворении земли из пены морской явно проистекает из общей индоевропейской мифологической космогонии. Ангелы, духи небесные, также мифологически представляются созданиями стихийного неба, воздуха, ветра. Человек еще производится не всецело от Бога, как учит Св. Писание, а от восьми стихийных физических частей или элементов, согласно с другими индоевропейскими мифологическими преданиями. Христианство еще не понято в его возвышенном учении. И обрядность христианской Восточной церкви толкуется так же мифологически. Не в христианском разуме, а в обрядовых учреждениях церкви народная мыслительность доискивается разгадки мировых вопросов. Таинственный символизм церковной обрядности возбуждает мысль народных грамотников, и они в нее облекают свои мифологические представления.

В других космогонических сказаниях, кроме мифологических образов, есть довольно явственные следы гностико-богомильского дуализма. Чтобы яснее видеть эти следы, нужно сказать наперед несколько слов о главных гностических и богомильских началах, выразившихся в космогонических сказаниях русского народа. По сирийско-гностическому учению, имевшему большое сходство с богомильским учением, Бог Отец, первоначальное существо (πατἠρ ἀγνωσος, по гелленскому гносису – ἡ μόνας, ϑεὸς ἀρρητος, по египетскому гносису – βυϑὸς, πρωπάτωρ, προαρχἠ), высший Бог сотворил разные степени, чины ангелов и архангелов (δείναμεις, ἀρχαὶ ἄξουσίαι); высшему существу, непостижимому Богу противоположно злое начало – сатана (ό σατανἀς). Ангелы, духи 7 планет, (άγγελοι κοσμοποιοί, άγγελοι κοσμοκράτορες) сотворили мир и человека: высший Бог вложил в него душу. В противоположность светлому роду людей, одушевленных, одаренных душой от высшего Бога, сатана сотворил мир темных существ, сообразных со своей природой. Богомилы, принявшие основные элементы этого гностического и манихейского учения, несколько иначе развили их, образовали свое гностико-дуалистическое учение. Сатанаил, мощный дух (πνεδμσ δεόατον), за возмущение низверженный с высоты небесной, из соревнования Богу создал второе небо, вторую землю и избрал ее в жилище себе и соучастникам своего падения. Он покушался было создать и человека, и создал тело, но не мог дать ему жизни и души; просил о том Бога, и Бог послал в тело дыхание свое. Против Бога у сатанаила была постоянная вражда. Наконец, Бог отрыгнул от сердца своего, чрез 5500 лет от создания мира, Слово, – великого совета ангела, архангела Михаила, явившегося потом во плоти в лице Иисуса Христа. Этот архангел Михаил или Христос победил сатанаила, заключил его в бездну, отнял от его имени священное окончание ил и присоединил к своему первоначальному имени Миха. Дух Св. также изшел из Отца в одно время с Сыном.

Теперь сличим эти гностические и богомильские начала учения с богословскими и космогоническими сказаниями, находящимися в наших древних рукописях. В одном соловецком сборнике, в статье под заглавием: «сказание о 7 планитах» читаем: «Над твердью поясы, 7 планет, а не всех поясех стоят ангелы, а по поясам стоят звезды, и которая планита ниже стоит, те звезды светлее… В д҃і день Бог солнце и луну и звезды, и в той день испаде от славы сатана. И виде сатанаил небо и землю украшену, и помысли себе: сотворю престол на облацех себе, и буду подобен вышнему, да славит мя чин мой. И сотворил себе престол на облацех северных, и вознесеся и бысть тогда воевода чину ангельскому. И виде Бог противника себе, и посла Бог Михаила архангела и повеле сатанаила свержити долу. Прииде же Михаил к сатанаилу, и виде на нем божество велико, и не сме на него и зрети. И прииде Михаил к Богу и рече: Господи! велико есть на·нем божество твое. Господь же снят с него божество и рече: иди и свержи его долу. И прииде Михаил, и виде сатанаила, яко проста человека, и удари его скипетром, и спадеся престол его, и поиде сатана долу, и со всеми силами, и отнял от него Господь божество, и снят от него ил, и да[л] Господь ил ангелом и архангелом, и нарече имя Михе Михаил, и даст ему надо всеми небесными силами старейшинство, и нарече отступнику имя сатана дьявол, и бысть помрачен, и с своими силами пойде сатана верху и пошибе землю, и хотеша небеса нáстися. И рече Михаил: Господи, хощет небо двигнутися. И рече ему Господь: запрети словом. И рече Михаил: Господи, что повелиши глаголати? И рече Господь: изорцы: вонмем, святая святых. Скоро изглагола тако. И тогда воспета вся силы небесные: един свят, един Иисус Христос. И тогда утвердишися небеса, сатана же тогда пройде землю, и услыша глас Михаилов, и ста во аде на бездне под землею, а под ним вода, а под водою огнь негасим… А друзии падоша на землю и слышаша глас Михаилов, и остася на земли, и ходят по поднебесней, и все злое творят роду человеческому, и претворишася в бесы. Инии же не доидоша до земли, и слыша глас Михаилов, и обитании на воздусе… И все те бесы сатаны преобразуют себе во ангела и человека, и в животину, и во всякую гадину, смущая человека».

Гностико-богомильские начала этого сказания и связь его с вышеизложенным учением богомилов очевидны и не требуют подробного аналогического сближения. Довольно указать на то, что, как по сатурнинову гносису, были особые ангелы, духи… семи планет, так