Чудо за 100 дней. Иcтория создания одной библиотеки Санкт-Петербурга - Надежда Павловна Орлова Страница 9

Названием зала нам было важно подчеркнуть, что подростки – это не малые дети, что мы ценим их особые потребности и интересы. Другая задача БИРО заключается в том, чтобы вместе с детьми время качественно проводили родители. Родители – желанная аудитория библиотеки, и нам хотелось продемонстрировать любовь и к ним. Пространство получалось многоцелевым и смешанным. К счастью, у нас было не очень много времени на споры и размышления, поэтому соломоново решение стало таким: детскую часть зала мы называем «½ зала для детей и их родителей», подростковую – «½ зала для подростков».

Взрослая часть библиотеки сочетает в себе возможности для коворкинга, то есть работы за домашними ноутбуками и выбора художественной литературы отечественных и мировых авторов. Мы решили вновь поделить зал на две условные половины: в БИРО появился «Взрослый абонемент» и «Зал бестселлеров мировой литературы». Названия указывают на желательный возраст читателей и отвечают на вопрос о скромном книжном фонде: БИРО – это не про количество, а качество книжных рядов.

Признаки заботы

Мы не ограничились залами и коридорами, решив присвоить названия всем дверям и помещениям без исключения. Начали с крючков для одежды рядом со входами.

Учреждения со свободным гардеробом типа нашего снимают с себя ответственность за хранение одежды с помощью предупреждающих надписей. Мы поняли, что не хотим допускать даже мысли о том, что среди читателей могут оказаться воры. Доверие друг к другу – ключевой элемент счастливого пространства. Но информировать о самостоятельной охране вещей было необходимо. Поэтому придумали лаконичную инструкцию «Раздеваться тут», а сухую надпись «Сюда можно вешать одежду. За оставленные вещи администрация ответственности не несет:(» одушевили грустным смайликом.

Туалет назвали «Туалетом»: он находится в детской части пространства, а не все дети могут разобраться в буквах WC.

Служебное помещение, закрытое на замок, получило название «Кладовка».

Кухня плюс кабинет заведующей стали обитать за дверью с табличкой «Здесь живут библиотекари».

Пространство тамбура у «Входа номер 1» рядом с детским холлом получило надпись «Здесь можно парковать коляски».

Работа со смыслами

БИРО создавалась, чтобы помогать справляться с вызовами будущего. Нам было важно напоминать о своих задачах и формировать проактивную позицию наших читателей. Из «Атласа новых профессий» мы выбрали названия профессий будущего и наполнили этими словами стены библиотеки. В Тихом зале появилось изображение знаменитого волшебника из «Гарри Поттера» вместе с предсказательной Шляпой, под которой можно делать селфи. Наше обращение призывало верить, искать свое предназначение и не бояться будущего.

Мы рассчитали, в каком месте библиотеки будет образована любимая стихийная фотозона читателей, и разместили там фразу с миссией БИРО, которая звучит так: «Книги для счастливой жизни в современном мире».

Еще одна ценностная установка получила свое место во взрослом зале: «В любом деле весьма полезно время от времени подвергать сомнению то, что всегда считалось само собой разумеющимся» (Бертран Рассел).

Про счастье

Дружелюбные надписи говорят о максимальной открытости библиотеки и нежелании тайн. Навигация позволяет проявить заботу о читателе. Она способна отвечать на вопросы, которые стеснительный человек не готов произносить вслух. Навигация дает пищу для любопытных, среди которых так много маленьких детей.

При работе с маркировкой пространства мы намеренно отказались использовать специфические библиотечные слова типа «Абонемент» – оно встречается в БИРО один раз, так как зал рассчитан на консервативную публику. Навигация БИРО подчеркивает равенство между читателем и библиотекарем, символизирует отсутствие барьеров и иерархии в общении. Пространство как бы говорит: «Мы рядом с вами. Мы вместе с вами. Мы для вас. Пусть вам будет понятно, удобно и хорошо».

10. К чему приводят игры с книжным фондом

Близилась дата открытия библиотеки. В Тихом зале продолжала лежать груда черных мешков со старым книжным фондом. Новые книги проходили мучительно медленную процедуру каталогизации, полки оставались пустыми. И на меня начали давить.

«Надежда Павловна, вы обязаны взять книги из старого фонда!» – требовали библиотечные начальники.

28 000 книг, накопившихся за годы функционирования предыдущей версии библиотеки, мне были не нужны. Конечно, любопытства ради я залезла в несколько черных мешков. Внутри лежали стандартные наборы общедоступной муниципальной библиотеки: не новые, не старые книги, не хиты, не букинистика. Что-то невнятное, собранное по принципу «у нас это всегда было». Просите меня, дорогие сельские библиотеки, за эти речи, они, может быть, выглядят как беситься-с-жиру-в-Питере, но мы создавали прорывной проект на выделенный бюджет и могли себе позволить новый фонд. Поэтому требования «немедленно забрать себе книги» были не про экономию бюджетных средств, нет – так меня ставили на место.

Летом 2017 года в тихом культурном библиотечном омуте произошел невиданный скандал. Директор централизованной библиотечной системы была уволена за присвоение бюджетных средств и страховочный «золотой парашют» в несколько миллионов рублей. Пока шли большие разборки, мы пользовались максимумом самостоятельности и независимости, принимая серьезные решения и беря на себя определенные риски. К счастью, внезапная вакансия в ЦБС не смутила моего знакомого чиновника, который взял оперативное управление процессом на себя. Мы ворошили библиотечный мир с двух сторон, придавая ускорение всем внутренним процессам. Люди из административной верхушки ЦБС привыкли действовать медленно и неспешно, в духе советских продавщиц, где «вас много, а я одна». Экс-директор развратила персонал денежными подачками, не привязанными к критериям оценки эффективности. Люди разучились работать и не были готовы выходить из зоны комфорта.

Однажды на парковке перед БИРО остановилась новенькая AUDI. Из нее вышел человек в дорогой одежде и отправился прямо к нам. Вы не поверите, но пафосным посетителем оказался завхоз ЦБС! Я промучилась с ним несколько месяцев, выясняя, кому писать жалобу на треснувший бачок унитаза, кто нам поставит кондиционеры и откуда взять схему эвакуации при пожаре. Там были какие-то мутные схемы работ, которые должны были сделаться «по его знакомству». Но завхоз мычал, отмораживался и переводил стрелки подальше от себя.

В августе в ЦБС появились новые люди. Мои крылья были слишком широки, степень свободы угрожала устойчивости новой вертикальной конструкции. Сроки открытия не давали возможности обнулить и обесценить нашу работу, поэтому за меня взялись с другой стороны.

За четыре дня до открытия мешки продолжали занимать Тихий зал. Друзья, я была крутым специалистом, которого уговорили сделать волшебный библиотечный проект, и мне было глубоко наплевать на властную иерархию одного отдельно взятого питерского болотца. Я сообщила наверх, что завтра