Невеста безумного тирана: Спасти злодея. Книга 3 - Валентина Зайцева Страница 85

Одним жёстким движением я достал из складок одежды короткий, трёхдюймовый кинжал и с сухим, резким стуком бросил его на столик, прямо под её хрупкую руку.

* * *

Элара Валериус

Лезвие было невероятно тонким, безупречно заточенным и отливало зловещим, леденящим стальным блеском.

Я инстинктивно подобралась, внутренне напрягаясь, и тихо спросила:

— Зачем это?

Каллум лениво приподнял веки и молча указал изящным пальцем на собственный подбородок.

Только теперь, присмотревшись, я заметила, что после суток непрерывных дел в Алой Канцелярии на его безупречной коже проступила едва заметная, синевато-серая щетина.

Этот мужчина становился всё более требовательным и капризным. Мало того, что я должна была раздевать его и согревать его постель, так теперь мне приходилось выполнять обязанности его личного цирюльника и брить ему бороду! Неужели все те многочисленные слуги в его резиденции существуют лишь для мебели?

Несмотря на мысленное ворчание, я добродушно взяла со стола холодный клинок и придвинулась ближе.

Расстояние между нами сократилось настолько, что я растерялась, не зная, с какого боку подступиться.

— И как мне это сделать? — совершенно искренне поинтересовалась я. В прошлой жизни мне никогда не доводилось выполнять для него столь интимную, доверительную работу.

Каллум коротко цыкнул языком и указал на небольшую шкатулку из белого камня, заранее приготовленную на подносе неподалёку:

— Сначала нанеси смягчающий бальзам, моя госпожа. Только потом принимайся за лезвие, иначе порежешь.

Эта процедура подозрительно напоминала...

Всё дело было в том, что этот замок слишком сильно походил на его резиденцию из моего прошлого. Сама обстановка пробуждала во мне старые воспоминания, то и дело заставляя воскрешать в памяти картины непозволительной, жгучей близости.

Я плотно сжала губы, послушно зачерпнула пальцами ароматное масло, согрела его в ладонях и принялась аккуратно втирать в его слегка шероховатую кожу на подбородке. Затем, затаив дыхание, я поднесла клинок и начала медленно сбривать волоски.

Я действовала с предельной осторожностью и абсолютной серьёзностью. Мы успели очистить лишь половину, а по моей спине от жуткого напряжения уже катились капли пота.

Внезапно я наткнулась на его прямой, глубокий взгляд. От неожиданности я вздрогнула.

Когда Каллум смотрел на меня так — неотрывно, пронзительно, проникая в самые потаённые уголки души, — мои руки начинали предательски дрожать. Поняв, что могу причинить ему боль, я отложила кинжал в сторону и беспомощно выдохнула:

— Ты так пристально смотришь на меня... Я просто не могу продолжать.

— Если моя госпожа действительно мечтает сбежать обратно в свой тихий дом, то лучшего шанса тебе уже не представится, — внезапно произнёс Каллум. Его голос упал до едва различимого, зловещего шёпота.

Я растерялась, не понимая, к чему он клонит:

— Что?

— Кругом ни души. Если ты сейчас поддашься порыву и вонзишь это лезвие мне в горло, твои шансы на успех будут невероятно велики, — Каллум внезапно железной, неодолимой хваткой перехватил мою руку, силой заставляя мои пальцы вновь сжать рукоять кинжала. Медленно, с пугающей плавностью он повёл мою ладонь вверх, пока холодная сталь не упёрлась прямо в его мерно вздымающийся кадык.

На его губах заиграла ленивая, безумная улыбка, а в бездонных глазах вспыхнуло то самое фаталистичное, жертвенное обожание, свойственное лишь ему одному.

— Вот так, Элли. Одно точное движение — и кровь хлынет из моей шеи подобно прекрасному алому цветку, а я не смогу издать ни единого звука. Ну же. Я вручаю свою жизнь в твои руки. Попробуешь?

* * *

Каллум Рейн

Осознание моих слов пронзило Элару, и её замешательство мгновенно сменилось неподдельным шоком. В следующую секунду уголки её прекрасных глаз болезненно покраснели от подступившего гнева.

— Что ты такое говоришь? — выдохнула она, отчаянно пытаясь вырвать свою руку из моей железной хватки. — Что ты несёшь, Каллум?!

Но я лишь рассмеялся — тихо, утробно, с той утончённой и изящной грацией, за которой скрывалось моё истинное, ненасытное безумие. Этот смех клокотал в груди, упиваясь её яростью.

— Я лишь констатирую факты, моя госпожа, — протянул я, глядя на неё снизу вверх. — Всего лишь учу тебя, как правильно от меня сбежать.

Очевидно, эта шутка показалась ей совершенно чудовищной. Элли нахмурилась, но вместо того, чтобы в панике спасать собственную жизнь, она сделала то, чего я никак не ожидал. Она не могла выдернуть клинок из моих пальцев, но до смерти боялась случайно полоснуть меня по шее. Приняв безумное в своей жертвенности решение, она резко вскинула свободную руку и ухватилась ладонью прямо за голое, острое лезвие, пытаясь закрыть собой его смертоносный край.

Увидев, как её нежные пальцы сжимают сталь, я инстинктивно и в ужасе ослабил хватку. Внутри меня всё перевернулось. Оказывается, в этом мире существовали вещи, способные напугать даже Безумного Регента, — страх пролить хотя бы каплю её драгоценной крови.

Элара гневно фыркнула и, мгновенно воспользовавшись моим секундным оцепенением, отбросила нож и обхватила моё лицо своими тёплыми ладонями. Она сжала мои щёки, заставляя моё высокомерное, дикое лицо намертво замереть напротив её взора.

— Не смей вести себя так безрассудно, ты меня понял? — её прекрасные глаза метали молнии, а в голосе звучало строгое предупреждение, в котором, впрочем, не было и капли настоящей угрозы. — Будь осторожен, иначе я действительно могу причинить тебе боль.

Эти мягкие, горячие ладони, удерживающие меня... Боги, одного их прикосновения было достаточно, чтобы до самого основания выжечь и растворить всю беспросветную тьму моей истерзанной души. В моих глазах вспыхнул лихорадочный, неестественно яркий блеск — моё сознание всегда становилось пугающе ясным, когда безумие окончательно брало верх.

— Неужели моя госпожа испугалась? — я долго, неотрывно всматривался в её лицо, и в моём шёпоте проступила щемящая, почти благоговейная нежность. — Если это будешь ты, Элли... я клянусь, я даже не стану защищаться.

У Элары, кажется, больше не осталось душевных сил злиться на мои безумные речи. Вместо ответа она со вздохом потянулась к столику, подхватила из тарелки сладкое пирожное и без лишних церемоний бесцеремонно заткнула им мой рот.

— Веди себя прилично, маленький безумец, — фыркнула она.

И я покорно подчинился её воле. Подогнув ноги, я безропотно откинулся на шёлковые подушки софы, наконец-то затихая. Мой рот был занят угощением, но мой взор оставался прежним — я по-прежнему жадно и неотрывно следил за каждым её движением, точно привязанная на цепь гончая, послушная лишь своей королеве.

Элли бережно стёрла остатки крошек с моего подбородка, отвернулась, чтобы вернуть короткий