Салейские хроники - Екатерина Ивановна Гичко Страница 17

— Но я рад, что вы поддались.

Жёлтые глаза невольно опять притянулись к документу. Интерес сарена был очевиден, но хайнес не поспешил спрятать бумаги. И Рони воспринял это как намёк.

По спине прошёл озноб.

— Каждый раз, когда происходит подобное, мне становится очень неловко, — Сильнейший позволил себе тонкую виноватую улыбку. — Ваша дочь Лийриша разбудила сердце мужчины моей семьи. И согласно давнему обычаю, я прошу вас оставить дочь под нашей опекой, чтобы она могла присмотреться к моему родственнику и, надеюсь, полюбить.

И без того бледный лис побелел ещё сильнее.

— Вы можете не переживать за судьбу дочери, — продолжал мягко вещать хайнес. — Никто не будет неволить её в чувствах. Всем известно, что мужчины нашей семьи предпочитают строить браки на взаимной любви.

— На… — сарен облизнул пересохшие губы, — на какой срок вы хотите взять заботу о моей дочери?

Хайнес улыбнулся ещё шире.

— На два года.

Сарен, уже не скрываясь, уставился на завещание.

— Если за это время в её сердце не проснётся ответная любовь, она будет полностью, — голос хайнеса зазвучал особенно вкрадчиво, — свободна.

— Боюсь, вы мало знаете мою дочь. Она беспечна, непослушна и… не всегда владеет собой. Лекарь душ подозревает, что её внутренний мир слишком отличается от нормального. И вряд ли это можно изменить.

— Мой лекарь уже осмотрел её, и на его взгляд госпожа Лийриша — очень здоровая и энергичная девушка. В ней нет ни единого признака сумасшествия. Да, она несколько запугана, — синие глаза прищурились, — недоверчива и подозрительна, но эти черты, как правило, чаще проявляются не из-за ущербности души, а из-за образа жизни. Если не считать её ран, она совершенно здорова.

— Боюсь, она будет скучать по сёстрам, — не сдавался сарен.

— Они могут приезжать к ней, когда захотят, и быть здесь столько, сколько пожелают, — милость хайнеса была воистину безгранична.

— Лийриша очень упряма, вряд ли она захочет покидать семью.

— Я уверен, что захочет, — несмотря на улыбку, повеяло холодом. — Мне показалось, что она мечтает сбежать.

— У Лийриши возраст противостояния. Она не может простить мне смерти матери, хотя моей вины здесь нет. Но, повзрослев, она будет сожалеть.

— Сарен, — теперь уже исчезла и улыбка, — я могу провести небольшое расследование, в которое попрошу включиться управляющих Жаанидыйского банка, и это расследование не завершится для вас ничем хорошим. Даже если за вами нет грехов. Если я что-то хочу — я это получаю, — в голосе Сильнейшего зазвучала сталь. — А я хочу, чтобы ваша дочь Лийриша осталась в моём доме. Вы посмеете мне отказать?

В кабинете повисла тишина. Сарен и хайнес не отрываясь смотрели друг другу в глаза, и сарен не выстоял и отвёл взгляд.

— Не посмею.

— Рад, — хайнес подтянул завещание к себе.

Под завещанием лежал ещё один лист, который повелитель и подтолкнул к лису.

— Подпишите.

В документе прописывалось, что он, Рони Холлый, уступает право опеки над своей дочерью Лийришей Иерхариду Ийехаѝдыю. Внизу уже стояли сдержанная чёткая подпись хайнеса и дата. Сарен ещё раз посмотрел на повелителя и его помощника, размял пальцы и всё же потянул руку к перу.

В тот же миг, как подпись была поставлена, бумагу выдернули из его рук, и помощник хайнеса деловито заверил передачу опеки своей подписью.

— Благодарю, — повелитель снова улыбнулся. — Я пришлю слуг, чтобы они забрали вещи госпожи Лийриши. Светлого вам дня, сарен.

— Спасибо, повелитель.

Сарен поднялся и со слегка оглушённым видом покинул кабинет.

Холодность тут же исчезла с лица Иерхарида, и он с интересом посмотрел на Врея.

— Ну как?

Тот поспешил округлить глаза в восхищении.

— Вам так идёт властный образ!

Лийриша проснулась к вечеру, но занятый делами хайнес смог прийти только ближе к ночи, пропустив ради беседы с девушкой бал.

Приоткрыв дверь, Иерхарид с интересом заглянул в слабо освещённую комнату и тут же столкнулся со злыми зелёными глазами. Глаза смотрели на него из-под края одеяла, в которое девчонка завернулась, как в кокон, и, нахохлившись, сидела по центру кровати.

Увидев хайнеса и его помощника, женщины-сиделки мгновенно вскочили и поклонились.

— Прошу оставить нас наедине, — ласково попросил он и многозначительно взглянул на Врея.

— Одинокой молодой девушке неприлично оставаться наедине с мужчиной. Особенно с неженатым мужчиной, — непреклонно заявил помощник, и Иерхариду пришлось смириться с его присутствием.

Женщины торопливо покинули комнату, и Иерхарид, подтащив кресло ближе к постели, сел. Девчонка воззрилась на него с обжигающей ненавистью.

— Простите меня, госпожа Лийриша, — Сильнейший неожиданно покаянно опустил голову, а его помощник недовольно поджал губы, — я неправильно оценил ваши устремления и едва не отобрал у вас надежду на лучшее.

— Вы о чём⁈ — дикой кошкой зашипела Лийриша.

— Я увидел в вашем желании выйти замуж лишь юношескую глупость, в то время как вы пытались сбежать из семьи и стать для них недосягаемой.

— Вы… — девушка непонимающе уставилась на него, и Иер продолжил:

— Согласно законам Салеи, вступившие в брак считаются совершеннолетними и имеют право вступить в наследование, даже если в завещании оговорен иной возраст. Вы ведь из-за этого хотели выйти замуж? Вам больше не нужно идти на это. Правящая семья объявила над вами опеку как над возможной невестой…

Некоторое время девчонка смотрела на него широко распахнутыми глазами, а затем в ярости вскочила на ноги. Одеяло легло на её плечи плащом.

— Я знаю, что вам нужно! Думаете, я поверю, что вы хотите помочь?

Утренняя истерика всё ещё не до конца выветрилась из головы Лийриша, и эмоции с лёгкостью захлестнули её, вытесняя способность здраво мыслить.

— Это всё из-за этого проклятого наследства! Вы хотите прибрать его к рукам! — девчонка обличающе ткнула пальцем в ошарашенного хайнеса. — Выдадите меня за кого-нибудь из своей семьи, заморите и заберёте всё себе.

— Боги, госпожа, да зачем нам это? — поразился Иерхарид. — Правящая семья, слава богам, довольно богата.

— Казне нужны деньги всегда! — уверено заявила девушка.

— И не поспоришь, — оценил довод Врей.

— Врей, выйди, — мгновенно взъелся на помощника хайнес.

Тот оценил злость господина и без спора покинул комнату.

— Госпожа Лийриша, прошу, выслушайте. Правящая семья не может так просто забрать вас у родителей, — попытался объяснить Иер. — Мы не можем нарушать законы Салеи и подавать дурной пример. Мы можем либо принять вас в семью как нашего ребёнка, но тогда вы потеряете право на наследство матери, либо раскрыть над вами крыло официальной опеки. Опеки обоснованной.

— Как над возможной невестой⁈ — злилась девушка.

— Госпожа, ваш отец