Магазин волшебных питомцев 4 - Сергей Шиленко Страница 8

— Угу, — согласился я. — Уже испытал на собственном фургоне.

Линда снова присела и осмотрела средние и задние пары ног. Потрогала коготки на лапках, проверила подвижность суставов, пощупала мягкие подушечки.

— Все шесть конечностей функциональны, сцепление хорошее. Суставы подвижные, лапки чистые. Следов паразитов визуально нет. — Она выпрямилась и взяла блокнот.

Обошла богомола сбоку и пальпировала длинное брюшко. Жнец качнулся, антенны развернулись к её руке.

— Сегменты брюшка эластичные, тургор хороший, но… — она нажала чуть сильнее, — полость наполовину пустая. Вот тебе и «один раз покормил». Он голодный как волк, Егерев. Просто пока терпит, потому что ты его ментально держишь.

— Виноват, — кивнул я. — Исправлюсь.

— Бюджет! — подал голос Архимед. — Обанкротимся! Три метра корми-и-и!

Линда взяла со стола знакомый сканер. Направила луч на грудной сегмент Жнеца. Прибор пискнул. На маленьком экране высветились данные.

— C-ранг, — произнесла она ровно. — Пятнадцатый уровень. Ну хоть здесь совпадает с тем, что вижу.

Она положила сканер и сделала пометку в своём блокноте. Фонарь вернулся на её плечо и мигнул спокойным жёлтым. Отбой тревоги.

— Итого, — Линда перелистнула страницу. — Экзоскелет — норма, органы чувств, конечности, лётный аппарат, внутренние органы — без патологий, но выраженный дефицит питания. Рекомендации: кормить ежедневно. Белок, много белка. Минимум два кило в сутки. И поить. Членистоногие такого размера теряют влагу быстрее, чем ты думаешь.

— Записал.

Жнец всё это время стоял смирно, покачиваясь из стороны в сторону, и методично чистил усики, пропуская их через передние лапки. Выглядело это почти медитативно.

— Ну, — Линда скрестила руки. — Кто следующий в твоём цирке?

Я подошёл к Жнецу и коснулся гладкого панциря. Короткий импульс, и трёхметровый хищник растворился в воздухе. Подвал сразу показался просторнее.

Шагнул к столу, положил руку на нержавеющую сталь. Металл приятно холодил кожу. Мысленно потянулся к нужному слоту Питомника. Вспышка вышла тусклой, почти робкой. На блестящей поверхности возник влажный чёрный мешок размером с крупную дыню.

Славик лежал неподвижно, втянув жгутики. Единственный огромный глаз с горизонтальным зрачком скользнул по потолку, по лампам, по Линде. Зрачок сузился в тонкую щель. Под блестящей кожей проступали багровые вены, набухая и опадая в ритме сердцебиения.

Линда сняла очки, поморгала.

— Егерев, — произнесла она с тяжёлым спокойствием сапёра, обнаружившего третью мину за утро. — У тебя в коллекции есть хоть кто-нибудь нормальный? Кошка, хомяк, рыбка золотая?

— Есть, — заверил я. — Котёнок-малефик и огненный хомяк, а вот с рыбкой… с рыбкой отдельная тема, у тебя под неё бассейна нет.

— Чудище морское! — выдал Архимед, вытянув шею. — Ктулху! Щупальца! Спа-а-сайся!

Славик при звуке голоса прижался к столу ещё сильнее, словно пытаясь слиться с металлом. Глаз затянулся мутноватой плёнкой. Видимо, защитная реакция.

Линда сменила перчатки. Фонарь на её плече мигнул.

— Так-так… — пробормотала Линда, щупая жгутоносца. — Кожные покровы увлажнённые, блестящие. Это хорошо. Обезвоживание у подобных организмов начинается с матовости.

Она протянула палец и коснулась кончика чуть высунувшегося жгутика. Славик вздрогнул, отросток свернулся тугой пружинкой. Я мысленно успокоил его. Линда замерла, давая ему привыкнуть. Через пару секунд жгут расслабился и обвил её палец.

— О-о-ой, — Линда вдруг сменила тон. — Ты ж моя сладкая подушечка. Напугался? Тётя доктор плохого делать точно не станет. Давай-ка посмотрим, какой ты у нас красивый…

Я приподнял бровь. Минуту назад эта женщина командным голосом выгоняла из подвала вооружённого браконьера, а теперь воркует с одноглазым чудищем, как с грудным младенцем.

Славик, похоже, оценил перемену интонации. Плёнка сползла со зрачка. Глаз уставился на Линду с робким, почти щенячьим любопытством. Один жгутик поднялся и потрогал перчатку.

— Ох ты ж, умничка какой, — Линда перевернула его, осматривая нижнюю сторону. — Ротовой аппарат… достаточно серьёзный. Пигментация ровная. А вены… пульсация стабильная, ритмичная. Замечательно.

— Влюбилась! — вынес вердикт Архимед. — Красавица и чудовище! Мелодр-р-рама!

— Ты ему обеспечил аквариум? — вернулась к деловому тону Линда.

— В процессе.

Ветврач аккуратно отцепила жгутики. Славик провожал её руку единственным глазом. Я заполнил очередной бланк и убрал питомца в пространственный карман. Сияние призыва — и на столе возникла Ряба.

Благородная Рунная Несушка приземлилась на нержавейку с мягким стуком когтей и выпрямилась во весь свой немалый рост. Бирюзовые перья вспыхнули под белым светом ламп. Маховые крылья отливали глубоким аметистом. На гребне мерцали золотые искры, рассыпая по стенам крошечных солнечных зайчиков.

Курица окинула подвал круглым глазом. Повернула голову к Линде и смерила её взглядом, полным королевской гордости. Словно аристократка на приёме, вынужденная терпеть рядом обслугу.

— Ко, — веско произнесла Ряба.

— Кур-р-рица! — обрадовался Архимед. — Наконец-то! Нормальная! Почти!

Линда прищурилась, разглядывая переливы оперения.

— C-ранг, четырнадцатый уровень, — она посветила сканером. — Рунная Несушка… Егерев, это ведь та самая порода, что несёт магические яйца?

— Она самая.

— Это же такая редкость… — Линда ощупала грудную кость птицы. — Мышечная масса хорошая, киль прощупывается, но мясо плотное. Кормишь грамотно. Лапы…

Ряба переступила когтями по столу и с достоинством задрала одну ногу, будто демонстрируя маникюр.

— Когти ровные, подушечки мягкие, суставы гибкие, — Линда чуть улыбнулась. — Ну, хоть кто-то здесь леди.

Архимед оскорблённо надулся, но смолчал. Дальше пошло быстрее. Я вызывал зверей одного за другим, Линда осматривала, я строчил бланки.

Сумеречный аспид при появлении затрещал раздвоенным хвостом и попытался клюнуть Фонаря. Пришлось придержать. Линда ощупала пластинчатые крылья, проверила чешую на паразитов и осмотрела ротовую полость, раскрыв клюв пластиковым пинцетом.

— Железы в задней части глотки, — пробормотала она, подсвечивая фонариком. — Поразительная анатомия. Магические? Огнеопасный?

— Потенциально. Сейчас просто вонючий.

— Восхитительно! — она провела сканером. — B-ранг, первый уровень. Новорождённый, по сути. Кости ещё мягковаты, надо кальций.

— Да, начну давать сверчков. Заодно тренировка.

— Газпром! — вспомнил прозвище Архимед. — Горючий! Взрывоопасный!

Бронированный кролик сидел на столе, как маленький танк: уши торчком, панцирь блестит, носик дёргается. Линда простучала броневые пластины костяшками пальцев. Звук вышел глухой и плотный, как у керамики.

— Невероятная плотность. Зубы, когти, подвижность в норме.

Сумеречные прыгуны позволили осматривать себя неохотно. Один тут же попытался слиться с поверхностью стола, но теней не нашёл. Второй забился на край, сверкая аметистовыми глазами.

— Обожаю, когда пациент пытается сбежать с операционного стола, — хмыкнула Линда. — Шерсть…