Топить в огне бушующем печали. Том 2 - Priest P大 Страница 95

Божественные мощи – это нетленный труп древнего божества. По легенде, когда изначальный бог умер, тело его должно было вернуться в Землю и Небо, слившись с природой. Но если особым образом заковать тело до того, как оно истлеет, то в заточении божество разгневается и превратится в демоническое орудие.

Что до Призрачного камня, то Сюань Цзи недавно встречал это понятие в одной мобильной игре. Там говорилось, что каждые десять тысяч лет в мир снисходит бедствие и появляется «Темный призрак». Он рождается от мертвецов, в глазах его пылает пламя преисподней, а сила может утопить мир в крови. Это один-единственный росток, политый кровью миллионов людей. Когда Темный призрак достигнет совершенства и обретет бессмертие, он станет Демоном Небес. Если же вырезать его сердце, то оно обратится многогранным камнем, и на каждой грани можно увидеть изображения мириад злых духов, вопящих и стенающих.

Треножник Неба и Земли был еще загадочнее. По преданиям, много тысячелетий назад случилось великое бедствие: с неба сошел божественный огонь и за одну ночь заживо сжег все древние народы. Бесчисленное множество чудесных от рождения существ полностью исчезло из-за небесного огня, уцелели лишь Чжу-Цюэ из ущелья Наньмин, сами принадлежащие огненной стихии, и то потому, что несколько их яиц лежали в треножнике. Другие существа, бежавшие от небесного огня, бились о треножник и слезно молили пустить их внутрь, надеясь там спастись от пламени, но мольбы их оказались напрасны. На треножнике же осталось восемь тысяч восемьсот вмятин от их ударов. Поэтому Чжу-Цюэ, хоть и происходили из божественных существ, родились в демоническом орудии и приобрели сродство с демонами.

Выслушав Сюань Цзи, Шэн Линъюань улыбнулся.

– Божественные мощи – всего лишь выдумка, Призрачный камень, быть может, и существовал, но треножник Неба и Земли Мы видели собственными глазами. Это святыня императорской семьи рода людского.

В первый миг Сюань Цзи опешил от такого заявления, но потом вспомнил беснующихся людей в храме Чжу-Цюэ, и восемьдесят одну молнию, обрушившуюся на них, и пригвожденных к треножнику мальчика с птенцом. А еще в воспоминаниях меча Демона Небес была истеричная императрица Чэнь и тайны дворца Дулин, от которых мороз шел по коже… Кажется, вот-вот проявится ответ, который свяжет все это воедино.

– Это долгая история, – тем временем продолжил Шэн Линъюань. – Моя родная мать происходила вовсе не из рода Чэнь, она была демоницей. Можно сказать, что и во мне есть доля крови Чжу-Цюэ. Не зная о своем бремени, она совершила жертвоприношение… Ты же знаешь в общих чертах, что такое Небесный порядок?

О Небесном порядке у Сюань Цзи были весьма смутные представления. Это были некие магические законы: заклинания одного ранга подчинялись закону взаимного сочетания и противостояния, например, огонь несовместим с водой, а земля усиливает дерево. Но заклинания «повыше» в любом случае подавляли те, что «пониже»: вода обычно гасит огонь, но лесной пожар никак не потушить струей из водяного пистолета.

Неважно, к какому клану принадлежит заклинатель или какого рода ритуалы проводит, все подчинено ранговой системе. Первый ранг – нерушимые законы природы, естественного порядка, что не изменить и не обратить вспять: рождение, старость, болезни, смерть. Второй ранг – законы общности судьбы и равноценного обмена. Следом шла система пяти элементов У-син, гармония гор и рек и тому подобное.

Создание духов оружия и ритуалы вроде Темного жертвоприношения подчинялись законам общности судьбы, следовательно, в ситуации конфликта с законами первого ранга неизбежно проигрывали. Таким образом, когда мать Шэн Линъюаня решила принести себя в жертву, но ребенок в ее утробе еще не успел родиться, «жертвоприношение» и «рождение» вступили между собой в конфликт. Закону общности судьбы не оставалось ничего иного, кроме как уступить закону рождения и смерти, а потому ритуал жертвоприношения провалился.

– Из-за того, что она была в тягости, жертвоприношение потерпело неудачу, она стала живым трупом, а сам я по неожиданному стечению обстоятельств оказался «рожденным от мертвеца Темным призраком». К тому же во мне текла кровь Чжу-Цюэ – прекрасный материал для превращения меня в Демона Небес. Из людей были отобраны лучшие совершенствующиеся монахи, числом восемьдесят один. Вместо жертвы они положили на алтарь судьбу всего рода людского. Меня бросили в треножник Неба и Земли, убили мое смертное тело и призвали внутрь треножника пламя Алой Бездны, дабы сотворить тело Демона Небес, – излагал Шэн Линъюань с полным безразличием. – И, хотя я выгляжу как человек, я не человек. В моем теле заключена половина пламени Алой Бездны, и пока я был жив, Цзю Сюню оставалось довольствоваться лишь другой половиной. Я был главной тайной влачивших жалкое существование людей – а иначе, думаешь, почему они видели меня своим знаменем? С мастерством Дань Ли, поставь он во главе государства собаку, – народ поверил бы и в нее, зачем им был нужен я?

007

У Сюань Цзи язык был настолько хорошо подвешен, что он, что называется, пел на разные голоса и вполне мог заменить собой целый хор (не говоря об уникальной способности зачитывать рэп, параллельно щелкая семечки). Но сейчас он внезапно глубоко задумался и замолчал.

Наконец он снова обрел дар речи и с усилием выдавил из себя:

– Это все как-то чересчур… И не боялись они ответного удара?

– Боялись, разумеется. После убийства князя демонов я, Демон Небес, во имя порядка и равновесия в мире хотел, как говорится, спрятать лук, зная, что птицы истреблены, и скрывать свою силу. Если бы Дань Ли не захотел первым убить меня, разве появилась бы у меня возможность бросить ему вызов и избавиться от него? – ровно проговорил Шэн Линъюань. – Едва ли все эти события записаны в ваших хрониках, так что не помешает кое-что тебе рассказать. Вы, молодое поколение, привыкли жить в мире и спокойствии и мало что видели на свете. Несколько жалких жэньмо – и вы все уже переполошились. В прошлом все было иначе, даже Демон Небес не представлял собой ничего особенного. В те времена пламя Алой Бездны горело по всей земле – разве не были те совершенствующиеся монахи, выжившие в битве Пинъюань, людьми поистине великой силы, из тех, кто и по небу полетит, и под землей пройдет? Они сумели создать Демона Небес – смогли бы и заново пригвоздить меня к жертвеннику, дабы вернуть в Алую Бездну. После смерти Алоцзиня мы с Дань Ли