Топить в огне бушующем печали. Том 2 - Priest P大 Страница 177

На краткий миг белое пламя всех ослепило. Оно пронеслось вплотную к ошарашенным оперативникам, но никого не обожгло – наоборот, от него веяло холодом, словно и не огонь то был, а густой туман. Пламя как будто выбирало, что сжечь, а что пощадить. Отсветы огня падали на Шэн Линъюаня, играющего на сюне. Залитый белоснежным сиянием мужчина открыл глаза и молча вгляделся в глубь пламени, туда, где виднелся силуэт крылатого человека, проницая взглядом разделявшие их тысячелетия.

Повсюду разливался жаркий свет, расплавляя и обступившие оперативников тени, и навеянные миазмами иллюзии. Казалось, во всем мире больше не осталось места мгле и мраку.

Стоявший неподалеку Чжичунь что-то почувствовал и, не подавая виду, отошел в сторону. Гу Юэси едва терпела боль в глазах, но не опускала голову, не желая скрываться от яркого света. Из уголков ее зажмуренных глаз текли кровавые слезы. И тут она увидела, как посреди пылающих миазмов жэньмо-Тень снова обернулся ртутью и нырнул в артерии земли, спасаясь бегством.

– Он вот-вот удерет! – крикнула Гу Юэси и, ни секунды не раздумывая, бросилась было вдогонку, но тут ее плечо сжала чья-то рука. Шэн Линъюань, только что сидевший на обломках автомобиля, в мгновение ока переместился прямо к ней.

– Одолжи мне всевидящие очи, – произнес Шэн Линъюань.

– Как я одолжу… – начала Гу Юэси.

– Просто согласись!

Оперативники только что «одолжили» ему тела, став живыми пешками в его руках, так что позаимствовать глаза для него было проще простого. Гу Юэси согласилась без колебаний:

– Хорошо, бери.

Стоило ей ответить, как лба коснулся холодок, словно она подписала какой-то незримый контракт. В следующий миг все перед ней потемнело, сердце оборвалось. Гу Юэси распахнула глаза – ее обычное зрение вернулось, но всевидения она лишилась.

Шэн Линъюань тем временем превратился в черный вихрь и тотчас настиг Тень, пытавшуюся сбежать по артериям земли. Оперативники, ослепленные белым пламенем, не успели прийти в себя, как мощный порыв ветра взъерошил их волосы, словно где-то рядом взвилась вверх гигантская птица. Чжан Чжао, вскинув голову, слезящимися глазами сумел разглядеть в небе лишь огненно-красную тень.

Сюань Цзи принял в воздухе позу стрелка, и из середины его ладони вырвалось кипенно-белое пламя и обернулось огромным луком. С кончика пальца сорвались несколько огоньков, они вытянулись больше чем на два чи и стали длинной стрелой. Сюань Цзи быстрым движением спустил тетиву, и стрела вонзилась прямо в землю.

Серебристый силуэт Тени рассыпался ртутными каплями, точно разбитый градусник, и тотчас начал впитываться в почву, но тут в нее метнул заклинание Шэн Линъюань: жухлая трава принялась бурно разрастаться, корни ее жадно втягивали демоническую ци и оплетали Тень подземными путами. Теперь ей негде было укрыться – выскочив на поверхность, она резко взмыла вверх.

Вторую стрелу Сюань Цзи выпустить не успел – «ртутный человек» вдруг столкнулся с чем-то в воздухе, в небе высветилась цепь электрических искр. Шэн Линъюань задрал голову – они и не заметили, что прямо над ними появилась еще одна печать. Она отличалась от тех магических построений и заклинаний, какие он привык видеть: поток ци был совершенно ровный на всех участках, как будто печать накладывал не человек, а машина.

– Представляем вашему вниманию высокоэнергетический изолирующий экран! Мы его зовем электромухобойкой. Это крупногабаритное защитное устройство, предназначенное для изоляции опасных объектов с высоким уровнем аномальной энергии в густонаселенных областях. Не имеет ни малейших недостатков, только электричества потребляет многовато! – к ним подъехали потрепанные автомобили – машинам явно крепко досталось. Внутри было всего четыре оперативника – остальные были марионетками, сотворенными с помощью заклинания Шэн Линъюаня.

За рулем сидела марионетка линии растений, а низкорослый человечек, творение линии металлов, целился в Тень из мифрилового пистолета. Объясняя недоумевающему Шэн Линъюаню, что за печать над ними, он выстрелил, и начавшую уже было рассеиваться Тень пригвоздило к месту. Он отдал Шэн Линъюаню честь:

– Здравия желаю, товарищи. Мы из филиала Бюро в Цзянчжоу, те, кому удалось улизнуть… тьфу, то есть, уцелеть. Нас разбудила еще первая партия ревербераторов, и мы сразу же бросились на подмогу! Мне впервые в жизни довелось орудовать такой штуковиной – настоящее оружие массового поражения! – со смехом сообщил оперативник. – Охренеть, как круто!

В разбросанных по стране филиалах Бюро сотрудники в основном и правда сидели без дела. И в Юйяне, и в Цзянчжоу оперативники с таким энтузиазмом включались в работу именно потому, что им редко выпадала возможность поучаствовать в масштабной операции. При любом происшествии оперативники из филиалов, сгорая от нетерпения, рвались вперед, боясь, что если замешкаются, то не успеют увидеть всю ту нечисть, с которой сражались их коллеги из центра.

Шэн Линъюань улыбнулся человечку.

Другим оперативникам не выпало шанса узреть ясную, ничем не омраченную и почти искреннюю улыбку его величества. Рука человечка дрогнула – изолирующий экран чуть не накренился в сторону.

– Товарищ, ты из какой структуры Главного управления? Я могу тебя позвать, когда в следующий раз буду записывать шортс? Прибыль разделим пополам: зарплаты не хватает, а так будет неплохая подработка.

Шэн Линъюань оставил вопрос без ответа.

– Оставляю преступника на вас, господа, – только и бросил он. – Не церемоньтесь с ним.

И с этими словами пропал прямо на месте.

Хоть Гу Юэси и «одолжила» ему на время всевидящие очи, они по-прежнему оставались чужой собственностью, и он не мог использовать их чересчур долго. К счастью, по отчаявшемуся виду Тени, что, как загнанная собака, кидалась на всех подряд, он догадался: ее пристанище, та самая таинственная раковина, должно быть, где-то поблизости.

Он учуял ауру, похожую на его собственную, и вовремя: перед глазами все начало расплываться. След вел в лес неподалеку.

Тем временем Тень, как обезумевшая, яростно билась об изолирующий экран, тщась силой прорваться наружу. Миазмы внутренних демонов развеялись, саму ее поджарило кипенно-белое пламя, и она была слишком обессилена, чтобы создавать новые порождения. Ей оставалось лишь пытаться заморочить противникам головы:

– Господа, – начала Тень, – в ваших жилах течет иноплеменная кровь. Некогда ваши предки по праву рождения стояли выше всех прочих, но вот уже несколько тысяч лет правду скрывают от вас и держат за дураков, вы рискуете жизнью и трудитесь в поте лица ради каких-то людишек. Неужели вам не кажется это нелепым, несправедливым?

Раздался еще один выстрел – обвешанный оружием оперативник в костюме химзащиты высунул голову в окно:

– Да у меня восемь поколений – бедняки-крестьяне!.. Твою мать!

Пусть и измотанная боем, Тень оставалась древним чудовищем, высосавшим досуха артерии земли в