Живые мертвецы Далласа - Шарлин Харрис Страница 27

– Спасибо, – сказала я и дала ему чаевые. К этому сложно не привыкнуть.

До планируемой встречи с Айресом, любовником Изабель, оставалось мало времени. Я без промедления сбросила халат и посмотрела на то, что принес Артуро. Передо мной были блузка персикового оттенка с цветами дымчатого оттенка – сойдет, – и юбка… Хм. Найти джинсовую сотрудники отеля не сумели: обе юбки были болотного цвета. Я подумала, что сойдет и так, и приложила к себе одну из них. Она выглядела слишком обтягивающей для эффекта, которого я добивалась, и я порадовалась наличию вариантов. Вторая юбка подошла мне больше. Я запихнула стопы в сандалии без каблуков, вдела в проколотые уши маленькие сережки и решила, что готова идти. У меня даже нашлась подходящая сумка, соломенная, с потертостями. К сожалению, это была моя обычная сумка, но она отлично подходила к образу. Я выбросила из нее вещи, которые могли бы выдать меня, и пожалела о том, что не подумала об этом раньше. О каких мерах безопасности я могла забыть?

Я вышла в тихий коридор. Он выглядел так же, как прошлой ночью. В нем не было ни зеркал, ни окон, и я чувствовала себя загнанной в ловушку. Темно-красный ковер и трехцветные обои не улучшали впечатления. Створки лифта открылись, как только я нажала на кнопку, и я в одиночестве спустилась вниз. Музыки в лифте не было. «Тихая бухта» оправдывала свое имя.

С обеих сторон от лифта стояли вооруженные охранники. Они смотрели на главные двери отеля – очевидно, запертые. У дверей был установлен телеэкран, который показывал тротуар за дверями. Другой экран давал более широкий обзор.

Я подумала, что вот-вот начнется нападение, и закаменела, чувствуя, как сердце ускоряет биение, но через пару секунд тишины осознала, что охрана, должно быть, находится здесь постоянно. Именно поэтому вампиры останавливались в подобных отелях. Никто не пройдет мимо охранников возле лифта, никто не поднимется на этаж и не потревожит беспомощно спящих вампиров – потому-то цена за номер и была такой высокой. Двое охранников, дежурящих возле лифта, были высокими и крепкими и носили черную форму отеля – большинство людей предполагали, что вампиры одержимы черным. Пистолеты охранников казались мне огромными, но я не очень-то разбиралась в оружии. Мужчины посмотрели на меня и снова перевели взгляды на двери.

Даже портье был вооружен. На стойке за его конторкой стояли дробовики. Я задумалась о том, как далеко они способны зайти, защищая своих гостей. Они действительно будут стрелять по другим людям? Как на это смотрит закон?

В одном из мягких кресел, стоящих в лобби, сидел мужчина в очках – высокий, худощавый, светловолосый. На вид ему было лет тридцать. Он носил легкий летний костюм цвета хаки со старомодным галстуком и мокасинами. Определенно это он мыл посуду в гнезде вампиров.

– Хьюго Айрес? – спросила я.

Он поднялся и пожал мне руку.

– Ты, наверное, Сьюки? Но волосы… вчера ты была блондинкой.

– Я и есть блондинка. На мне парик.

– Выглядит натурально.

– Это хорошо. Ты готов?

– Машина снаружи.

Он прикоснулся к моей спине, указывая верное направление – как будто я не разглядела бы дверь самостоятельно. Но я оценила вежливый жест – он позволил проникнуть в мысли Хьюго. Он не транслировал их во все стороны.

– Как давно ты встречаешься с Изабель? – спросила я, когда мы сели в его «Каприз».

– Ну, наверное, месяцев одиннадцать, – сказал Хьюго Айрес. У него были большие усыпанные веснушками руки. Я бы предположила, что он живет в пригороде с коротко стриженной женой и двумя светленькими детишками.

– Ты в разводе? – не подумав, спросила я и почувствовала себя виноватой, увидев на его лице скорбь.

– Да, – сказал он. – Не так давно.

– Мне жаль, – я не стала спрашивать его о детях, решив, что это не мое дело. Я слышала его мысли достаточно хорошо, чтобы узнать, что у него маленькая дочка. Имени и возраста я, правда, не выяснила.

– Ты правда умеешь читать мысли? – спросил он.

– Да, правда.

– Неудивительно, что ты привлекла внимание вампиров.

Хьюго, это низко.

– Возможно, и поэтому тоже, – сказала я, не позволяя голосу выдать злость. – Кем ты работаешь?

– Юристом, – сказал Хьюго.

– Неудивительно, что ты привлек их внимание, – ответила я самым ровным тоном.

После долгого молчания Хьюго сказал:

– Пожалуй, я это заслужил.

– Давай забудем. Поговорим о нашей легенде.

– Мы можем притвориться братом и сестрой?

– Это возможно. Я видела братьев с сестрами, которые похожи друг на друга меньше, чем мы. Но с учетом того, как мало мы друг друга знаем, версия с парнем и девушкой подойдет больше. Нас могут развести по углам и расспросить по отдельности. Я не хочу сказать, что так и случится, и буду очень удивлена, если так и случится, но брат и сестра обязаны знать друг о друге все.

– Ты права. Почему бы нам не сказать, что мы встретились в церкви? Ты только что переехала в Даллас, и мы пересеклись в воскресной школе при методистской церкви Глена Крейга. Я действительно туда хожу.

– Хорошо. А я работаю менеджером… в ресторане? – Я подумала, что опыт работы в баре придаст моей лжи некоторую убедительность. Если, конечно, за меня не возьмутся всерьез.

Он выглядел удивленным.

– Это достаточно необычно, чтобы сойти за правду. Я не особенно хороший актер, и я решил, что лучше представиться тем, кто я есть.

– Как ты познакомился с Изабель? – конечно, мне было любопытно.

– Я представлял Стэна в суде. Его соседи потребовали, чтобы вампиров выселили из района. Они проиграли. – Хьюго испытывал противоречивые чувства относительно своей связи с вампиршей и не был уверен в том, что они действительно должны были выиграть тот процесс.

О Боже. Это делало наш план еще более рискованным.

– Ты попал в газеты? Как представитель Стэна Дэвиса?

Он выглядел растерянным.

– Да. Черт, кто-то в резиденции может вспомнить мое имя. Или внешность – в газетах появлялись мои фотографии.

– Возможно, это к лучшему. Сможешь сказать, что увидел свою ошибку после того, как пообщался с вампирами.

Хьюго обдумал мое предложение. Его большие усыпанные веснушками руки беспокойно двигались по рулю.

– Как я и сказал, из меня такой себе актер. Но это, думаю, я смогу изобразить.

Я всегда кого-то изображала, так что не слишком волновалась. У меня была отличная практика: я привыкла принимать заказы у парней, которые всерьез раздумывали о том, везде ли у меня светлые волосы. По большей части нельзя было судить о том, что люди из себя представляют, исходя из их мыслей. Приходится быть выше этого.

Я хотела предложить Хьюго сжать мою руку и передать свои мысли, если что-то, на его взгляд, пойдет не так, но его сомнения – сомнения, которыми от него несло так же ясно, как дешевым одеколоном, – заставили меня прикусить язык. Может быть, его