Темные гастроли - Валерий Георгиевич Шарапов Страница 6

три тела лежали на асфальте в трех-пяти метрах от дверей проходной. У всех троих серьезные ножевые ранения. На проходной начал собираться народ, здесь, на тротуаре, тоже. Прохожие останавливались, не в силах пройти мимо. Картина, надо сказать, выглядела и впрямь шокирующе. Я успел проверить пульс у двоих, когда прибыла машина «скорой помощи». Передав пострадавших в руки медиков, я направился на проходную, чтобы опросить вахтера.

— Он видел, как все произошло?

— Так точно. От начала и до конца, — Сечинов указал на мужчину предпенсионного возраста, с опущенными плечами стоявшего у разбитой двери. — Он, конечно, потрясен случившемся, но излагает довольно связно.

— Так что он говорит? — поторопил Девяткин.

— Институт начинает работу в девять утра, соответственно, обеденный перерыв для сотрудников длится с тринадцати до четырнадцати часов, — начал Сечинов. — Бо'льшая часть сотрудников обедает в институтской столовой, но иногда кто-то выходит за территорию НИИ, чтобы перекусить в пельменной за углом, или по каким-то личным делам. Правилами института это не возбраняется, нужно только сдать пропуск на проходной и не опоздать с обеденного перерыва.

— Это понятно, что насчет инцидента? — вновь поторопил Девяткин.

— Примерно в тринадцать пятнадцать к пропускному пункту подошли трое: старший научный сотрудник Вениамин Семенович Здражевский и два его ассистента, Сергей Увеков и Александр Фурманов. Как и положено, они сдали пропуска и прошли через контрольно-пропускной терминал. Вахтер, Иван Матвеевич Аничкин, перебросился парой слов с Вениамином Здражевским. Кажется, они были знакомы. То ли на почве любви к футболу, то ли жили по соседству, сейчас не вспомню.

— Это не столь важно, — отмахнулся Девяткин.

— Так вот, — продолжил Сечинов. — Здражевский задержался буквально на пару минут, пока болтал с вахтером. В это время оба ассистента вышли из дверей проходной и остановились, поджидая наставника. Вахтер отлично видел их сквозь дверь и застекленную стену. Здражевский уже поворачивался, собираясь присоединиться к ассистентам, когда к проходной подбежали двое мужчин. Не говоря ни слова, они с ножами набросились на ассистентов. Вахтер говорит, это было настолько неожиданно, что оба, и он и Здражевский, на какое-то время застыли на месте. Минута, может, две, и все это время неизвестные наносили удары помощникам Здражевского. Много ударов. Парни пытались убежать. Одному это даже почти удалось. Видите тот силуэт? — Сечинов указал в нужном направлении. — Там лежал Фурманов. Он увернулся от нападавшего и бросился к дороге. Вахтер говорит, он кричал, звал на помощь прохожих.

— Здесь были прохожие? Хочешь сказать, на улице были люди, а они все равно напали? — история все больше и больше настораживала майора.

— Так и есть. Прохожих хватало, да только все они или застыли от удивления, или убежали прочь от страха. Понять их можно, товарищ майор. Такое кровавое месиво не каждый день увидишь.

— Что было дальше? — Девяткин поморщился, он не любил, когда сотрудники милиции использовали в речи жаргонные выражения, когда речь шла о жертвах.

— Здражевский вышел из ступора и бросился на выручку, — продолжил рассказ Сечинов. — Вахтер попытался было последовать за ним, но Здражевский крикнул, чтобы тот оставался внутри и звонил в милицию и в скорую. Уже тогда он понимал, что без врачей тут не обойтись. Башковитый, видать, мужик был.

— Был? Разве там, на асфальте, его тело? — вспомнив лицо жертвы, которую только что осматривал, Девяткин засомневался, уж больно молод был тот парень для звания старшего научного сотрудника.

— Нет. Там лежит тело Сергея Увекова, — подтвердил догадку майора Сечинов. — Здражевского, как и Фурманова, увезли медики.

— Тогда почему «был»? — Девяткин сердито сдвинул брови. Больше, чем жаргонные словечки, он не любил, когда оперативники делали прогнозы относительно того, выживет жертва или нет.

— Простите, оговорился, — смутился Сечинов. — Просто после такого вряд ли кто-то сможет выжить, вот я и…

— Не нужно этого делать, — резко оборвал его майор. — Пусть о них позаботятся врачи, а наша с тобой задача — найти преступников… Итак, ты остановился на том, что Здражевский побежал на выручку своим подчиненным. Что произошло, когда он оказался на улице?

— Здражевский выскочил на улицу, а вахтер схватился за телефон, — Сечинов поморщился, недовольный тем, что его прервали. — Пока вахтер набирал номер, у проходной появились еще двое. Откуда они взялись, он не видел. Он буквально на пару секунд опустил взгляд, а когда поднял, то увидел, что нападавших уже четверо. Помощники Здражевского уже лежали на земле и не пытались сопротивляться, поэтому все четверо набросились на старшего сотрудника. Один схватил его за грудки и бросил на дверь. Удар был такой силы, что дверь разлетелась на мелкие осколки. Здражевский попытался увернуться, но они сбили его с ног и добивали, когда он уже лежал на земле. Затем, когда стало понятно, что сопротивление жертв сломлено, эти молодчики спокойно обчистили их карманы и убежали.

— Обчистили карманы? — в третий раз за время рассказа Девяткин был удивлен до крайности. — После того как расправились с ними? Ты это хочешь сказать?

— Говорю как есть, — Сечинов пожал плечами. — По крайней мере, именно это рассказывает вахтер.

— Они не пытались расправиться и с вахтером? Ведь он как-никак свидетель, — уточнил Девяткин.

— Нет. Не пытались. Они просто ушли. — Сечинов перевел взгляд на вахтера и неожиданно проникновенно произнес: — Повезло ему. Крупно повезло. По сути, этот Здражевский спас ему жизнь.

— Да уж, с этим не поспоришь, — согласился Девяткин. — Если бы он выбежал на улицу, сейчас у нас на руках было бы на одну жертву больше.

Какое-то время оперативники молчали, задумчиво оглядывая площадь перед институтом. Затем капитан Сечинов достал из кармана пачку сигарет и спросил:

— Не возражаете, товарищ майор?

— Кури, — разрешил Девяткин.

Сечинов выбил из пачки сигарету, помял в руках и, зажав фильтр губами, прикурил. Сделав пару затяжек, он как бы между прочим поинтересовался:

— Дело вы у нас забираете?

— Почему ты так решил? Думаешь, сам не справишься? — Девяткин не спешил давать ответ.

— Не в том дело, — охотно стал пояснять Сечинов. — Просто раз вы здесь, значит, начальство решило передать дело в управление. Разве нет?

— Признаться честно, я здесь по личной инициативе, — Девяткин решил быть с капитаном откровенным. — Оно меня заинтересовало, поэтому мне хотелось увидеть все своими глазами. Чтобы иметь представление, с чем мы столкнулись. Понимаешь?

— Думаю, да, — так же откровенно признался Сечинов. — Сдается мне, здесь орудовали не простые грабители. Они будто в ограблении вовсе не заинтересованы. Скорее, то, что забрали, дополнительная выгода. Не основная цель. Как думаете, товарищ майор?

— Похоже на то, — согласился Девяткин и тут же перевел разговор на более насущные вопросы. — С чего собираешься начать?

— Опрос свидетелей, — поняв, что минута откровенности прошла, спокойно