Тайна Лукичёвского Беловодья - Евгений Калачев Страница 5

с нынешними, когда он контролировал денежные потоки, ставя свою подпись на платежных поручениях. Но времена изменились, и пришлось стать специалистом по онлайн-платежам. Было непросто, а порой и муторно, и недоверия было много к этим Интернет-счетам, офшорным компаниям-прокладкам, зарегистрированным в малонадежных государствах-островах, и много паролей приходилось держать в памяти. Но осилил, выстроилась определенная логистика в голове, которая целиком была доступна только ему и больше ни одному человеку в этом мире.

Господин Журавин открыл сейф, в котором когда-то хранились пачки денег, а сейчас ноутбук, мобильные телефоны, банковские карты, да и пара пачек долларов на непредвиденные мелкие расходы, достал компьютер и мобильный телефон, к которому были привязаны онлайн-счета. Сев в удобное кожаное кресло, позвонил по внутреннему телефону референту:

– Меня ни для кого нет – я вне доступа, понял?

– Понял, Михаил Иванович.

Господин Журавин открыл ноутбук, подключил к Интернету, ввел пароли, внимательно изучил отчет брокера и начал выводить деньги с брокерского счета.

Завибрировал мобильный телефон – звонил брокер.

– Не переживайте, мистер Скотт, это я вывожу деньги, – сказал Михаил Иванович. – Не переживайте, мистер Скотт, деньги на налоги поступят позже. Где их взять – решим позже. Всё – конец связи.

Когда все поручения на вывод денег были сформулированы, Михаил Иванович через код подтвердил вывод денег десятью траншами с брокерского счета, а когда деньги поступили на счета его офшорных компаний, начал их перегонять с одного счета на другой, с одной компании на другую, пока они не сгинули от зоркого нехорошего взора недоброжелателя, будь то его бывшая жена или налоговый инспектор, или въедливый журналист, или еще бог знает кто.

Закончив эту тяжелую, важную и напряженную работу, Михаил Иванович вышел из всех программ, выключил ноутбук и привязанный к нему мобильный телефон, закрыл их в надежный сейф и, подойдя к бару, налил в большой бокал настоящего французского коньяка. Присел на роскошный кожаный диван и, откинувшись на удобную спинку, сделал глоток ароматного напитка.

«Половину бизнеса захотела?! Ну-ну, посмотрим, что ты получишь!» – но ни в мыслях, ни в голове господина Журавина уже не было той жесткости, что изначально: действия, правильные действия, они всегда побеждают негативные мысли и чувства, приводящие к стрессу, который является главным убийцей людей в двадцать первом веке.

Перевод денег в заначку на самый черный день и выпитый коньяк подействовали успокоительно на господина Журавина, и он хорошо выспался в комнате отдыха при его кабинете. И на следующее утро он был снова готов к привычной работе: давать указания и контролировать исполнение их. И, когда ровно в десять утра в кабинете собрались начальник геологоразведки, его помощники, проектировщики, финансовый директор с бухгалтерами и экономистами, господин Журавин распорядился:

– Мы сегодня должны проделать важную и пока абсолютно секретную работу: составить бизнес-план, проектно-сметную документацию, заявки на получение лицензии по разработке нового рудного полиметаллического месторождения, получения льготного кредитования, освобождения от налогов на время строительства горно-обогатительного комбината и так далее и тому подобное. Объем работы большой, но и нас немало. – Он окинул взглядом своих специалистов, собравшихся в его огромном кабинете. – Все вы – профессионалы. Работаем здесь, в моем кабинете, никто сегодня домой не уйдет, пока работа не будет сделана.

– А обед будет? – задал вопрос геолог.

– И обед будет, и чай, и кофе, и ужин, – улыбнулся господин Журавин.

– А диван, чтобы вздремнуть после обеда? – спросил все тот же геолог.

– Будет, – улыбнулся господин Журавин. – Для тех, кто досрочно и качественно выполнит свою работу… А теперь занимайте удобные для каждого из вас места, в том числе и мое, и приступаем к работе.

Медленно, почти через силу, даже с паникой и непроизвольным ропотом, начиналась объемная бумажная работа, которая необходима в любом большом и серьезном проекте, но к обеду начали обозначаться уже ощутимые контуры, формы, которые нужно было заполнить цифрами, таблицами, графиками, фабулами, аналитическими записками и заключениями. Конечно, все это легко ложилось на бумагу, переделывалось, исправлялось, дополнялось благодаря современным цифровым технологиям, а если кратко – компьютерам, сканерам, ксероксам, цветным принтерам, которые были доставлены в кабинет господина Журавина его референтами заблаговременно.

Обедали партиями по профессиям: геологи, проектировщики, финансисты, в комнате отдыха господина Журавина. Стол накрывал личный повар Михаила Ивановича с помощниками. Здесь же можно было воспользоваться и туалетом, чтобы вымыть руки и привести себя немного в порядок.

Все было предусмотрено, работа была организована и раскручивалась, как огромный тяжелый маховик, но господин Журавин и не думал никуда уходить или отвлекаться еще на что-нибудь. Он был здесь, готов был к любым вопросам, на которые формулировал быстрый четкий и убедительный ответ, стимулируя тем своих специалистов к быстрой и продуктивной работе.

– Понятно, что все цифры сейчас приблизительные, будут в дальнейшем корректироваться. Это не страшно – ведь финансирование будет идти в основном за счет собственных средств. Главное, чтобы цифры бились, – говорил господин Журавин.

– Михаил Иванович, а где будем ставить административный корпус комбината? – задавал вопрос проектировщик.

– Мы же были с вами на месте – там, где стояли палатки. На противоположной стороне лога от основного дробильно-обогатительного корпуса. Лог перекроем дамбой, выше дамбы будут очистительные сооружения, а по дамбе будет проезд и проход между промзоной и административной, – отвечал господин Журавин.

В семь часов вечера был обещанный ужин, а к полуночи работа была закончена: толстые переплетенные и пронумерованные, копированные в десяти экземплярах тома лежали на столе господина Журавина, служебный автобус развозил специалистов по домам, а сам Михаил Иванович уже собирался в Москву.

В Москве все прошло без сучка и задоринки: пока референты сдавали подготовленные документы в канцелярию Правительства, развозили запросы и документы по другим учреждениям и ведомствам, господин Журавин заглянул в кабинет к Премьеру – благо он был не очень занят, коротко доложил о проделанной работе и об устранении последствий аварии, и о проекте нового горно-обогатительного комбината. И все было вроде как хорошо, но небольшой негативный осадок от посещения Белого дома на набережной Москва-реки, у него остался. Господин Журавин, уже отъезжая на своем скромном «майбахе» от здания Правительства, стал анализировать все детали, разговоры, встречи – вроде и прицепиться не к чему: все как обычно, и вежливые улыбки, и доброжелательные рукопожатия: «О, Михаил Иванович, собственной персоной к нам пожаловал?! Как там Лондон? Как Италия?.. А? Только из Сибири?.. Ну, как там Сибирь?!»

Но что-то все равно было не так – господин Журавин нутром чувствовал, – и он вновь и вновь прогонял все в памяти: «Ну, то, что господин Премьер не пригласил к себе ни замов