Творения. Том второй: АСКЕТИЧЕСКИЕ ТВОРЕНИЯ. ПИСЬМА. Приложение: Святитель Амфилохий, епископ Иконийский. Статьи о свт. Василии Великом. - Борисов Страница 313

утверждал, что Сын Божий состоит из двух совершенных природ: «Если скажут, что во Христе одна сущность, спросите их: “Как в таком случае вы говорите, что Христос бесстрастен по Божеству, а по плоти подвержен страданию?”».[2097] Учение об одной природе во Христе ставило под сомнение сам факт восприятия Христом человеческого естества. Святитель Амфилохий в своих сочинениях говорит о спасении людей через «воплощение Слова Божиего»,[2098] о том, что «вочеловечение – не призрак»,[2099] о том, что явление Христа во плоти – это «несокрушимое основание, непоколебимый столп, спасительное начало, благочестивейший венец».[2100]

Святитель Амфилохий доказывает, что тело Иисуса было действительно земным телом, а не сошедшим с небес. Христос, согласно учению святителя Амфилохия, воспринял природу Адама. «Адам... изначально сотворен из земли; и тот, кто от земли, нарушил заповедь; и тот, кто от земли, воспринят».[2101] Если Христос воспринял «другое тело», говорит святитель Амфилохий, то оно не имеет никакого отношения «к нашему спасению»; если «плоть сошла с небес», то она не имеет никакого отношения «к нашей плоти, воспринятой от земли».[2102] Христос имел не только человеческое тело, но и человеческую душу. Слова Христа: Душа моя скорбит (Мф. 26:38) – святитель Амфилохий понимает как ясное указание на то, что Христос «воспринял не бездушное тело, как желает того заблуждение Аполлинария»,[2103] а полноценную природу человека, состоящую из тела, души и ума.

3. О единстве Личности Иисуса Христа

Святитель Амфилохий не только исповедует двойственность природ, но также особо акцентирует внимание на единстве Личности Христа. Ссылаясь на предание, он говорит, что «божественные отцы назвали Сына единосущным Отцу по Божеству и единосущным Матери по человечеству: две сущности (δύο οὐσίαι), или природы (δύο φύσεις), но не две Ипостаси (δύο ὑποστάσεις)».[2104] Именно единство личности обусловливает то, что «в одном Лице соединяются две природы».[2105] Уникальность личности Христа заключается также в том, что это – личность не простого человека, а Сына Божиего: «Тот же Самый Царь и Бог через страдания вкусил смерть».[2106]

В силу единства Личности все, что относится к человеческой природе, относится к Божественной Личности Христа. Святитель Амфилохий ясно высказывается о взаимном общении природ: «Страдает воспринятая природа, а воспринявшая остается бесстрастной; Сам Бог Слово, ничего не претерпевая, усваивает то, что относится к храму тела».[2107] Эта мысль особенно ярко проявляется там, где святитель Амфилохий говорит о страданиях Сына Божиего: «Распростерший словом небеса на древе простирается, и Тот, на Кого не смеют Херувимы взирать, был оплеван в лицо».[2108] В Слове на Сретение Господне автор относит к младенцу Христу те действия, которые свойственны Богу: «Этот Младенец сотворил веки, утвердил небеса, распростер землю».[2109] Та же мысль в Слове на Рождество Христово: «Неописуемый небесами как Младенец ночует в яслях, и Создавший все одним словом согревается женскими руками, и Даровавший по благодати бытие всем надмирным силам питается молоком от пречистых сосцов Святой Девы».[2110] Единство двух природ во Христе – непостижимое для человеческого ума таинство, которое можно принять только живой и искренней верой. Этой верой жила упоминаемая в проповеди на Сретение Господне святая пророчица Анна, которая «в новорожденном ребенке увидела Господа и при всех исповедала младенца Богом, Врачом, всесильным Искупителем, Сокрушителем грехов».[2111]

Особенность соединения Божественной и человеческой природ заключалась не только в единстве личности Христа, но и в самом тесном единении этих природ, в их взаимном проникновении. Относительно образа соединения двух природ во Христе старшие каппадокийцы употребляли слово κράσις – смешение. Святитель Амфилохий вместо этого термина использует понятия ἕνωσις – единство и κοινωνία – общение. Единство двух природ, согласно святителю Амфилохию, является нераздельным (ἀδιαιρέτως). После Воскресения и Вознесения на небеса единение двух природ не нарушилось, а человеческая природа «благодаря единению с Богом удостоилась нераздельного (ἀδιαιρέτως) с Ним сопребывания».[2112] Профессор И. В. Попов полагает, что для святителя Амфилохия единство Лица является достаточным основанием для утверждения единства двух природ.[2113]

4. О Пресвятой Деве Марии

Нераздельное единство двух природ предполагает в качестве наименования для Девы Марии слово «Богородица», однако святитель Амфилохий использует только библейское выражение «Матерь Бога».[2114] Достоинство и величие Матери Божией заключаются в том, что Она «носила в чреве Того, Кто носит все», и что Она «питала Питающего мир».[2115] По мысли святителя Амфилохия, Пресвятая Дева родила воплотившегося Бога, но специально используемый для этого термин «Богородица» в произведениях святителя Амфилохия еще не встречается.

С учением о Божией Матери неразрывно связан догмат приснодевства. «Бог пришел в этот тленный мир от девичьих ложесн».[2116] Пресвятая Дева была чужда плотской близости и сохранила девство. Христос, по словам святителя Амфилохия, «как жемчужина в раковине, посреди створок тела и девственной души, родился без семени мужа».[2117] Догмат приснодевства раскрывается в Слове на Сретение Господне. «Всякое естество девы, – пишет святой отец, – от плотской близости с мужчиной сначала растлевается, а затем уже утроба рождает. Но не так было при рождении Спасителя нашего... Он, Сам разверзая утробу у Девы, не знавшей подобной близости, родился непостижимым образом».[2118] В то же время святитель Амфилохий решительно утверждает, что и после рождения Христа, благодаря «могуществу родившегося Владыки»,[2119] «девственные врата не были отверстыми».[2120] В сочинениях святителя Амфилохия представлено ясное учение о Приснодевстве, но сам термин «Приснодева» (ἀειπαρθένος) встречается только один раз в трактате против ложной аскезы, где святой отец говорит, что «Господь родился от Приснодевы Марии».[2121]

5. Следствие ипостасного единства

Следствием единства двух природ в личности Иисуса Христа стало совершенство человеческой природы в интеллектуальном, нравственном и духовном смысле. В толковании евангельских слов: Иисус же преуспевал в премудрости и возрасте и в любви у Бога и человеков (Лк. 2:52) – святитель Амфилохий отвергает всякое понимание этого отрывка в смысле изменения человеческой природы Христа из худшего состояния в лучшее. Святой отец утверждает, что Христос по своей человеческой природе был совершенен. Развитие Иисуса касалось только естественного физического роста и означало, что «природа плоти достигала зрелости». Совершенство в премудрости и благодати относилось не к духовно-нравственной жизни Иисуса, а к окружавшему Его народу, который «умудрялся от Него в Божественном и утешался благодатью». Выражение у Бога и человеков означает, что Христос «совершил дело Отца, воплотившись и