Творения. Том второй: АСКЕТИЧЕСКИЕ ТВОРЕНИЯ. ПИСЬМА. Приложение: Святитель Амфилохий, епископ Иконийский. Статьи о свт. Василии Великом. - Борисов Страница 115

Его. Примеры кротости и снисходительности – в том, что всех допускал к Себе со свойственною Ему благостью и дозволял смело беседовать с Собою не только людям добродетельным, но и тем, для кого было приятно и уже обратилось в привычку предаваться делам самым постыдным. Так приступали к Нему блудницы и мытари, причем они не увеличивали недуга похотливости или сребролюбия, но очищались от душевной болезни и не столько приводимы были в стыд сознанием своего лукавства, сколько приобретали дерзновение в уповании на исцеление, потому что встречали на деле то, что превосходило их ожидания. А какие примеры Его человеколюбия и милосердия (τῆς εὐσπλαγχνίας)! То в пустыне ослабевшим от пребывания без пищи изготовляет наскоро богатую трапезу, вдвойне угощая и изобилием потребного, и чудесностью снабжения (Мф. 15:32-38), то милосердует о недужных, яко бяху смятени и отвержени, яко овцы не имущия пастыря (Мф. 9:36); и как врачует телесные немощи, исцеляет повреждения и омертвения членов, так разрешает душевные недуги, неразрешимые узы грехов и путы насильственных договоров, какие заключены нами с отцом греха диаволом. А какие примеры смиренномудрия! Не только соблаговолил облечься плотию, но и быть, и почитаться сыном родителей, по настоящему состоянию, низких, быть сыном Матери, почитаться же сыном названного отца (Мф. 1; Лк. 3). А примеры благоразумия! То обличает саддукеев, покушавшихся осмеять воскресение вымышленным рассказом об умерших семи братьях, после того как имели одну жену (Мф. 22:25-32), то посрамляет учеников фарисейских с иродианами, когда, предложив обоюдоострый вопрос: достойно ли дати кинсон кесареви, или ни? (Мф. 22:17), получили обоюдуразящий ответ, который мог бы в том и другом отношении обличить их неразумие, повелевая, не дать, но воздать, ибо говорит: воздадите кесарева кесареви (Мф. 22:21), потому что монета кесарева имела на себе образ и надпись кесаревы.

6. Вот сколько, и даже в неизмеримое число раз больше, одних главнейших подвигов! А каковы и как многочисленны Его телесные труды, ради которых особенно и приводится пример! В первом возрасте, повинуясь родителям, кротко и благопокорно переносил Он с ними всякий телесный труд, потому что они, как люди хотя праведные и благочестивые, но бедные и не в обилии снабженные необходимым для жизни (чему свидетелями ясли, послужившие честно́му Рождеству – Лк. 2:7), естественно, занимались непрестанными телесными трудами, снискивая тем себе необходимое на потребности. Иисус же, повинуясь има (Лк. 2:51), как говорит Писание, без сомнения, показывал благопокорность и в перенесении с ними трудов. А пришедши в возраст и оказывая Владычные и Божеские благодеяния, избирая уже учеников и намереваясь проповедовать Царствие Небесное, не требует Себе служения от других, лежа на одном боку и нежа тело Свое, но ради нашего спасения то путешествует, и всегда пеший, и служит ученикам, как Сам говорил: аз же посреде вас есмь яко служай (Лк. 22:27); и якоже Сын Человеческий не прииде, да послужат Ему, но послужити (Мф. 20:28), то омывает ноги ученикам (см. Ин. 13:5), а потом, долгое время занимаясь учением, неленостно переходит с места на место. Однажды только, и то на короткое время, употребляет подъяремное животное, впрочем, не для успокоения тела, но чтобы запечатлеть делами Своими пророчество (см. Мф. 21:5; Зах. 9:9). А апостолы? Не Владыке ли подражали? Не занимались ли непрестанно трудами? Посмотри на Павла, который непрерывно работает, неутомимо путешествует, плавает, бедствует, переносит непогоду, изгнание, удары, избиение камнями, душевным усердием и телесною силою противостоит всем искушениям (см. 2 Кор. 11:23-32). А если бы расслабил он телесные силы неумеренностью, то не был бы за сие увенчан. Поэтому хорошо, душевными добродетелями и телесными подвигами подражая жизни Владыки и Его учеников и апостолов, употреблять тело на службу самым добрым деяниям. Ибо душе принадлежит избирать из добрых дел и такие, которые совершаются при содействии тела, а телу – приводить в действие то, что избрала душа. Если же тело бессильно для приведения сего в действие, то доброе дело, сокрытое еще в намерении, остановилось на полпути, подобно какому-нибудь ростку, увядающему в земных недрах и не поступающему в употребление тем, для кого он зародился.

7. Но говорят: и Господь переносил продолжительное невкушение пищи, а точно так же и Моисей, и Илия Пророк. Но заметьте то, что Господь наш однажды только совершил это; подобным образом и Моисей, и Илия. Во все же прочее время, в надлежащем порядке управляя телом и содержа его в деятельности, всегда занимаясь работами и трудами, таким образом просияли душевными добродетелями при содействии тела, жизнь деятельную соделав печатию и совершением жития духовного. Так поступал Моисей, так Илия, так и сам Иоанн, по неизреченному домостроительству долгое время живший в пустыне, по совершении же домостроительства пришедший в населенную страну проповедовать и крестить, кроме деятельности довершивший свой подвиг еще и дерзновением пред Иродом. Так поступал и весь сонм святых, и Сам Иисус, проводивший время в делании. Посему отовсюду – и из законов природы, и из учения Божественных Писаний, и из того, что делали все святые, и из жития Спасителя нашего, и из правила жизни благочестивых – явствует, что гораздо лучше и полезнее иметь крепкое, а не расслабленное тело и употреблять его на добрые дела, а не держать произвольно в бездействии.

Глава 5. О том, что подвижнику надобно заниматься приличными ему работами

Заниматься же подвижнику надобно работами приличными, которые свободны от всякой суетливости (ἁπάσης καπηλείας), долговременных развлечений и непозволительного прибытка, которые большей частью можно нам производить, оставаясь под своей кровлей,[405] так что и дело делается, и безмолвие соблюдается. А если бы по необходимой потребности должно было произвести работу и на открытом воздухе, то и сие не воспрепятствует любомудрию. Ибо в строгом смысле любомудрый, имея собственное тело свое приютом и безопасным пристанищем для души, хотя бы случилось ему быть на рынке, или в торжественном собрании, или на горе, или в поле, или среди народного множества, всегда заключен в этом естественном своем монастыре, внутрь собирая свой ум и любомудрствуя о том, что ему прилично. Можно, и дома сидя, скитаться помыслами вне, и находясь на рынке, но соблюдая трезвение, быть как бы в пустыне, обращаться только к себе самому и к Богу и не воспринимать чувствами тех мятежей, какие производятся в душе чувственными предметами.

Глава 6. О том, что подвижнику не должно без осторожности проводить время со всякими людьми

1. Но не должно без осторожности доверяться всякому и перед всяким себя обнаруживать и