Река Ангара – река Леметь - Анатолий Владимирович Казаков Страница 50

Нынешней весною две тысячи двадцатого года тружеников на даче было двое: Михаил и Зоя. Старший сын Иван трудился в качестве ведущего инженера на Севере, младший, Сергей, служил в армии. Эпидемия коронавируса окутала весь мир, рекомендовалось сидеть дома. В Братске, слава богу, этой эпидемии пока было мало, но информация, что из больших городов эпидемия неминуемо пойдёт в малые, всерьёз пугала. Сын Иван, отсидев на карантине, теперь работал и сообщал, что у многих вахтового обнаружили эту нынешнюю заразу. Голос в трубке был печален…

Девятое мая. День Великой Победы. В этот поистине великий для нашей многонациональной страны праздник почти все сидели дома у телевизоров. Михаил и Зоя с волнением смотрели, как президент Владимир Владимирович Путин возлагает цветы к Вечному огню, думали о детях, смотрели военные фильмы. Это были по праву великие фильмы о Великой Отечественной войне, такие близкие душе, что Михаил Иванович написал в этот день стихотворение. Желание писать стихи появилось у него не так давно, просто для себя, и он доподлинно ведал, что таких, как он, по стране много, но строки приходили в голову сами, не спрашивая на то разрешения хозяина этой самой головы:

У печи русской ножки грея, мальчонка худенький стоял. Мечтал о супе пожирнее, совсем, сердешный, отощал. Маманя слёзно упросила соседку ей грибочков дать. Тихонько в чугунок их опустила, и стали они с сыном ждать, когда сухие те грибочки готовы будут на воде, она берёзовые почки добавит к скромной той еде. Затем сыночка позовёт: «Иди, отведаем похлёбки». Слезами снова изойдёт. Унылый вечер был и робкий. Как часто после вспоминал сынок погибшего отца и маму, комочек к горлу подступал. По жизни несть мне эту драму. Война, детдом и долгая Победа. Остался жив мальчонка на земле. Погост и с мамочкой беседа. Голодная страна во мгле. Прошли года, и он стал дедом. И внуки выросли давно. Судьбины путь людской неведом. Что будет – то и суждено. У печи русской ножки грея, Мальчонка худенький стоял. Мечтал о супе пожирнее. Совсем, сердешный, отощал.

Вспомнился Михаилу Ивановичу в этот Великий день художественный фильм: «Две зимы и три лета», до самой глубины души тронуло произведение Фёдора Абрамова, по которому был снят фильм, именно потому и написалось такое стихотворение. А когда показывали многосерийный фильм по телевизору, Михаил удивлялся, ибо хорошо запомнил книгу «Братья и сестры». Была какая-то высшая справедливость, что сняли фильм по этой великой книге. Иванович глубоко уважал писателя Фёдора Абрамова, и по случаю Девятого мая, написанного стихотворения и просмотренных любимых фильмов выпил граммов двести водки, закусив это дело солениями с дачи.

После Девятого мая Михаила с Зоей встречали их соседи по даче, пенсионеры Татьяна с Володей. У них был тёплый дом, и они уже довольно давно жили на даче. Видимо, стосковавшись по общению с людьми, они очень обрадовались приезду соседей. Татьяна, увидев, что Михаил взял лопату, чтобы вскопать землю под грядки, тут же предложила ручной плуг. Не успел Иванович толком разобраться, что к чему, а к нему на дачу уже пришёл с плугом сосед Володя и уже пропахивал первую борозду, показывая, как правильно пахать. Приятное человеческому нутру общение так порадовало тружеников дачи, что через десять минут Михаил Иванович Анюшкин уже пропахал землю под грядки. Жена стала садить лук, морковь, Михаил принялся таскать дрова и складывать их в поленницу. Вновь вышла с разговором Татьяна: забор между дачами низкий, словно располагающий к беседе. Раньше больших заборов не строили, люди жили проще и в общении, и в быту, и опять же, отдушина для сердца людского всё это… Оказалось, что Володя целых три месяца отлежал в больнице с сердцем, была даже жидкость в лёгких. «Обкололи всего», – сетовал на больницу Владимир. Врачи рекомендовали ему гулять на свежем воздухе. Чего-чего, а свежего воздуха в этом сибирском кооперативе хватало – все заводы были расположены за десятки километров, а разделяли расстояние от цивилизации лес да ручьи. Местами лес выгорел от людской халатности, и как же горестно было смотреть на это из окна рейсового автобуса!

Слушая Татьяну, Иванович вспомнил своего друга – священника Андрея Огородникова. Прошлой осенью он умер, и у него тоже была жидкость в лёгких. По ранней весне он добирался до храма Всех Святых в земле Российской просиявших, молился возле могилки друга. Затем было отпевание и похороны мамы друга – Юры Розовского. А вечером, вернувшись в посёлок Гидростроитель, Михаил Иванович Анюшкин много думал о жизни, о сыне Сергее, проходившем службу на границе с Китаем, о старшем сыне Иване, о тёте Дуне, жившей в деревне в полном одиночестве, и о многом другом.

Человек брёл по зимнему лесу. Ветер с города вмиг поутих. В голове он прокручивал пьесу своей жизни написанный стих. И семья, и друзья – всё там было. «Ох, быстра наша жизнь», – думал он. Поговорка: «Что было, то сплыло». Не несёт мне письмо почтальон. А метель разыгралась свирепо. Лес, и тот уж, казалось, завыл. А в унынии всё так нелепо. Человек на могилку спешил. У креста прочитавши молитвы, возвратился домой вечерком. Зло, добро – а они поле битвы. Я сегодня к добру шёл пешком. На другой день письмо принесли от сыночка, что служит солдатом. «Ох, кровинушка мой! Ты вдали!» – потревожили мысли набатом. Слава богу! Живой мой родной. Мысли грустные вмиг отлетели. Друг! Священник! В могилке святой. Мы с тобою печаль одолели.

Подумать только, соседка Татьяна рассказывала о муже Володе, а тут столько сразу в памяти всплыло, и с этим надо жить!

Работы на даче всегда много, потому варили ту еду, которая готовится быстро, а именно – тушёнку с макаронами. Ели с аппетитом. Тушёнка была красноярская, в банке одно мясо, отечественный производитель радовал не только качеством, но и ценой. Утром проснулись от пения птиц. Что может быть прекраснее чистого воздуха?! Пока таскал дрова и складывал их в поленницу, вдруг подумал Михаил о той мухе: сколько всего такого ожившего по весне в природе, вовек не сочтёшь. В деревенском детстве под камнями у речки лягушек много находили, играли и не ведали, что эти самые лягушки зимой спят, а весною просыпаются. Медведь тоже, конечно, спать ложится, но у всех это всё равно по-разному происходит. Чудно всё на белом свете, божием свете… Пьют Зоя с мужем