35 июля; Но это не точно. Повести - Аня Фёдорова Страница 41

Что ты всё смеёшься да смеёшься? Дохихикаешься ты, Фёдорова.

У тебя на телефоне можно делать живые фотографии? Сама ты видео! Это когда фотография шевелится. Вот, смотри, каких я тигров сделал. И вот ещё смотри, видишь, я с шашлыками в руках на фоне взлётно-посадочной. Это Шереметьево! Но я себя вырезал с дачи и вот сюда вставил. Прикол. Да, тигры ещё раз выскакивают и уезжают. Фантастика.

Все тут на работе спят, я один, как умный человек, образовываюсь, тектоники эти ваши короткие смотрю.

Что ты опять хихикаешь, Фёдорова? Вот я тебе говорю, дохихикаешься ты. Ох, дохихикаешься.

40 июля 2025 года, суббота

Благодарности

Эта книга, как и любая другая моя книга, не появилась бы без моей бабушки Валентины Ивановны. Если обойтись без длинных перечислений и выделить три самые главные вещи, которые подарила мне моя бабуля, то получается вот что.

Бабушка научила меня улыбаться. Каждое утро каждого дня она заходила в комнату и говорила:

Малыш, улыбнись!

Бабушка подарила мне самое долгое детство, которое вы себе можете представить, и, самое главное, несмотря ни на что, мне удаётся сохранять его внутри.

Бабушка показала мне на своём примере: сколько бы лет тебе ни было и кем бы ты ни была, не следует относиться к себе слишком серьёзно. Она каталась со мной с ледяных горок, кидалась камешками в парней на пляже, ради прикола уносила с собой чайную ложку из столовой санатория и могла начать разговаривать с незнакомцем в маршрутке так, как будто знает его сто лет. Когда я была подростком, эта сила была за гранью моего понимания, я ужасно её стеснялась. Теперь я всё поняла: не бывает ничего печальнее серьёзных людей.

Если бы меня кто-то спросил:

Аня, что такое этот твой автофикшн?

Я бы ответила:

Это наблюдаемая вселенная и её воображаемая граница!

За это определение я говорю спасибо своему мужу Серёже. Он последние два года почти каждый день без наушников слушает лекции популяризаторов науки Алексея Семихатова и Владимира Сурдина об устройстве Вселенной. Некоторые обрывки фраз и факты о гравитации и скорости света впечатлили меня настолько, что легли в основу суждений автогероини романа «35 июля». Любовь делает нас лучше во всех смыслах.

Спасибо моему брату Ивану, который, как обычно, стал первым и единственным бета-ридером всех черновиков рукописи и её финала. Если мне когда-нибудь потребуется или захочется написать что-то в соавторстве, то сделаю я это только с Иваном, и напишем мы историю, в которой обязательно будет тигр (не спрашивайте).

Спасибо всем сообществам, которые поддерживали меня на пути создания «35 июля»: WLAG, «Мне есть что сказать» и другие, которые предпочли остаться неназванными.

Спасибо моим подругам Юле, Кате и Маше.

Спасибо Оксане Васякиной за доверие к моим текстам, моему письму и мне. Корректорке Алине Бахмутской за букву «ё» с точечками, моей агентке Гале Бочаровой и всей команде издательства НЛО.

И, наверное, первый раз в жизни я хочу поблагодарить себя и своё тело за силу и выносливость. Текст «35 июля» прошёл со мной через мою беременность, а редактура пришлась на восьмой и девятый месяцы, что было особенно непросто. Когда книга выйдет, и читатели будут держать её в руках, я буду держать на руках свою дочь Валентину.

И ещё!

Валентине я передаю отдельное спасибо! Самое большое, которое только существует в этом и любом другом мире. Так получилось, что после сдачи «35 июля» ко мне вернулись права на «Но это не точно», и мы решили опубликовать две книги под одной обложкой. Работа над вторым изданием моего дебютного романа пришлась на первые месяцы жизни с младенцем. Но мы все вместе справились и с этой задачей.

Всем привет и до новых историй!

Послесловие

Я убеждена: нет ничего болезненнее бытия подростком. Но самое страшное и одновременно спасительное заключается в том, что боль перманентного превращения не осознается в моменте.

Героиня Ани Фёдоровой трагическая: она задает вопросы, но ни на один из них не получает ответа. И никогда не получит. Здесь защитные механизмы человеческой психики совпадают с художественным приемом: остранение становится идеальным средством выражения дереализации, оба этих явления призваны обезболить и/или увидеть вещи отдельными, удивиться им, восхититься, ужаснуться.

В одном из наших с Аней Фёдоровой разговоров о письме прозвучал вопрос: зачем писать о том, что ненавидишь? Думаю, этот вопрос справедливо можно назвать творческим кредо Фёдоровой. В ненависти, как и в любви, нет ничего хорошего: пока их рассматривают как края спектра, они суть одно. Потому, наверное, героиня Ани Фёдоровой мечтает построить домик в палисаднике, открыть Музей Всех Вещей и улизнуть в волшебную форточку: этот побег обещает, но не гарантирует другое место, где разрывающие героиню Фёдоровой бинарности утратят гравитационную силу, календарное время взорвется, а жестокий социальный порядок, как боггарт из вселенной Гарри Поттера, превратится в россыпь жвачек и шоколадных конфет.

В некотором смысле эта книга и есть форточка. В нее можно улизнуть, но побег дорого стоит. Нужно отказаться от ненависти и принять жизнь.

Оксана Васякина

*

Авторская орфография и пунктуация сохранены.

*

Тове Дитлевсен. «Детство» (Прим. автора).

*

Бренд лапши быстрого приготовления.

*

«Десятое королевство» (The 10th Kingdom, 1999) – это американский фэнтезийный мини-сериал, рассказывающий о приключениях молодой женщины из Нью-Йорка, которая оказывается в волшебном мире.

*

International Pen Friends (IPF) – международная программа по обмену бумажными письмами (penpals), существующая с 1967 года.

*

Даниэль Пеннак. «История Эрнеста и Селестина» (Прим. автора).

*

«Боже, какой пустяк», Александр Иванов и группа «Рондо», слова Александра Шаганова.

*

Евгений Евтушенко. «За тридцать мне. Мне страшно по ночам…»

*

«Посвящение А. Кручёных», слова Алексея Кручёных, Мирослава Немирова.