Побег на Крайний Север - Валерий Павлович Лаврусь Страница 24

В августе улетает трясогузка.

Как на Севере не бывает весны, так почти не бывает осени. Нет-нет, листья на деревьях желтеют и опадают, но не всё так просто.

В сентябре ещё могут быть относительно тёплые дни. Однако среднесуточная температура уже падает ниже плюс восьми, и в начале сентября в северных городах и посёлках начинается отопительный сезон. Во второй половине сентября возможны кратковременные снегопады, после которых выпавший снег быстро тает. Но и это тоже не правило.

25 сентября 1998 года Ребровы с большой компанией собрались на речку со звучным названием Вэльхпеляк-Яха на шашлыки. С вечера договорились, утром проснулись – а за окном валит снег. Огро-о-о-омными хлопьями. Созвонились и решили мероприятие не отменять. Оделись потеплее и так, по снегу, пошлёпали на речку. Наелись полусырых шашлыков – сухих дров почти не было, а уголь тогда не продавался – в снегу навалялись, даже снеговика слепили. А снег падал, падал, падал. А народ говорил: «Ой, да ерунда всё это! Завтра растает». Но Шурка смотрел на стаи гусей, которые толпами экстренно откочёвывали на юг, и думал про себя: «Не-е-е-т. В этом году уже не растает. Зря гусь так драпать не станет – зима за ним».

Так и случилось. В том году снег больше не таял. И осины со свежемороженой зелёной листвой так и стояли до ноября, пока ледяной ветер не ободрал их.

Октябрь бывает тёплый. Редко, но бывает.

В 97-м весь месяц стояла ровная погода: +5… +10. В тот год была тихая, дождливая осень, как в Подмосковье. Но в целом среднестатистически 15–25 октября на Северных Увалах ложится снег. А перед этим, 10–15-го, улетают утки и гуси. Конец октября – верное начало зимы.

В ноябре в Северном зима настоящая. Покрылись льдом реки и озёра. Снега насыпало по колено. Могут врезать и первые морозы. На ноябрьские праздники девяностого – когда Шурка возвращался из Самары длинным кружным путём через Нижневартовск и Сургут – врезал тридцатник, а он в одной осенней курточке. Это его сильно впечатлило…

Декабрь. Стоят крепкие морозы. Температура выше минус 20–25 не поднимается. Холодно и темно. Двумя этими словами можно полностью охарактеризовать декабрь. Холодно и темно.

22 декабря – самая длинная ночь в году. День энергетика. Светает к десяти, к двум темнеет. У народа всё чаще случаются срывы. Неумеренно пьют даже те, кто всё остальное время не особенно увлекается алкоголем. Апофеозом становится Новый год, который начинают отмечать с католического Рождества.

Но к Новому году нужна ёлка, поэтому всем посёлком ждут небольшого потепления, чтобы съездить за «праздником» в лес, потому как по морозу можно привезти только голые палки. И, как правило, дожидаются. Небольшие оттепели до минус 10–15 регулярно случаются за неделю до праздника.

А вечерами и ночами в небе можно наблюдать полярные сияния. Описать эту неземную красоту невозможно – её надо увидеть своими глазами. Даже фотографии врут.

Новый год! Ура!

Первая нерабочая декада января – небольшая катастрофа для северных населённых пунктов. Выехать не получается – дорого, деньги копят на лето. Остаётся есть, пить и слоняться из гостей в гости. Никаких лыж, коньков и санок быть не может, над всем Севером устанавливается мощный морозный антициклон с температурами минус 40–45. Были года и до минус 50! Тогда на восточных месторождениях температура опускается до минус 57.

Каникулы кончаются, люди выходят на работу, но на месторождениях работа стоит. Стоит техника. Стоят нефтяные качалки. Стоит транспорт. Минус 35 – предельная температура для стали: при более низких она становится хрупкой и крошится. А тут минус 50!

Жизнь замирает. Милиция не выпускает из посёлка легковые автомобили, чтобы не помёрз народ на дорогах – в машинах с заглохшими двигателями. И всё равно прорываются… Всё равно глохнут. И всё равно замерзают.

Морозы. Весь январь морозы. Но как-то в 94-м на Новый год случилась оттепель, всё текло и изменялось, продлилось это чудо чудное недолго: через три дня вернулись морозы и восстановили status quo.

Февраль жизни не облегчает. Именно в феврале 90-го Шурка впервые отморозил себе уши, когда приехал знакомиться с Севером.

А в феврале 98-го он первый раз увидел на термометре минус 50. Тогда «полтинник» стоял две недели кряду. На работу Ребров ходил, надевая поверх пиджачной пары лыжный комбинезон и пуховую куртку и передвигаясь короткими перебежками от магазина к магазину.

По улице ходят почти не видя. Закутанные, замотанные, кто в очках – без очков – всё равно от них толку нету, стёкла сразу покрываются изморозью. А мимо проплывают туманные фигуры. И не только ничего не видно, но и не слышно – ощущение, что даже звуки замёрзли.

И кажется, что всё вымерло и не будет конца и края этим морозам…

Но нет! К концу февраля температура поднимается, и тут уж налетает ветер. Пока стоят морозы, ветра нет. Как только холод отпускает – начинается светопреставление. В сейсмопартиях вагончики специально устанавливают буквой П: чтобы человек, выйдя в пургу по нужде, не заблудился. Но случаев, когда замерзали в трёх метрах от вагончиков именно в феврале, сколько угодно – каждый год пополняется копилка страшных историй.

Свистопляска будет до марта, но иногда в конце февраля устанавливается замечательная солнечная погода, и днём под солнцем начинает таять снег. Это первое напоминание: северная зима не вечна, и она закончится, и когда-то обязательно придёт лето. Пусть короткое, пусть комариное, пусть дождливое, пусть холодное, но всё равно – такое долгожданное лето…

Рассказ пятый. Северная рыбалка

Удачные рыбалки Шурка может сосчитать по пальцам. Причём одной руки. Ну не рыбак он. Не случилось. И это несмотря на то, что рыбалка на Севере – наряду с охотой, сбором грибов и ягод – одно из главных удовольствий, развлечений и видов культурного отдыха.

Про рыбалку «наливай да пей» говорить, конечно же, нечего. На настоящей рыбалке если и пьют, то «для сугреву» или для аппетита под уху. В Северном целые рабочие коллективы выезжали в выходные на такие настоящие рыбалки. И Шурка выезжал…

Замечательная была поездка за карасями на старицы[6] Иту-Яхи, в район Северо-Западного месторождения. Караси на Севере огромные! Шурка, когда первый раз увидел, решил, что это карп средних размеров. За такими и поехали на два дня с ночёвкой.

Добрались на партейном уазике до Иту-Яхи, переправились через быстротечное русло на резиновой лодке, заросшими тропами прошли и пронесли