Сердце-вещун - Наталья Сергеевна Короткова Страница 18

экзаменам, Юрку мотыляло из стороны в сторону: все никак не мог определиться – куда податься. В итоге вопрос решился сам собой, и оказался он на Дальнем Востоке, в погранвойсках, о чем, впрочем, ничуть не пожалел. Да и то сказать, что ты за мужик, если в армии не служил? Примерно так рассуждал Юрка, трясясь в плацкартном вагоне по дороге к месту службы с полсотней таких же стриженных под ноль пацанов. В учебке, что и говорить, нелегко пришлось, а потом ничего – втянулся. Благо Юрка – парень спортивный, за спиной уже несколько прыжков с парашютом к тому времени было. С сослуживцами он тоже быстро сошелся: парень-то заводной, веселый, да еще на гитаре играет! С командирами опять же повезло. Ему вообще везло на хороших людей.

Вернувшись домой, Юрка с удивлением осознал, что служба, похоже, была самым беззаботным временем в его жизни. Поначалу как-то даже растерялся. Пока он тянул армейскую лямку, друзья-товарищи поразъехались: кто учиться – как Славка, кто бизнес в Москве мутить – как Шиша. Все при деле. А тут еще… Пока служил – мать с отцом развелись. Отец сразу же новой благоверной обзавелся, из города уехал. Пару раз Юрке написал и пропал. А Юрка… Юрка отца так и не смог простить. Потому что многое можно простить в двадцать лет, многое… но не предательство. Мать после развода да после сокращения на заводе сразу как-то сдала, постарела. Перебивалась случайными заработками – в городишке с работой не ахти. Юрка тоже поначалу потыкался в одно место, другое – не берут: везде опыт нужен. А где его взять, опыт этот? Спасибо Аверьянычу – соседу по подъезду, – выручил, взял к себе в автомастерскую, обещал поднатаскать. «Толковый спец завсегда в цене, – говорил он Юрке. – Потому как машины ломаются независимо от курса рубля к мексиканскому песо! – Аверьяныч ободряюще похлопывал Юрку по плечу. – Не сомневайся, Юрок! На кусок хлеба с маслом и даже с икрой всегда заработаешь». Да тот вскоре и сам в этом убедился. Ну а как?

Весна пришла, подвеска оттаяла после холодов – народ ходовую ремонтирует. В зиму – масло меняет. А с такими убитыми дорогами, как в их городе, подвеску по круглому году шаманить надо. Оттого и переработки у автомеханика – в порядке вещей. А выходные и праздники – вообще самый сенокос. Дух перевести некогда! Хочешь не хочешь, а к утру клиенту машину отдай. Труд тяжелый да и опасный. Аверьяныч рассказывал случай: молодой машину на подъемнике не закрепил как надо – и все… Три месяца в больнице, в гипсе. Да еще кредит пришлось брать, чтобы клиенту убыток возместить. А то, бывает, в смотровую яму раззява какой свалится, или током кого долбанет. В общем, как говорит Аверьяныч: «Сплошная анархия и перманентный хаос». Это тебе не менеджером в офисе часы высиживать, где тепло, светло и мухи не кусают. Тут с утра до вечера не разгибаясь корячишься, в мазуте и масле. Та еще работенка! Но Юрке были по душе спартанские условия гаража.

А к технике его всегда тянуло. Он еще в детстве с отцом частенько по выходным в их стареньком жигуленке копался. В четырнадцать лет самолично двигатель перебрал. Так что в гаражном боксе у Аверьяныча Юрка себя чувствовал как рыба в воде. Слесарное дело осваивал, что называется, по ходу пьесы. Брался за все: хоть рулевую отрегулировать, хоть подвеску поправить. Собрать-разобрать двигатель – запросто, как автомат Калашникова в армии. И вскоре Юрка, несмотря на свой молодой возраст, заслужил у клиентов непререкаемый авторитет. Заработало сарафанное радио, и каждый старался именно к нему машину на ремонт загнать.

В общем, не прошло и года, а Юрка вполне себе уже прилично зарабатывал. Тут ведь как? Как потопаешь, так и полопаешь, – сдельщина! Мог бы и больше: клиента развести – дело нехитрое, даже если он опытный. Возможностей масса! Тот же топливный насос в бензобаке: сроду не увидишь – новый он или нет. Сеточку забора топлива почистят, а скажут, что бензонасос поменяли. Или ремень ГРМ, тоже далеко спрятан, – иди проверь, поменяли, нет. И некоторые его напарники нередко такое практиковали. Но Юрка себе ничего подобного не позволял. К заказчику относился с уважением. Хотя… Иной, случается, так достанет вопросами своими! Спасу нет! А то еще советы под руку давать начнет. Всю душу вымотает! В таких случаях Юрку прямо распирало от «добрых» слов, да куда деваться? Ему с этого клиента еще деньги получать.

Аверьяныч, наблюдая за Юркой, нарадоваться не мог. Еще бы! В наше время толкового механика днем с огнем не сыщешь. Бывает, такие экземпляры попадаются – не знают, в какую сторону гайка откручивается. Аверьяныч даже пообещал Юрке, что если дела и дальше так пойдут – со временем на свое место поставит. На хозяйство. А сам – на пенсию. Хватит уже под машинами валяться. Ну а что? Юрка – парень рукастый, и башка варит как надо. Не ошибся Аверьяныч в помощнике.

В общем, жизнь у Юрки налаживалась. Даже мать, он заметил, улыбаться чаще стала – радовалась за сына. А недавно Славка из Москвы приехал на каникулы, следом Шиша – в отпуск, родителей проведать… И показалось Юрке, что все вернулось на круги своя: лето, гитара, друзья-товарищи… С девчонками вот только не везло. А все потому, что ухажером Юрка был привередливым. На него не угодишь! У одной – руки, видите ли, недостаточно изящные, у другой – щиколотки широкие, у третьей – походка некрасивая. А то еще случай был: познакомился с очередной. Такая прям вся из себя!.. Отношения вроде какие-то наметились, то да се… И тут она эсэмэску присылает, а там… В каждом слове по три ошибки! А Юрка этого на дух не выносил! Ему еще в школе учительница русского языка говорила, что у него грамотность врожденная. В самом сложном диктанте – ни единой ошибки. А у этой… Ну вот какие тут могут быть романтические отношения… после такого? Сплошные разочарования. Но Юрка надежды и бодрости духа не терял и всякий раз, когда парни из гаража посмеивались над его любовными неудачами, смущенно бросал:

– Да не, пацаны… Так себе вариант. Не то пальто! Не то…

– Ты, Юрок, не под тем углом на женский вопрос смотришь, – пытался вразумить его Аверьяныч после очередного любовного фиаско. – Вот ты думаешь, что в бабе самое главное?

– Что?

– Известно – что! Баба, она ласковая да покладистая должна быть. И по хозяйству чтоб шуршала,