Города богов - Сергей Сергеевич Суханов Страница 53

у египтян. А сирийцы, живущие на реках Фермодонте и Парфении, и их соседи-макроны говорят, что лишь недавно переняли обрезание у египтян. Это ведь единственные народы, совершающие обрезание, и все они, очевидно, подражают этому обычаю египтян. Что до самих египтян и эфиопов, то я не могу сказать, кто из них и у кого заимствовал этот обычай. Ведь он, очевидно, очень древний. А то что [финикияне и сирийцы] переняли этот обычай вследствие торговых сношений с Египтом, этому есть вот какое важное доказательство. Все финикияне, которые общаются с Элладой, уже больше не подражают египтянам и не обрезают своих детей…»

Занятый работой Геродот не заметил, как к костру подошла Рахель. Ее мокрые волосы были снова распущены по плечам. Иудейка куталась в летнюю льняную симлу.

– Зээв хочет с вами поговорить, – загадочным тоном произнесла Рахель.

– Ладно, – удивленно согласился галикарнасец.

Затем жестом позвал Никкала. Вскоре подошел купец. Опустился на корягу рядом с Геродотом и сидевшим на корточках финикиянином.

– Есть дело… – начал он, оглядевшись. – Не хочу, чтобы погонщики слышали то, о чем я буду говорить. Я им доверяю, но чем меньше людей будет об этом знать, тем лучше… В общем, я не просто так иду с орхой в Ниневию…

Он помолчал, озадаченно уставившись на огонь.

Потом повернулся к Геродоту:

– Ты что-нибудь слышал о крувим?

– Херувимах? – переспросил галикарнасец.

Зээв кивнул:

– Пусть так…

Геродот объяснил:

– В молодости я читал в библиотеке Лигдамида про ассирийских кируби. Жрецы Ниневии молились им как посредникам между верховным богом Ашшуром и людьми. В храмах кируби изображались в виде крылатых львов или быков. Считалось, что эти небесные существа обладают мощью быка, мужеством льва и могут летать подобно орлам. Финикияне называют их «шедим» – демонами. Я таких шедим видел в храме Астарты в Библе.

– Все верно, – согласился Зээв. – Кируби и крувим – это одно и то же. Так вот… В одной из книг Торы – «Брешит» – говорится о том, что Элохим после изгнания первых людей Адама и Евы из Ган Эден поставил стражем на востоке райского сада крылатое небесное существо. По-нашему – «керув». Страж держал в руках меч… Да не просто меч – а огненный и обращающийся. Мы называем его «лахат ха-хереб».

– Для чего? – спросил Геродот.

– Охранять растущее в Ган Эден Древо жизни. Он не хотел, чтобы Адам и Ева обрели бессмертие, подобно богам, вкусив плодов этого Древа… Тора еще несколько раз рассказывает о крылатых стражах. В «Сефер млахим» – «Книгах Царей» – они переносят Элохим по небесному царству. И в «Диврей ха-ямим» – «Книге Хроник». Об этом же говорит пророк Иешаяху. В «Книге Псалмов» – «Тхиллим» – их крылья равны по мощи крыльям ветра, а сами они уподоблены ангелам. Пророку Иехезкелю было видение на реке Ховар, будто трон Элохим покоится на своде, который поддерживают четверо крувим… Пророк Моше по приказу Элохим вырезал из дерева и покрыл золотом двух крувим для Ковчега Завета… Крувим были также вышиты на покровах и завесе Скинии… Два позолоченных крылатых стража из масличного дерева находились в святая святых внутри Бет Элохим. Так мы называем Храм, построенный царем Шломо для нашего Бога. Изображения крувим покрывали не только священную завесу… Даже стены.

Он внимательно посмотрел на Геродота:

– Как ты, наверное, знаешь, больше ста лет тому назад в отместку за поднятое царем Цидкияху восстание против Вавилонии Ирушалем был захвачен армией царя Невухаднеццара… Вы называете его Навуходоносором… Оккупанты полностью разрушили священный город, а Бет Элохим разграбили и сожгли. На долгие годы Эрец-Иехуда превратилась в провинцию Вавилонской империи.

– Да, мне это известно, – подтвердил галикарнасец с сожалением в голосе.

Зээв продолжил:

– Пламенный меч стража Ган Эден также упоминается в Торе… Керув указывал царю Давиду огненным мечом в сторону Ирушалема на горе Мориа. Элохим грозил этим мечом жителям Эдома. Пророк Иешаяху предрек гибель посланнику царя Ассирии от небесного меча… Когда-то меч господней кары хранился в Бет Элохим. Многие поколения жрецов были уверены в том, что это – тот самый, огненный и обращающийся. Разумеется, меч мог обрести свои карающие свойства только в руках самого Элохим… Но реликвия пропала после вавилонского нашествия…

Купец снова окинул слушателей внимательным взглядом:

– О мече божественной кары говорится в табличках древних народов страны Арам-Нахараим. По-вашему – «Ассирии»… Он был известен им как Шарур, оружие бога Нинурты, которым тот победил чудовище Асага… Один из наших сохаров, побывавший в Ниневии, клялся, будто священный меч иврим находится в одном из уцелевших после сдачи города мидянам и вавилонянам храмов… Сам-то он его не видел, потому что наша вера запрещает посещать святилища чужих богов. Но слышал об этом от эксиларха местной диаспоры иврим… К сожалению, вскоре после возвращения в Ирушалем он погиб.

– Как? – с замиранием сердца спросил Геродот.

– Зарезали, – коротко и мрачно ответил Зээв.

Послышались голоса приближавшихся по тропинке от реки погонщиков. Пора было заканчивать беседу.

Последние фразы Зээв произносил уже вполголоса и торопливо, даже горячечно:

– Коллегия жрецов Бет Элохим поручила мне важное задание – отыскать этот меч, убедиться в том, что он настоящий, и если это так – вернуть его в Эрец-Иехуда… Но одному мне не справиться. Даже вместе с сестрой… Тут вот какое дело… Со времен царя Шломо среди жрецов – мы их называем «коханим» – зреет соперничество. Потомки Цадока и Эвиатара пытаются из поколения в поколение вырвать друг у друга почетный титул кохен ха-рош. По-вашему – «первосвященника»… Сейчас порядками в коллегии заправляют Цадокиды. Я как раввин тоже принадлежу к этой партии. Но Эвиатариды не сдаются. Только один Элохим знает, на какую подлость они способны, лишь бы вернуть себе главную государственную должность и связанные с ней привилегии… Я не исключаю, что в орхе есть доносчик Эвиатаридов… В общем, мне нужны помощники… Вы согласны?

Купец водил по лицам спутников испытующим взглядом, стараясь прочитать на них впечатление от только что услышанной тайны. Однако Геродот не знал, что сказать.

Возвращение на родину священных атрибутов – очень даже достойная миссия. Уж кому-кому, а галикарнасцу это было отлично известно. Хотя одно дело – вернуть реликвии предков в Элладу и совсем другое – оказать в этом помощь иудеям, народу Палестинской Сирии, о котором совсем недавно он вообще ничего не знал.

Геродот открыл уже рот, чтобы отказаться, как вдруг увидел глаза Рахели. В ее взгляде было столько доверия, отчаяния и невысказанной надежды, что неожиданно для самого себя он выпалил:

– Да, конечно… Хорошо.

И посмотрел на Никкала.

Финикиянин пожал плечами:

– Куда ты, туда и