Тарзан неукротимый. Тарзан Грозный. Тарзан и Золотой лев - Эдгар Райс Берроуз Страница 182

отдастся в руки этого «императора Нумы»? Человек-обезьяна вполне осознавал риск, на который пошел, показавшись в деревне и убив гориллу. Но также знал, что он Тарзан из племени обезьян и что поймать его очень непросто, а удержать в плену – еще труднее. Он не раз имел дело с чернокожими дикарями Африки и точно знал, как они воюют и чего от них ожидать. Но он предпочел бы остаться в мире с этими людьми, потому что с того мига, как он обнаружил их деревню, он решил, что они станут для него источником сведений.

– Подождите, – сказал он. – Разве вы предадите друга, который пришел в вашу деревню, чтобы спасти вас от врагов?

– Мы не станем тебя убивать, тармангани, – повторил негр. – Мы отведем тебя к императору Нуме.

– Но это все равно что убить меня, – ответил Тарзан. – Вы отлично знаете, что император Нума прикажет меня казнить.

– Тут мы ничего сделать не можем, – развел руками вождь. – Мы помогли бы тебе, если бы смогли. Но когда болгани узнают, что случилось в нашей деревне, кто-то будет наказан – или мы, или ты.

– А откуда болгани узнают, что их сородич был убит именно в вашей деревне? – спросил Тарзан.

– Разве они не увидят его тело, когда придут в следующий раз?

– Если вы спрячете тело, его не увидят, – сказал Тарзан.

Чернокожие стояли, почесывая головы. Новый способ решения проблемы с трудом умещался в их примитивных, неразвитых мозгах. А ведь слова чужака были правдой! Спрятать тело – и все подозрения с деревни будут сняты! Но куда его девать? Этот вопрос был немедленно задан Тарзану.

– Я помогу вам от него избавиться, – ответил он. – Ответьте на мои вопросы, и я заберу тело болгани. И спрячу так, что никто и никогда его не найдет.

– Какие вопросы? – спросил вождь.

– Я чужой в вашей стране, – ответил человек-обезьяна. – Я заблудился и не знаю, как ее покинуть. Знаю лишь, что выход вон там. – И он указал на юго-восток.

Чернокожий покачал головой.

– Может, там и есть выход из долины, – сказал он, – но мы ничего об этом не знаем. Никто не знает, что там! Говорят, там за горами все охвачено огнем, но никто не смеет пойти и посмотреть, так ли это. Что до меня, я никогда не уходил от своей деревни дальше, чем на день пути. Мы охотимся для болгани, собираем для них фрукты, орехи и бананы, но никогда не уходим далеко. Даже если там и есть выход из долины, кто бы посмел уйти отсюда?

– Неужели никто никогда не покидает эту долину? – спросил Тарзан.

– Я не знаю, что делают другие, – ответил вождь, – но жители моей деревни никогда не уходят от нее далеко.

– А что там? – спросил Тарзан, указывая на север, в сторону Опара.

– Не знаю, – ответил негр. – Иногда туда ходят болгани и приводят с собой странных существ: маленьких мужчин с белой кожей, густыми волосами, кривыми ногами и длинными руками, а иногда – белых женщин, совсем не похожих на уродливых маленьких тармангани. Но где они их ловят, болгани не рассказывают. Это все, что ты хотел узнать?

– Да, это все, – сказал Тарзан.

Он понял, что не получит никакой полезной информации от невежественных жителей этой деревни. Значит, придется искать выход из долины самостоятельно. Понимая, что в одиночку это будет сделать куда быстрее и безопаснее, Тарзан решил попытаться осуществить план, который только что пришел ему в голову.

– Если я унесу и спрячу болгани, чтобы его родичи не узнали, что он был убит в вашей деревне, как вы будете ко мне относиться?

– Как к другу, – ответил вождь.

– Тогда, – произнес Тарзан, – я оставлю у вас мою белокожую самку. Если придут болгани, вы спрячете ее в одной из ваших хижин, и никто не узнает, что она здесь. Что скажете?

Чернокожие переглянулись.

– Где белая самка? Мы ее не видим.

– Если пообещаете не обижать ее и прятать, я ее приведу, – сказал Тарзан.

– Я не причиню ей вреда, – пообещал вождь. – Но не могу ручаться за прочих.

Тарзан повернулся к остальным воинам.

– Я приведу к вам мою женщину, – сказал он. – А вы будете ее прятать, оберегать и кормить до моего возвращения. Я заберу тело болгани, чтобы на вас не пали подозрения. А когда вернусь, то найду мою подругу в целости и сохранности.

Тарзан решил назвать Ла «своей женщиной», чтобы чернокожие поняли, что она находится под его особой защитой. Тогда верховная жрица будет в большей безопасности. Подняв взгляд к ветвям, он крикнул Ла, чтобы она спускалась вниз. Мгновение спустя она спорхнула вниз по ветвям и упала прямо в объятия Тарзана.

– Вот она, – сказал человек-обезьяна. – Охраняйте ее как следует и прячьте от болгани! Если я вернусь и узнаю, что ей был причинен какой-то вред, я тут же расскажу болгани, что их сородич был убит в вашей деревне!

Ла повернулась к Тарзану, глядя на него умоляющим взглядом:

– Ты же не оставишь меня здесь?!

– Только временно, – ответил он. – Эти бедолаги боятся, что им всем придется отвечать за убийство вон того чудища. Я пообещал, что спрячу тело так, чтобы отвести от них подозрения. Если они уже эволюционировали до такой степени, чтобы испытывать чувство благодарности, – в чем я лично сомневаюсь, – они скажут мне спасибо за то, что я убил этого зверя и отвел от них угрозу мести. Ну а если чувства благодарности будет недостаточно, то в дело вступит страх перед болгани – эта черта у них, как я уже знаю, есть. Я уверен, что здесь ты будешь в такой же безопасности, как и рядом со мной, иначе я бы никогда тебя здесь не оставил. Но в одиночку я могу двигаться намного быстрее. Я собираюсь найти выход из этой долины, а потом вернусь за тобой, и мы спокойно уйдем отсюда вместе. Это точно лучше, чем если бы мы медленно бродили по этой долине, пытаясь найти выход вдвоем.

– Ты точно вернешься? – с мольбой и тоской спросила Ла.

– Я вернусь, – ответил он и, обращаясь к чернокожим, добавил: – Подготовьте одну из своих хижин для моей подруги. Проследите, чтобы ее никто не беспокоил, чтобы у нее всегда были еда и вода. И помните, что я сказал: от ее безопасности зависят ваши жизни!

Затем Тарзан подошел к мертвому болгани, наклонился и взвалил огромное тело на плечи. Негры смотрели на него с почтением и изумлением. Они тоже были очень сильны, но никто из них не смог бы поднять труп болгани. Однако этот странный тармангани шел легким шагом с телом исполинской гориллы на плечах, а когда ему открыли ворота, побежал по тропе, словно вообще не нес никакого груза. Через мгновение джунгли поглотили его.

Ла повернулась к неграм и сказала:

– Приготовьте мне хижину!

Она очень устала, ее тело жаждало отдыха. Однако негры не спешили. Они перешептывались,