Операция «Дракула» - Александр Григорьевич Домовец Страница 24

– Фридриха, значит?

– Ну да, его, болезного. Надоел хуже горькой редьки. Я по замку хожу, а он под ногами вьётся, козлом скачет и всё время что-то болтает. – Олег ухмыльнулся. – Так и хочется ещё раз контузить, чтобы отстал, аж руки чешутся…

Нестеров покачал головой и сообщил, что война войной, а милосердие к сирым и убогим ещё никто не отменял, и Веселина его поддержала. В ответ Орлов лишь пренебрежительно дёрнул шрамом.

Я ещё раз просмотрел план с пометками.

– До главной башни, значит, ещё не добрался, – констатировал, возвращая документ Олегу.

– Да какое там, – отмахнулся тот, пряча бумагу в планшет. – С такими темпами я до неё, дай бог, через неделю доберусь, не раньше. Я же помещения буквально по сантиметру изучаю, каждую половицу осматриваю.

– Вот и молодец. А в башню пойдём вместе. Прямо сейчас.

Созерцание вытаращенных глаз и высоко поднятых бровей Олега вызвало приступ лёгкого злорадства. Страсть люблю озадачивать людей.

– Позвольте спросить, а почему именно главная башня? И почему именно сейчас? – поинтересовался Нестеров, удивлённый не меньше Орлова.

Я коротко рассказал, что накануне, в ночь полнолуния, видел в главной башне замка яркий красный свет. Понятно, что взяться ему там было неоткуда. Но Попеску давеча признался, что когда-то пугал туристов байками о шабаше, который в каждое полнолуние Дракула якобы справляет с местной нечистью. Происходит это действо на верхнем этаже главной башни замка и сопровождается кроваво-красным сиянием. Правда, при этом оговорился, что нечто похожее как-то наблюдал в действительности и сам…

– Что хочешь, то и думай, – закончил я. – Совпадение странное, и надо выяснить, что там в башне происходит.

– Засада? – спросил Орлов лаконично.

– Так точно, товарищ старший лейтенант. Рискнём. Чуть позже выдвинемся и засядем на верхнем этаже. Действовать будем по обстановке.

Веселина, спокойно воспринявшая мой рассказ (а чего волноваться, если наблюдали свет в башне вместе, можно сказать, в обнимку, о чём я, само собой, умолчал), вдруг подняла руку, словно школьница на уроке.

– Это может быть опасно, – заявила она. – Возьмите с собой хотя бы связку чеснока. На кухне есть, я видела.

– Зачем? – поразился я.

– Ай, товарищ капитан, ничего-то вы не знаете… Нечисть от века чесноком отпугивают. Хорошо бы ещё серебряные пули, да где их тут взять. И осиновых кольев наверняка нет…

Орлов коротко хохотнул.

– Боевая подруга снаряжает нас на битву с Дракулой, – пояснил он.

Я посмотрел на Веселину с нежностью, которую, надеюсь, Орлов с Нестеровым не заметили.

– За вашу заботу спасибо, конечно, – сказал я. – Но у нас есть кое-что получше чеснока.

С этими словами я похлопал по кобуре с верным ТТ. Вслед за мной то же самое сделал Орлов.

Нестеров подошёл к окну и вгляделся в небо.

– Да вы не беспокойтесь, Веселина, – сказал он. – Полнолуние закончилось, месяц пошёл на убыль, и нечистая сила, даже если она там была, в башне вновь не появится. – Посмотрел на меня озабоченно. – Ума не приложу, кому понадобилось зажигать свет в башне, Вячеслав Евгеньевич. Но, может быть, имеет смысл взять с собой трёх-четырёх бойцов?

– Ага. А ещё радировать Звягину, чтобы прислал роту, – огрызнулся Олег. – Сами справимся… если что.

Глаза его хищно прищурились, и я вдруг подумал, что машина для убийства застоялась. Скучно было в замке старлею, а тут ночная засада на неизвестного врага или врагов. Да ещё неясно, живые это существа из плоти и крови или вообще чёрт знает что такое… Целое развлечение.

Я поймал себя на мысли, что версию о нечисти воспринимаю уже как нечто не исключающееся, и внутренне устыдился. Какого хрена! Всего три дня в замке Дракулы – и уже получил пробоину в атеистическом мировоззрении. А что будет через неделю?

– Ключ от башни у тебя? – спросил я.

– А как же! Попеску мне этих ключей мешок передал. Я по плану проверил – там от всех помещений.

– Ну и здорово. Жду с ключами через час.

4.

Верхнее помещение башни представляло собой большую квадратную комнату с наглухо закрытыми окнами по периметру. Собственно, она и занимала почти весь этаж. А поскольку башня белокаменно вознеслась над землёй метров на тридцать, то редкие ночные огни Брана просматривались как на ладони.

Поднимались наверх долго, крадучись, держась за верёвку, протянутую вдоль стены. Время от времени коротко подсвечивали путь фонариками. Конечно, был риск выдать себя… правда, неясно, кому… но не ломать же ноги. Тем более, шею. Лестница была узкая, ступеньки высокие, и время их сильно сточило, – даром, что каменные.

Казалось, уборку в башне в последний раз делали лет сто назад. Или даже двести. Во всяком случае, ноги ступали по толстому слою пыли, словно по ковру.

– Наследили, – шепнул Олег озабоченно.

– Не только мы, – сказал я, указывая на чьи-то следы, отпечатавшиеся в пыли.

Да, совсем недавно здесь прошёл какой-то человек. Судя по размеру ноги – мужчина. Одна цепочка следов вела наверх, другая вниз. Кое-где следы друг на друга накладывались.

Присев на корточки, Олег пригляделся.

– Свежие, – шепнул он. – Ещё пылью не припорошило.

– Похоже, вчерашние, – заметил я. – Уже проще.

– В смысле?

– Следы человеческие. А нечисть следов не оставляет, передвигается по воздуху…

Я испытал некоторое облегчение. Человеческий след, ведущий на верх башни, косвенно подтверждал, что вчерашний огонь нам с Веселиной не померещился. Действительно, кто-то поднялся на последний этаж, чтобы устроить иллюминацию. Осталось выяснить, кто и зачем.

Но вот и пришли. Небольшая лестничная площадка упиралась в деревянную высокую дверь, – вход в единственное помещение верхнего этажа.

– Я первый, – категорически шепнул Олег. – Ты откроешь дверь.

– Хорошо…

Я осторожно потянул дверь и, закусив губу, услышал лёгкий скрип. Если внутри кто-то был, то мы себя уже выдали. Но Орлова это не смутило. С пистолетом в руке он змеёй проскользнул в комнату и прижался к стене. Я последовал его примеру. Оглядевшись, насколько позволяла темнота, почти одновременно включили фонарики и принялись полосовать пространство комнаты световыми лучами.

В помещении было пусто.

Вообще пусто. Голый пыльный пол и полное отсутствие мебели, если не считать какой-то табуретки. Я указал на неё Орлову.

– Вот на неё он фонарь и поставил.

– Кто он?

– Тот, чьи следы мы видели. С собой, думаю, принёс фонарь с красными стёклами и где-то подцепил табуретку, чтобы не держать в руках.

– Дедукция, однако, – оценил Орлов, оглядываясь.

Осматривая комнату, мы увидели многочисленные следы, ведущие к табуретке и вокруг неё. Видимо, включив фонарь и оставив его светить, человек от нечего делать расхаживал по комнате. Приглядевшись, я