Обзор главнейших кампаний и сражений парового флота - Михаил Александрович Петров Страница 21

В то же время Тегетгоф, получив телеграмму с Лиссы о начале операции итальянцев, сперва принял это за демонстрацию, предполагая, что затем итальянский флот направится на север. Прождав безрезультатно в море сутки, он 19-го направился к Лиссе.

В момент, когда Персано хотел начать следующую попытку атаковать остров, он получил сообщение от посыльного судна о приближении австрийского флота.

Ему предстояла большая забота – собрать разбросанный флот, выстроить его, приготовиться для боя: он был застигнут врасплох.

Один из броненосцев сообщил, что вследствие полученных повреждений он сражаться не может, и пошел самостоятельно в Анкону. У Персано осталось 9 броненосцев, которые он поспешно собрал, выстроил в строе пеленга по курсу NW, предполагая, что противник идет оттуда. Затем, увидев неприятеля от N., он повернул туда, перестроившись в кильватер.

Тегетгоф подходил, имея флот в строе последовательных клиньев (см. схему № 10), причем впереди шел клин из 7 сильнейших бр. кораблей с флагманским «Фердинандом Максом» во главе. Выдвинув вперед броненосцы и расположив их в таком строе, Тегетгоф, по-видимому, намеревался прорвать неприятельскую линию (прием еще парусного флота), а затем направить удар на слабейшую из отрезанных частей, возлагая большие надежды на таранный бой.

С утра 20-го, как сказано, было очень свежо, и Тегетгоф сомневался, удастся ли вступить в бой в такую погоду, когда суда сильно качало; стрельба, и вообще действия у орудий, были затруднительны. Но с 9 ч. утра начало постепенно стихать.

В 10 ч. 35 мин., приблизившись к противнику, он поднял сигнал: «броненосцам ринуться на неприятеля и потопить его». И вслед за тем, идя полным ходом (8–10 узлов), австрийцы легли на итальянцев.

Между тем Персано, не имевший определенного плана боя, поднял массу сигналов с указанием, кому что делать. Эти сигналы, касавшиеся различных перестроений, нисколько не разъяснили флагманам и командирам намерений их адмирала.

Как только флот выстроился и австрийцы были недалеко, Персано вдруг решил пересесть на «быстроходное поворотливое судно» и, оставаясь вне строя, руководить боем издали. Он оставил «Re-d-ItaIia», на котором до сих пор был его флаг, и перенес его на «Affondatore» (который, кстати сказать, отличался своей неповоротливостью, но Персано имел какое-то пристрастие к этому кораблю). Хуже всего было то, что никто из других командиров не имел понятия об этом намерении адмирала, увидев только шлюпку, которая отвалила от «Re-d-Italia», и, сразу не поняв в чем дело, Персано снова поднял ряд сигналов: «уменьшить расстояние между судами», «нападать на неприятеля, когда подойдет», и пр. Но некоторые суда, не обратившие внимание на перенос флага, не обращали внимания также и на сигналы «Affondatore», полагая адмирала на «Re-d-Italia». В результате линия итальянцев растянулась, в середине ее оставался большой промежуток.

В то время как у итальянцев шла описанная неразбериха, австрийцы приближались в полном порядке, имея точные и ясные директивы Тегетгофа. В 11 часов они открыли огонь и Тегетгоф устремился в место разрыва итальянской кильватерной колонны и прорезал ее (см. схему № 10).

Отрезанный головной итальянский отряд адмирала Вакка тотчас повернул с целью напасть на слабые концевые суда австрийцев. В то же время Тегетгоф, сделав поворот, атаковал центр неприятельской линии, а второй австрийский отряд под командой Петца – хвост ее.

Бой разделился как бы на три участка: 3 итальянских броненосца («Re-d-Italia», «Palestro» и «Affondatore») сражались со всеми броненосцами Тегетгофа, три других держались против отряда Петца, а Вакка гнался за австрийскими канонерскими лодками, которые, пользуясь преимуществом в ходе, от него уходили, отвлекая корабли Вакка от места боя.

Таким образом, Тегетгофу удалось сосредоточить силы в решительном направлении боя, ибо таковым был удар на группу кораблей Персано.

Сражение быстро превратилось в беспорядочную свалку. Все было заволочено дымом, суда едва разбирали своих от чужих.

Но блестящий маневр Тегетгофа был в значительной мере дискредитирован стрельбой, которая, как с той, так и с другой стороны не достигала своей цели, ибо снаряды не пробивали брони. Они губили людей, производили пожары, но даже находящиеся под сильнейшим обстрелом корабли имели способность продолжать сражаться.

Схема № 10. Сражение при Лиссе

Главное устремление противников, в особенности австрийцев, было направлено к тому, чтобы использовать таран. Но эта задача была непроста, т. к. корабли на циркуляции легко уклонялись от таранного удара.

Наконец, «Re-d-Italia» получил повреждение руля и потерял способность управляться. Этим тотчас воспользовался Тегетгоф, бросившись на «Фердинанде Максе» с целью его таранить, что и удалось ему. Таран «Фердинанда Макса» врезался в борт «Re-d-Italia», который тотчас затонул. «Фердинанд Макс» не получил при этом никаких повреждений. Другое судно, «Palestro», загорелось, вышло из строя, а затем взорвалось.

Персано тщетно делал сигналы Альбини, отряд которого не принял никакого участия в бою.

Несмотря на гибель двух судов, у Персано к концу боя все-таки оставалось 9 броненосцев, так как к нему прибыл «Terribile» из Комиза, и он безусловно мог считать себя сильнее австрийцев.

Но он не решился продолжать сражения, тем более что ощущал недостаток угля, истраченного в операциях предшествовавших дней. Люди были утомлены. Дух их надломлен.

Персано отошел.

Противники держались до вечера в виду друг друга, затем Персано пошел к Анкону, Тегетгоф – в бухту Манего на Лиссе.

Итальянская операция потерпела полную неудачу.

Обращаясь к итогам описанной операции и боя, мы видим со стороны итальянцев, помимо их неудовлетворительной подготовки, ряд крупнейших ошибок:

1) Неправильно избранная цель операции. Эта цель явилась не следствием точного стратегического расчета, а, как видно, родилась из желания «сделать что-нибудь». Если бы даже итальянцам и удалось захватить Лиссу, то это все равно ни к чему бы не привело, так как Тегетгоф был свободен для того, чтобы ликвидировать результаты этой операции. Персано и итальянскому командованию вообще надо было прежде всего позаботиться, чтобы овладеть морем, что было возможно путем нанесения решительного поражения австрийскому флоту. Если бы это им удалось, то тогда и Лисса и прочее побережье Австрии были бы открыты для них. Силы итальянского флота вполне позволяли это.

2) Мы отметили уже, что операция была предпринята без надлежащей подготовки и, в частности, без разведки. Следствием этого явилась задержка.

Удивительное легкомыслие Персано во время выполнения операции, когда он не принял никаких мер, чтобы обеспечить себя со стороны австрийского флота, разбросал свои силы, и пр. – составляет поразительный факт, объяснение которому можно найти только в том, что он