Попаданка в ненужную герцогиню Лилового дракона - Юлий Люцифер Страница 13

Я никому не обещала скорой даты. Хотелось сначала выдохнуть и поговорить с Лорой, понять, что стоит изменить. Но записать эти просьбы было приятно.

Когда в передней стало тихо, я заглянула на кухню. Тина собиралась уходить; помощница еще убирала посуду. Мы рассчитались, договорились, когда вернуть принесенные формы, и я поблагодарила их за ужин. Тина довольно кивнула, услышав про пирог.

Лора ждала меня у столика со списком гостей. Мы сверили оплату, отложили то, что еще предстояло заплатить за продукты, и разделили небольшой остаток, как условились. С учетом работы всех помощниц первый вечер окупился. Денег, которые достались мне, хватило бы на несколько обычных домашних покупок.

Я подержала деньги на ладони, прежде чем убрать. Устала я почти как после большого мероприятия в прежней жизни, но сегодня люди просили пригласить их снова.

— На завтра ничего не назначаем, — сказала Лора, завязывая папку. — Я до обеда преподаю. А потом хочу побыть дома и не слушать музыку.

— Даже хорошую?

— Особенно хорошую. Я все равно начну думать, как это сыграно.

Я проводила ее со смехом и вернулась за шалью. Дамиан оставался в гостиной, возле окна. При свете лампы я заметила тень под его глазами.

— Вы устали, — сказала я. — А я заставила вас ждать, пока закончу со счетами.

Он повернулся.

— Я сам остался. Давно у меня не было вечера, когда можно никуда не торопиться.

Я набросила шаль на плечи. В передней было душно после гостей, и хотелось хотя бы немного подышать прохладным воздухом.

— Пройдемся по саду? Я собиралась выйти.

От крыльца мы пошли по широкой дорожке к клену. Марта оставила лампу у двери; ее света хватало, чтобы различить край гравия. Я остановилась возле низкой скамьи, поправила шаль и посмотрела назад, на освещенные окна.

— Кажется, теперь можно поверить, что все закончилось, — сказала я.

— Вы хорошо провели вечер?

— Очень. Хотя спрашивать, наверное, нужно гостей.

— Я спрашиваю вас. Гостям понравилось, вы сами слышали.

— Хорошо, — ответила наконец. — В какой-то момент даже забыла следить за временем.

— А потом снова вспомнили. Я заметил.

Он говорил спокойно, без упрека. Я обернулась к нему:

— Так заметно?

— Вы всякий раз смотрели на дверь, прежде чем взять вилку. Я начал думать, что оттуда должны принести что-то гораздо интереснее ужина.

Я улыбнулась и присела на скамью. Дамиан сел рядом, оставив между нами немного места. Отсюда я видела его в профиль: прямой нос, темную линию брови, рот, который уже не казался таким строгим.

— Мне трудно сидеть спокойно, пока другие работают, — призналась я. — Даже если мы так договорились. Все время кажется, что я должна еще что-нибудь сделать.

— Сегодня вы слушали музыку. По-моему, Лоре это понравилось.

— Она вчера заставила меня послушать начало программы. Посадила в дальний угол и не разрешила больше переставлять вещи.

— Разумная женщина. И хороший музыкант.

Я повернулась к нему чуть сильнее.

— Вам какая пьеса понравилась больше?

Он назвал последнюю перед романсами и напомнил начало, негромко напев несколько звуков. Я узнала ее сразу. Удивилась только тому, как непривычно слышать это от него.

— Я ее тоже запомнила, — сказала я. — Под нее хотелось двигаться.

— Вы любите танцевать?

Я задумалась. Селеста, наверное, умела хорошо. У меня с правильными шагами отношения были сложнее.

— Для собственного удовольствия. В детстве любила особенно. Когда в доме играла музыка, я кружилась посреди комнаты, пока не начинала мешать. Иногда мама оставляла дела и танцевала со мной.

Я вовремя остановилась. Хотелось рассказать про старый радиоприемник на холодильнике, про тесную кухню и смешные домашние тапочки, в которых мама вовсе не походила на изящную женщину с портрета. Вместо этого я потерла пальцами край шали.

Я рассказала правду. Просто он еще не знал, чье детство вспоминала сидящая рядом женщина.

— А вам что нравилось? — спросила я.

Дамиан посмотрел на свои руки.

— Возиться с деревом. У отца работал мастер, который делал мебель. Иногда позволял мне приходить, если я не мешал. Я хотел построить корабль. Настоящий, только маленький.

— Получилось?

— Получился ящик. Очень добротный. Даже на воду удалось спустить, но внутрь я уже не поместился.

Я рассмеялась, представив маленького серьезного мальчика возле сооружения, которому не хватило совсем немного, чтобы стать кораблем.

— А что вы с ним сделали?

— Хранил там инструменты. Потом отдал мастеру. Он сказал, что ящик ему нужнее, чем корабль.

Дамиан тоже улыбнулся. Он устало провел пальцами по переносице.

— Сегодня был тяжелый день?

— Длинный. Несколько встреч подряд. К последней я уже плохо помнил, какой именно вопрос собирался задать первым.

— И вы все равно приехали.

— Я хотел приехать.

Он произнес это так просто, что я не сразу нашла ответ. За окнами прошла Марта, унося подсвечник. Я посмотрела на дом, потом снова на Дамиана.

— Я рада, что вы были за столом, — сказала я. — Мне понравилось с вами разговаривать.

Его взгляд задержался на моем лице. Я не отвела глаз, хотя рядом с ним стало немного иначе сидеть. Мы почти не соприкасались, но я чувствовала тепло его плеча через узкий промежуток между нами.

Дамиан не попытался придвинуться. Только тихо ответил:

— Мне тоже.

Я опустила взгляд на свои руки. Хотелось продлить эти несколько минут, не испортив их ни поспешностью, ни разбором того, что они могут значить.

Мы еще немного посидели, слушая, как за оградой проехала поздняя повозка. Потом я поднялась. Дамиан встал следом, и мы пошли обратно медленнее, чем спускались в сад.

На крыльце он задержался, пока я поправляла съехавшую шаль.

— Селеста, можно приехать еще? Когда у вас не будет гостей.

Я подняла глаза. Он ждал ответа, держа перчатки в одной руке, и впервые за весь вечер я не стала думать о том, что нужно приготовить к его приезду.

— Послезавтра, к четырем, — сказала я. — Если вам удобно.

— Удобно. Я приеду.

Мне хотелось остаться на крыльце, пока он не сядет в карету. Я так и сделала.

Глава 4. Ночь в гостевой комнате

Глава 4.