История Соединенных Штатов Америки. Судьбоносные события страны, прошедшей путь от разрозненных колоний до сильнейшей мировой державы - Генри Стил Коммаджер Страница 36

Вашингтона из прекрасного поместья на берегу Потомака в Нью-Йорк, где он должен был принять управление государством. Выехал он в середине апреля. На холмах Вирджинии пробуждалась весна. Он ехал на север по дорогам, которые в некоторых местах почти соприкасались с маршрутом, пройденным им в 1781 г. перед капитуляцией Корнуэльса. В каждой деревушке, в каждом большом и малом городе народ бурно приветствовал его. В Филадельфии состоялся парад конницы, и Вашингтон проезжал под триумфальными арками вечнозеленых ветвей и лавровых листьев. В солнечный день он достиг Трентона, где за двенадцать лет до того, во время одной из самых знаменитых военных операций, ему пришлось ночью в бурю переправляться через покрытую льдом р. Делавэр. Группа девушек в белых одеяниях бросала теперь цветы на его пути и приветствовала его песнями. На берегу Нью-Йоркского залива Вашингтона посадили на парадный катер, которым управляли тринадцать военных в белых мундирах. Когда судно приблизилось к городу, раздался пушечный салют из тринадцати орудий. После схода на берег Вашингтон увидел улицы, забитые радостной толпой, среди которой было много ветеранов Революционной войны. 30 апреля в присутствии огромного числа собравшихся Вашингтон, стоя на балконе Федерал-холла на Уолл-стрит, принес присягу. К присяге его привел канцлер Нью-Йорка, обратившийся к толпе со словами: «Да здравствует президент Соединенных Штатов Джордж Вашингтон!» Снизу поднялся восторженный крик огромной толпы.

Америка в 1789 г

Полная жизненных сил республика готовилась к вступлению в новую фазу своего развития. Перепись, проведенная через год после инаугурации Вашингтона, показала, что население республики достигало почти 4 миллионов, из коих приблизительно 3,5 миллиона составляли белые. Население было почти полностью сельское. Только пять городов заслуживали в то время название «города»: Филадельфия (население: 42 тысячи), Нью-Йорк (33 тысячи), Бостон (18 тысяч), Чарлстон (16 тысяч) и Балтимор (13 тысяч). В подавляющем большинстве население жило на фермах и плантациях и в небольших деревнях. Средства сообщения были скверные, дороги – ужасны, почтовые кареты – неудобны, а парусные суда ходили нерегулярно. Но уже начали возникать компании для строительства дорог, и вскоре была построена хорошая дорога из Филадельдии в Ланкастер; стали также проводиться каналы. Большинство жителей вело изолированный образ жизни; школы были плохие, книг и газет выходило мало. На европейских путешественников Америка производила впечатление страны грубой и полной неудобств; население поражало своей неотесанностью, а культурный слой – своей крайней немногочисленностью. Все это существовало наряду с независимостью, материальным благополучием и безграничной самоуверенностью. В культурном отношении, как и в материальном, положение все улучшалось.

Страна неуклонно развивалась. Иммигранты прибывали из Старого Света в таком количестве, что порой американцам казалось, будто к ним перебирается половина Западной Европы. За небольшие деньги можно было приобрести хорошую ферму; существовал большой спрос на рабочую силу, и ставки были высокие. Правительство относилось к иммиграции одобрительно. Вашингтон особенно приветствовал переселение опытных фермеров из Англии, которые могли обучить американцев более совершенным методам земледелия. Плодородные земли долин рек Мохок и Дженеси в верхней части Нью-Йорка, р. Саскуэханны в верхней части Пенсильвании и р. Шенандоа в Вирджинии вскоре были превращены в обильные хлебородные края, где выращивалась пшеница. Жители Новой Англии и Пенсильвании начали переезжать в Огайо, вирджинцы и каролинцы – в Кентукки и Теннесси.

Развивалось также и мануфактурное производство, чему способствовали выдаваемые штатами особые премии. В Массачусетсе и Род-Айленде были заложены основы крупной текстильной промышленности, для которой в Англии тайным образом приобретались прядильные машины «Дженни» и Аркрайта. В Коннектикуте начали производить оловянные изделия и часы; в Среднеатлантических штатах – бумагу, стеклянные изделия и железо. Однако в ту пору в Америке еще не было фабричных городов, население которых было бы занято исключительно в промышленности, и значительная часть промышленных товаров изготовлялась дома. В длинные зимние вечера фермеры производили грубое сукно, кожевенные изделия, глиняную посуду, простые железные инструменты, кленовый сахар и деревянные изделия, а там, где возникали фабрики, владелец обычно сам работал вместе со своими рабочими.

Судоходство начинало процветать, и Соединенные Штаты выдвигались на второе место после Англии. Суда строились в большом количестве для прибрежного судоходства, ловли трески, китобойного промысла и для перевозки в Европу хлеба, табака, леса и других товаров. Не успела завершиться революция, как корабль «Эмпресс» совершил плавание в Кантон и вернулся оттуда со сведениями о торговых возможностях на Дальнем Востоке, очень заинтересовавшими жителей Новой Англии. Началась новая торговля. Она развилась настолько, что в 1787 г. пять судов под американским флагом дошли до Китая. Китайцы хотели пушнины, и некоторые бостонские купцы решили послать суда к побережью Северо-Запада, закупить шкуры у индейцев, повезти их в Китай и вернуться оттуда с чаем и шелками. Это предприятие оказалось успешным. Больше того, янки Роберт Грей, капитан корабля «Колумбия», вошел в устье большой реки в верхней части Тихоокеанского побережья, окрестил реку именем своего корабля и тем самым дал основание для претензии США на Орегон.

Американцы все дальше и дальше проникали на запад. Запад был главным направлением американской экспансии. От дубовых лесов Огайо до сосновых лесов Джорджии раздавались удары топора дровосеков, возвещавшие наступление новых хозяев. По длинным склонам Аллеган поднимались крытые парусиной повозки типа «конестога», из которых составлялись караваны переселенцев; через Камберлендское ущелье пробирались в Кентукки одетые в оленью кожу охотники и пионеры с повозками, груженными мебелью, семенами, простыми сельскохозяйственными орудиями и домашними животными. Наскоро вырубались свидетельствовавшие о плодородности почвы деревья гикори и грецкого ореха, и пограничные фермеры строили на прогалинах свои бревенчатые хижины, щели которых заполнялись известью, а кровли складывались из тонких дубовых досок. С каждым годом вниз по р. Огайо и по р. Миссисипи сплавлялось все большее число плотов и плоскодонок, которые везли в Новый Орлеан зерно, засоленное мясо и поташ.

С каждым годом возрастало значение западных городов Цинциннати в Огайо, Ноксвилла в самом сердце Теннесси и Лексингтона в Кентукки. Переселенцам приходилось вести борьбу с индейцами, с малярией, с дикими зверями, с нападавшими на них в глуши разбойниками и испытывать множество других опасностей. Лишения, нищета и болезни причиняли им крупные потери. И все же десятки тысяч переселенцев все дальше пробирались вглубь девственных лесов; граница отодвигалась, и слова епископа Беркли, сказанные еще в колониальный период, продолжали соответствовать действительности: «Империя движется на Запад».

Глава 6

Укрепление республики

Организация правительства под руководствомВашингтона

1789 г. был свидетелем расцвета Нью-Йорка как временной столицы страны. Лучшим домам города старались придать максимальный шик, а на улицах летом того года было особенно много народа: конгрессмены, люди, стремившиеся получить государственную должность, лоббисты и