Чудеса арабского халифата - Александр Григорьевич Юрченко Страница 28

преданиях говорится, будто 'Абдаллах ибн Амр ал-'Ас сказал: «Удивительнейшие вещи мира — это медное дерево в Румийе, на котором есть изображение птицы ас-суданийа с оливковой веткой в клюве. Когда наступает пора созревания оливок, все птицы этого вида приносят в клювах и лапках по три маслины и бросают их подле этого дерева. Жители Румийи выжимают из них масло и используют для светильников, продажи и пищи»{83}.

Как в этом рассказе обозначена римская диковинка? Как талисман «Оливковая ветка». Отсюда следует, что птица вторична, главным элементом является ветвь с оливками, отсылающая к античному мифу об оливковой роще, приносившей золотые плоды.

b) Три оливы.

Почему птицы непременно несут три оливы? В мифологизированной истории Аравии эпохи «неведения» есть значимый эпизод, когда главное святилище в Мекке было спасено от разрушения птицами. Птицы атаковали враждебное войско с помощью камней. Каждая птица несла три камня. В обоих случаях с птицами связано число три. Случайно ли это совпадение?

В «Книге об идолах» Хишама ибн Мухаммада ал-Калби рассказывается о замысле Абраха ал-Ашрама, эфиопского наместника, затем независимого правителя Химйаритского царства (535–555), превратить свою столицу в центр паломничества. В городе Сан'а, столице Йемена, он возвел христианскую церковь, которая рассматривалась как альтернатива святилищу в Мекке. В наиболее почитаемом святилище Аравии — Каабе в Мекке находилось около 360 идолов различных племен. С ежегодным паломничеством была связана крупная торговая ярмарка.

«Абраха ал-Ашрам построил в Сане святилище — церковь, которую он назвал ал-Калис, из мрамора и прекрасного позолоченного дерева, и написал царю Эфиопии: «Я построил для тебя церковь, подобной которой никто никогда не строил. И я не оставлю арабов [в покое], пока не отвращу их паломничество от святилища, к которому они с ним ходят». Узнал об этом один из тех, чьей властью переносятся священные месяцы, послал двух своих сородичей и велел им отправиться [туда] и испражниться там. Те так и сделали. Когда узнал об этом Абраха, он разгневался и спросил: «Кто осмелился на это?» Ему ответили: «Кто-то из поклоняющихся Каабе». И он разгневался и вышел в поход со слоном и эфиопами. И случилось с ним то, что случилось»{84}.

Продолжение событий изложено в «Истории пророков и царей» ат-Табари (ум. 923).

«Адул Мутталиб и остальные курейшиты ушли в горы и спрятались там, ожидая, что сделает Абраха с Меккой и ал-Бейтом, когда войдет в нее (Мекку). Абраха подготовил войско и, когда наступило утро, сел на слона, которого звали Махмуд, собираясь направить его в сторону Мекки. Но тут появился Нуфил ибн Хабиб ал-Хасами, подошел к слону, взял его за ухо и сказал: «Стань на колени, Махмуд, и возвращайся туда, откуда ты пришел, потому что ты находишься в священной стране Аллаха». Слон стал на колени, и сколько его ни били, пытаясь поднять, он не поднимался. И тут Аллах ниспослал на войско Абрахи морских птиц (Коран. 105: 2). Каждая птица несла два камня в лапах, один в клюве. Был убит каждый, кого они настигали. Морские птицы ранили Абраху, унесли его с собой, по дороге кусая за кончики пальцев, из которых лилась кровь и выделялся гной; и принесли они его в Сан'у, подобно птенцу, и вырвали сердце из его груди. Когда Нуфил ибн Хабиб увидел, какую кару ниспослал Аллах на эфиопское войско, вознес он ему молитву»{85}.

Морские птицы, несущие два камня в лапках, один в клюве, типологически сходны с птицами, которые приносят в клювах и лапках по три маслины в Рим. В обоих случаях реализован мифологический сценарий, когда птицы, подчиняясь неземной силе, несут три предмета и сбрасывают их в одном месте.

с) Механические птицы.

Вернемся к гипотезе О. Герреро Сото о дереве с медными птицами, входившими в композицию с троном Соломона в приемном зале византийских императоров. Признавая, что в арабских текстах наблюдается путаница двух Румов (старого и нового, Рима и Константинополя), исследовательница полагает, что оливковый талисман находился в Византии. Обоснование этой локализации она находит в книге «Благоухающий сад» Мухаммада ибн 'Абд ал-Мунита ал-Химьяри (XIV в.), который, следуя тексту андалусского географа Абу 'Убайд Абдаллаха ал-Бакри (ум. 1094), помещает легенду о медном дереве с птицей на земле Румийа в раздел о Константинополе. В специальном исследовании о термине Румийа у арабских авторов, равно как и в рецензии на эту книгу, вопрос — какой из двух городов гордился чудесным деревом, остался без ответа{86}. В нашем случае не имеет значения, Рим или Константинополь хранил диковинку, поскольку речь идет о воображаемом предмете.

Здесь интереснее другое. Полагаю, механические птицы не могли породить какую-либо мифологию. Поющих медных птиц сделали с целью изумлять чужестранных послов.

Бронзовое с позолотой дерево в тронных залах византийских императоров, как и медные деревья, обнаруженные арабами в разных частях мира, восходят к садам богов. В силу инаковости искусственные создания произрастают либо на границах освоенного пространства, либо во дворцах правителей, указывая на их причастность неземному, вечному, божественному. Дворцовое позолоченное дерево выступало противоположностью тленным созданиям природы. В мифологическом плане оно отсылало зрителя в чертоги богов. По этой же причине правители соперничали содержимым своих сокровищниц.

Обратимся к трактату «О церемониях» Константина Багрянородного. Иноземные послы входили в величественный тронный зал, где логофет задавал им через переводчика вопросы. После официальных приветствий начинался новый акт приема, состоявший в занимательном зрелище. Особая роль отводилась золотому трону Соломона. На разных частях трона сидели золотые птицы, которые в надлежащих случаях начинали петь. Трон был украшен фигурами львов. Близ трона за завесой и вне ее стояли органы: один золотой, украшенный эмалью и драгоценными камнями, другой серебряный. Перед троном стояло золотое дерево с сидящими на нем птицами, которые могли петь.

В общей главе придворного Устава, носящей заглавие «Что должно соблюдать, когда прием происходит в большом зале Магнавры, когда цари сидят на троне Соломона» сказано: «Когда логофет предлагает свои обычные вопросы, то львы начинают рычать, птицы как на троне, так и на дереве начинают петь гармонично, а звери, находящиеся на троне, поднимаются на своих подножиях. В то время, когда все это так происходит, вносятся дары протонотариями дрома, и спустя немного начинают играть органы, а львы успокаиваются, птицы перестают петь, и звери садятся на своих местах. Когда же осмотрят дары, то чужеземец по знаку, данному логофетом, кланяется и удаляется, а в то время, когда он следует к выходу, то его шествие сопровождается звуками органов, ревом львов и пением птиц, поющих каждая сообразно своей