Чудеса арабского халифата - Александр Григорьевич Юрченко Страница 27

ступеням, видит рынок менял и торговцев тканями. Затем он уже входит в город, и перед его взором открывается центр, увенчанный огромной широкой башней. С одной ее стороны расположена церковь, с алтарем в западной части и воротами — в восточной. В центре башни находится водоем, подбитый медными пластинками. Этот водоем снабжает весь город водой.

Рассказывают, что в середине водоема стоит каменный столб, на котором высится изваяние всадника. Жители города говорят, что тот, кто основал его, завещал: «Не опасайтесь за свой город до тех пор, пока не явится к вам народ подобного вида. Это будут те люди, что овладеют им!».

Три стороны города выходят на море, а четвертая — на сушу. У города две мраморные стены, а между ними открытое пространство в сто локтей. Ширина каждой стены восемнадцать локтей, а высота — шестьдесят два локтя. Между этими стенами течет река, вода которой идет по кругу через весь город. Это питьевая вода, и она подведена к домам и проходит около них. Через реку переброшен мост с медными подъемными створами, каждая из которых — сорок шесть локтей в длину. Если враг попытается проникнуть в город, поднимают подъемные створы, и тогда между стенами образуется море, которое невозможно преодолеть. Основное русло реки в ширину от сорока трех локтей до девяноста трех. Между Царскими воротами и Золотыми — расстояние двенадцать миль. Рынок их вытянут в направлении с востока на запад и покрыт медным навесом, стоящим на медных столбах.

Над этим рынком помещен другой, где собираются все торговцы и владельцы товаров. Говорят, что перед этим рынком есть еще один, крытый, на медных столбах и каждый столб высотой около тридцати локтей. Между этими столбами через весь рынок тянется канал, облицованный медью. В него заходят воды морского залива и идут корабли. Судно, нагруженное товарами, проходит по этому каналу к купцам на рынок и останавливается перед каждым из них так, чтобы те отобрали что хотят, после чего оно возвращается снова в море.

Во внутренней части города есть собор, который построили в честь апостолов Бутруса и Булуса, погребенных в нем. К этому собору стекаются жители всего Рума, потому что глубоко почитают их и рассказывают о них удивительные вещи. Длина собора тысяча локтей, ширина — пятьсот и высота — двести.

Есть в городе и другой собор, построенный в честь великомученика Истафануса. Длина его — шестьсот локтей, ширина — триста, а высота — 150 локтей. Потолки, стены, пол, покои и оконные проемы этого собора сделаны из одного камня. В городе очень много церквей. Там приблизительно десять тысяч монастырей для мужчин и женщин, а у стен монастырей — около тридцати тысяч колонн, у которых беседуют монахи. В городе двенадцать тысяч улиц, и к каждой улице подведены два канала: один с водой для питья, другой — для отбросов.

В Румийе двенадцать тысяч рынков, и на каждом из них двое весов. Каждый рынок вымощен белым мрамором, а навесы, покрытые медными пластинками, подпираются медными столбами. Там 660 тысяч бань. Каждую субботу, после полудня, люди оставляют свою работу на всех рынках, вплоть до захода солнца в воскресенье, потому что оно — праздничный день у них.

Есть у них кафедры для тех, кто ищет различных знаний в медицине, астрономии, философии, инженерном деле и прочем. Говорят, что есть 120 таких мест для обучения.

В городе есть храм Сихийуна, похожий на храм Сихийуна в Иерусалиме. Длина его — один фарсах и такая же ширина. Высота — двести локтей. Он занимает площадь в шесть джарибов. Алтарь, на котором освящается жертва, сделан из зеленого хризолита. Длина его — двенадцать локтей, ширина — десять. Сам алтарь покоится на двадцати золотых статуях, каждая из которых высотой в три локтя. Глаза этих изваяний сделаны из красного яхонта. В самом соборе 1200 колонн из цветного мрамора и примерно столько же из позолоченной меди. Все колонны высотой в 50 локтей, и около каждой — изображение какого-нибудь известного епископа. В соборе 1200 больших дверей из литой желтой меди и сорок золотых. Что касается дверей из эбенового дерева или слоновой кости, то и их там много. В храме 230 тысяч золотых цепей, подвешенных к потолку при помощи блоков, на которых висят лампы, помимо тех, что зажигают в воскресный день[40].

В соборе около пятидесяти тысяч епископов, дьяконов и прочих людей, что получают свой хлеб насущный от этой церкви. Как только кто-нибудь из них умрет, на его место становится другой. В церкви десять тысяч кувшинов и столько же столиков, чаш и светильников из золота. Вокруг алтаря семьсот золотых подсвечников. В Вербное воскресенье выносят тридцать тысяч распятий, а что касается железных или медных, искусно украшенных и позолоченных, то им нет числа. Там хранится десять тысяч книг в золоченых и серебряных окладах. В этом соборе представлены лики всех пророков от Адама до Иисуса, да будет над ним мир! Есть икона Марии, да будет над ней мир! Смотрящему на них человеку они кажутся живыми.

В соборе есть место, где сидит царь, и вокруг этого места сто колонн, и на каждой колонне — идол. В руке каждого идола колокольчик, а на нем написано название какого-нибудь народа. Говорят, что это талисманы: если идол начинает двигаться, знают, что царь этого народа пожелал напасть на них, и они принимают меры предосторожности.

Есть там талисман «Оливковая ветка». Перед собором раскинулась площадь, размером примерно в пять миль. Посреди нее возвышается цельная колонна высотой в 50 локтей. На вершине колонны укреплено изображение золотой птицы, которую называют суданийа. Грудь ее украшена различными ювелирными поделками, а в клюве — оливковая ветка, и точно такая же в лапках ее. Когда наступает сезон сбора оливок, птица покидает эту землю, а потом возвращается с оливками в клюве и лапках и бросает их рядом с колонной. Оливковое масло и сами оливки у румийцев, как они утверждают, появилось благодаря птице суданийа. Говорят, что этот талисман сделал Балинас, строитель талисманов. До появления царя около талисмана выставлена стража. Ворота держатся запертыми до того момента, пока не наступит пора созревания маслин и не наполнится двор ими. Тогда собираются смотрители. Царь дарит некоторую часть оливок патриархам и потом уже остальным, сообразно их достоинству, а остаток отпускает на масло для церковных светильников.

Этот рассказ об оливковом талисмане румийцев я встречал во многих книгах и внес в свою, потому что, действительно, вещь удивительная.

В