Военная организация поздней Римской империи в 353-395 гг. На пути к разделению империи. - Евгений Александрович Мехамадиев Страница 155

Петрейской в период правления Валента Девятой вексилляции далматов, которая располагалась в одной из крепостей, но эта вексилляция была переведена на римский Ближний Восток задолго до Валента, еще при Констанции II, Валент же наделил её рангом pseudocomitatenses. Другими словами, при Валенте Девятая вексилляция далматов фактически продолжала располагаться в Аравии Петрейской, но официально, по бумагам, она была внесена в списки подразделений экспедиционной армии, т. е. причислена к экспедиционным войскам.

Очевидно, в 377–378 гг. Валент успел разместить на Синайском побережье Красного моря, а также в восточной части дельты Нила множество новых пограничных войсковых подразделений, специально для них в указанных регионах возводились новые крепости. Цель новых пограничных гарнизонов заключалась в том, чтобы противостоять арабским вторжениям во внутренних землях Аравии Петрейской и провинции Аравия Вторая, которая как раз и включала в себя земли Синайского полуострова. О присутствии целой группы пограничных сторожевых постов в западной половине Синайского полуострова, а также в восточной части дельты Нила свидетельствуют сведения трактата «Паломничество Эгерии», они показывают, что в 381–384 гг. в данных регионах размещались оборонительные сооружения, эти крепости были выстроены в ряд, последовательно друг за другом. Гарнизоны, располагавшиеся в данных сторожевых постах, находились под командованием офицеров в должности препозита, и, на наш взгляд, крепости, охранявшие дорожные пути в пределах Синайского полуострова и восточной части дельты Нила, были построены как раз в период Валента, точнее, в течение двух последних лет его правления. Скорее всего, строительство новых крепостей в данных регионах было проведено с целью усиления защиты южных участков персидского фронта по причине нашествия арабской царицы Мавии на земли Палестины, Финикии и Аравии Петрейской.

В результате разрушительного вторжения войск Мавии Валент осознал, что внутренние земли Палестины, Финикии и Аравии Петрейской практически лишены какой-либо серьезной военной защиты, поэтому в качестве ответной меры на вторжение арабских племен Валент принял решение в спешном порядке возвести на Синайском побережье Красного моря и в восточной части дельты Нила новые крепости, чтобы они обороняли указанные регионы на случай дальнейших арабских набегов.

Соответственно, необходимость обороны провинций римского Ближнего Востока от нападений персов, арабов и исавров не позволяла Валенту увеличить количество войсковых подразделений экспедиционной армии за счет пограничных войск — Валент не мог перевести к себе в Сирию те пограничные отряды, которые располагались в Финикии, Палестине и Аравии Петрейской, он был вынужден держать их на южных участках персидского фронта для отражения атак арабских племенных ополчений. Та же проблема сложилась и в Исаврии — Первый Армянский легион, а также мобильные подразделения всадников-лучников разместились в Исаврии в качестве её постоянных и регулярных гарнизонов, их присутствие сдерживало натиск горных племен исавров, которые могли совершить набеги не только на равнинные земли Исаврии, но и на территорию соседних провинций. Земли Каппадокии и Понта Полемониакского тоже находились под угрозой вражеских вторжений (в данном случае — со стороны персов), поэтому те пограничные подразделения, которые там располагались, не могли принимать участие в дальних карательных экспедициях против внешних врагов империи — любой отвод пограничных отрядов на значительное расстояние от рубежей Каппадокии и Понта Полемониакского ослабил бы защиту названных провинций и открыл бы внешним врагам империи доступ во внутренние земли указанных регионов.

Как результат, к 376 г., когда Валент узнал о мятеже готов во Фракии, которым он позволил перейти Дунай и переселиться в римские пределы, восточная половина империи обладала значительно более слабой (мы бы даже сказали — рыхлой) экспедиционной армией, чем западная половина. В самом деле, реально Валент мог перевести во Фракию только те резервы, которые располагались в Сирии и в Великой Армении, на момент начала мятежа готов император не располагал в свободном доступе еще какими-либо другими экспедиционными группировками. Соответственно, когда летом 377 г. он отправил во Фракию ту группировку, которая размещалась в Великой Армении, он вполне отчетливо понимал, что этих войск будет недостаточно для борьбы с готами и они не справятся с мятежом, вспыхнувшим во Фракии, одними только своими силами.

Более того, на наш взгляд, участие подразделений, переведенных из Армении, в битве при Адрианополе сыграло важную (но вместе с тем далеко не решающую) роль в неудачном исходе сражения. Почему римляне потерпели столь тяжелое поражение? Мы полагаем, что причина заключалась в структурном несоответствии конницы римлян и готов — римляне выставили против готов тяжелую и малоподвижную конницу катафрактариев, не приспособленную к быстрым и маневренным действиям (точнее — перемещениям) на поле сражения, в то время как готы ударили по римлянам именно силами своей мобильной, летучей кавалерии. Готы легко нанесли сокрушительный удар по тяжеловооруженной римской коннице и обратили её в бегство, но само присутствие катафрактариев на поле битвы как раз и было связано с тем, что Валент был вынужден направить против готов войска, ранее находившиеся в Армении, основу же конных сил данных войск составляли именно катафрактарии.

Но почему тогда пехота, пусть даже и оказавшаяся без защиты конных войск, не смогла оказать эффективное сопротивление готам? На наш взгляд, причина заключалась в том, что, во-первых, значительную часть этой пехоты составляли легковооруженные вексилляции щитоносцев и лучников, которые, в соответствии с задачами своей службы, выполняли только вспомогательные функции и не были предназначены для прямых, фронтальных столкновений с армией противника. Во-вторых, полноценные пехотные легионы (не вексилляции), которые прибыли во Фракию вместе с Валентом уже из Сирии, преимущественно состояли из плохо обученных и неподготовленных рекрутов, эти рекруты только недавно были зачислены в армию в ходе всеобщего рекрутского набора, проведенного в 377 г.

Рекруты, поступившие на службу в экспедиционные войска в 377 г., не владели правилами римской военной дисциплины и не обладали навыками ведения боя, они плохо себе представляли особенности тактики и стратегии, боевого построения войска перед битвой и во время битвы, не разбирались в вопросах применения различных видов оружия и не знали в полной мере, как правильно перемещаться и совершать маневры на поле сражения. Отсутствие у рекрутов, включенных в состав экспедиционных пехотных легионов (пополнивших эти легионы), необходимого количества знаний в данных вопросах привело к тому, что они после бегства тяжеловооруженной римской конницы попали в окружение — новобранцы, не обладавшие достаточным боевым опытом, были разгромлены маневренной конницей готов, быстро передвигавшейся по полю сражения. Скорее всего, в той ситуации пехотные легионы, прибывшие во Фракию из Сирии, не знали, как и куда им нужно перемещаться, готы же умело воспользовались скученностью и неповоротливостью римской пехотной массы.

Немаловажную роль сыграла и несогласованность действий военного командования западной и восточной половин империи — отряды мобильной и маневренной далматской кавалерии, которая могла бы эффективно противостоять атакам готской