Невеста безумного тирана: Спасти злодея. Книга 4 - Валентина Зайцева Страница 48

В покоях тихо трещали восковые фитили, наполняя комнату запахом лаванды и оплывшего воска. Моя госпожа полностью закуталась в тяжёлое одеяло, напоминая спящий, бережно укрытый от ночной прохлады бутон. Я тихо опустился на край постели, не сводя с неё глаз. Её безмятежность в моём присутствии до сих пор казалась мне чистейшим чудом.

Протянув руку, я коснулся холодным кончиком пальца уголка её губ, чуть заметно приподнимая его вверх, словно пытаясь нарисовать улыбку на её сонном лице.

— Глупая... — едва слышно прошептал я, и в моём обычно ледяном голосе промелькнула безграничная, пугающая меня самого нежность. — Надо же было додуматься... пойти и просить за меня у Юлиана.

Она ведь знает, что мне наплевать на мнение её брата. Мне наплевать на весь этот мир. И всё же то, как отчаянно она пытается защитить меня, чудовище, вызывало в моей груди странную, сладостную судорогу.

Элли беспокойно зашевелилась, потревоженная моим прикосновением. Сквозь вязкий полусонный бред её маленькие, тёплые ладони поймали мой палец. Она сжала его, словно пытаясь удержать, и пробормотала, не открывая глаз: — Перестань... ложись спать.

Я тихо, гортанно усмехнулся, послушный её воле. Наклонившись ниже, я слегка, дразняще прикусил чувствительную мочку её уха, заставляя её сладко вздрогнуть во сне. А затем решительно откинул край одеяла и лёг рядом, силой вовлекая моё сокровище в надёжные, собственнические объятия. Моя хватка была слишком крепкой, эгоистичной, но иначе я просто не умел.

От этого резкого движения её голова соскользнула с подушки. Сонно ворча, Элли принялась устраиваться поудобнее, утыкаясь носом прямо в мой полуоткрытый ворот, ища моё тепло.

Свет свечи падал параллельно постели, выхватывая из темноты её мягкие черты. Моя госпожа на мгновение приоткрыла затуманенные сном глаза, пытаясь сфокусировать взгляд на моей обнажённой груди. Я замер, перестав дышать. Её пальцы коснулись бледной кожи там, где под шёлком халата прятался шрам с её именем. Она всматривалась в это едва заметное багровое очертание, хмуря брови, но сон оказался сильнее — таинственный след снова скрылся в тени моих ключиц, когда её ресницы дрогнули и опустились.

Она так и не поняла, на что смотрела.

Элли устроила голову на моей мерно вздымающейся груди, затихая под ровный, глухой стук моего сердца. Я обнял её крепче, утыкаясь лицом в её волосы, и закрыл глаза. Пока она была в моих руках, ни один кошмар этого мира не посмел бы переступить порог нашей спальни.

* * *

Элара Валериус

Я очнулась от сна в тот самый миг, когда первые несмелые лучи рассвета только начинали окрашивать Остерхольд в холодное золото.

Ещё не успев открыть глаза, я инстинктивно повела рукой в сторону. Место рядом со мной пустовало. Я коснулась простыней — ткань на половине Каллума уже успела остыть и была леденящей на ощупь.

— Где Принц-регент?

Я приподнялась на локтях, чувствуя, как тёплая тяжесть растрёпанных за ночь волос лавиной скользнула по плечам. В голове ещё стоял сонный туман, а тело приятно ныло от утренней неги, но стоило служанкам переступить порог спальни, как они мгновенно замерли. В полумраке покоев воцарилась такая благоговейная тишина, будто девушки боялись лишним вздохом нарушить мой покой, и лишь преданно склонили головы перед своей госпожой.

— В ответ леди Эларе: Его Высочество отбыл в императорский дворец с наступлением пятой стражи, — почтительно отозвалась старшая из них. Её ответ был безупречно выверен — ни одного лишнего слова, ни одной потерянной интонации.

Опустив ноги на холодный пол, я замерла на краю огромного ложа, пытаясь окончательно стряхнуть с себя остатки сна. Мысли в голове прояснялись, принося с собой глухую тревогу.

Уехал так рано?

Неужели то кровавое дело с недобитыми мятежниками прежнего кронпринца до сих пор не завершено, и Каллуму снова пришлось расчехлить клинки Алой Канцелярии?

* * *

Каллум Рейн

В Ведомстве Дворцового Протокола стояла удушливая, почти осязаемая торжественность.

Придворный Астролог и Глава Ведомства застыли по обе стороны от моего дубового кресла, напоминая двух нашкодивших псов. Я лениво сидел, откинувшись на расшитые бархатные подушки, и краем глаза наблюдал, как эти двое украдкой утирают несуществующий пот со своих подбородков. Моё присутствие всегда действовало на них усыпляюще-смертоносно.

Придворный Астролог взял слово первым. Дрожащими руками он протянул мне пергаментный свиток, скрепленный астрономическими схемами, где были выведены тщательно просчитанные даты:

— Ваше Высочество, согласно натальной карте и вычислениям этого старого слуги, шестнадцатый день восьмого месяца — время, когда Венера входит в королевское созвездие, а луна достигает своего абсолютного пика. Небо Остерии будет кристально чистым, а аспекты планет — благословенными. Это редчайшее небесное знамение, которое выпадает раз в десять лет, оно идеально подходит для венчания, подписания брачного контракта и...

Мои пальцы принялись размеренно, с тихим стуком постукивать по подлокотнику кресла. Я слегка приподнял бровь, прерывая его старческий лепет:

— Восьмой месяц? Через полгода? Вы предлагаете мне ждать до конца лета?

— Э-э.… — старик запнулся, его глаза панически забегали. Он судорожно сглотнул, спешно перелистнул страницу своего звёздного альманаха и затараторил: — Восьмой месяц — это, конечно, несколько... несколько поздно. У этого старого слуги есть ещё две карты! Девятый день пятого месяца также отмечен благословением Солнца и Юпитера.

Я даже не соизволил поднять на него взгляд, продолжая монотонно стучать пальцами по дереву. Старик, судорожно поправляя свою тяжёлую бархатную мантию, едва ли не перешёл на писк:

— Двенадцатый день пятого месяца... Дом Луны пересечёт знак Защитника, это тоже может подойти!

Тук. Тук.

Я тихо, гортанно рассмеялся. Мой смех, который придворные поэты Остерии любили называть «божественным», почему-то заставил этих двух государственных мужей одновременно втянуть головы в плечи.

Глава Дворцового Протокола сделал Астрологу многозначительный, отчаянный знак глазами. Старик наконец сообразил, к чему всё идёт, и трепетно выдавил:

— Возможно... восемнадцатый день следующего месяца? В этот день созвездие Девы благоволит чистоте союза...

Восемнадцатый день марта?

Я сделал быстрый мысленный расчёт в уме. Один месяц. Этого времени мне с лихвой хватит, чтобы окончательно зачистить столицу от остатков гнили, перемыть Алую Канцелярию от крови и подготовить дворец к торжеству.

Мои пальцы замерли. Постукивание прекратилось. Глава Ведомства тут же согнулся в глубоком поклоне, едва не касаясь лбом каменных плит:

— Этот слуга немедленно отправится готовить Брачные Грамоты и рассылать приглашения лордам! Завтра же утром весь свадебный церемониал будет представлен Вашему Высочеству на утверждение.

* * *

Маркус Август

Я медленно, намеренно затягивая движение, открыл сандаловую шкатулку. Внутри, на тёмно-синей бархатной подложке, тускло