Академия Эвейл. Вместе мы справимся - Анна Василевская Страница 48

Большинство студентов планировали разъехаться по домам после бала на новогодние праздники. Мне ехать было некуда. Я собиралась торчать все каникулы в зверинце, чтобы не чувствовать себя одиноко. Катрина звала меня в гости к себе в деревню. Но я знала, что они с Арием хотят сначала навестить семью Катрины, а потом семью Ария. Я буду лишней и там, и там, поэтому я мужественно отказалась.

Кроме того, Новый год был временем, когда я больше всего скучала по отцу. Раньше, в течении года он часто бывал в командировках, но всегда возвращался к празднику. И потому Новый год у меня ассоциировался с папой. И когда его не стало, приближение зимнего праздника отзывалось у меня болью в груди и чувством, что все непоправимо изменилось.

С таким настроением идти на бал не хотелось, но друзья не позволили бы мне про пустиль столь важное событие, как бал в академии.

Глава 46

Настроения для праздника было неподходящее — вокруг царила романтическая атмосфера, которая никак не вязалась с моим настроением. Никто из однокурсников не пригласил меня на бал, видимо, опасаясь моего непростого характера. И об этом я вроде бы не грустила. А тот, от кого бы я хотела получить приглашение вел себя скорее как добрый друг и наставник. Непонятно, можно ли исправить это и нужно ли?

Мы с Арием и Катриной зашли в праздничный зал и огляделись. Зал был украшен хвойными ветками, магическими огнями и разноцветными лентами. Катрина восхищенно охнула, даже Арий присвистнул. Я только подумала о том, когда можно будет уйти, не расстроив друзей.

Вдоль одной из стен расположились столы с угощениями: маленькие тарталетки, разноцветные пирожные и канапэ. Возле этих уже столов образовалась очередь — вечноголодные студенты, увидев такое богатство, набросились на угощения, как будто весь семестр жили на хлебе и воде.

— Вы добываете напитки, а я еду, — предложил разделиться Арий.

Мы с Катриной отошли к противоположной стене, вдоль которой ездил небольшой паровоз с вагончиками, заставлеными стаканами с разноцветными коктейлями. Они были настолько разными, что глаза разбегались — разноцветные, многослойные, с шариками и пузырьками. Я остановила свой выбор на кислотно зеленом с пузырьками, Катрина себе взяла трехслойный, с шариками и зефиркой сверху. Для Ария мы выбрали обычный красный, опасаясь, что он не оценит наших экспериментов. В итоге мой оказался сладковатым, и можно было бы сказать обычным, если бы не пузырьки, лопающиеся на языке кислым вкусом. Арий вернулся к нам потрепанный, но с целой тарелкой разных закусок. Вид у него был такой, как будто он добыл для нас в неравном бою тушу опасного зверя.

На небольшую сцену посреди зала вышел ректор и произнес речь, большую часть которой я пропустила, увлекшись закусками. А затем объявили полонез. Друзья оставили меня охранять их напитки и отправились танцевать. Вдвоем они смотрелись прекрасно: дерзкий и храбрый Арий и нежная скромная Катрина. Я так залюбовалась их танцем и не заметила как ко мне подошел Этьен. Он сегодня выглядел непривычно. Вместо защитной куртки и кожаных штанов, на нем была черная рубашка с воротником стоечкой. Волосы аккуратно убраны набок. И улыбка, такая чарующая и восхищенная?

— Прекрасно выглядишь, Аврора, — поприветствовал он меня.

— Да, вы тоже, — ляпнула я в ответ.

— Ты не танцуешь?

Мне стало неловко, как будто меня ткнули в то, что я недостаточно красива, чтобы кто-то пригласил на танец, поэтому я немного резковато ответила:

— Не люблю танцевать.

И по его изменившемуся лицу поняла, что это было приглашение, а не вопрос. Тут же стало стыдно и очень обидно, что я так испортила приглашение на танец от человека с которым была бы совсем не прочь потанцевать. Неловкое молчание повисло между нами, и я уже было думала, что Этьен сейчас извинится и уйдет, но он попытался снова завязать со мной вежливый разговор.

— Как тебе праздник?

Врать не хотелось, поэтому я честно призналась:

— Не люблю новый год… с тех пор как погиб мой отец.

Последнее я добавлять не хотела, оно вырвалось само, так тихо, что я надеялась, что месье Дюкре не расслышит. Но он услышал. Тень набежала на его лицо, да так и осталась там. Такая привычная тень. Сколько раз я видела его такое мрачное лицо, пока работала в зверинце — не сосчитать. Стало стыдно, что я испортила настроение Этьену и я попыталась исправиться:

— А вам как?

Он покачал головой.

— Я собирался вскоре вернуться в зверинец, сегодня моя очередь дежурить. В полночь будет салют и некоторые фамильяры боятся громких звуков. Ты могла бы помочь мне их успокоить.

Это было прекрасное предложение — сбежать с бала в зверинец! И только я могла закивать радостно в ответ.

— Да, прямо сейчас?

От моего напора и смены настроения Этьен улыбнулся.

— Ну если ты не хочешь остаться…

— Не хочу. Идем?

Глава 47

Перед уходом пришлось дождаться месье Дюкре, он куда-то испарился, а вернулся уже с большой сумкой через плечо, наполненной чем-то неизвестным

Сначала Этьен проводил меня до общежития, чтобы я сменила платье на более удобную одежду. По дороге я ловила себя на романтических мыслях. Вот я иду в красивой одежде рядом с парнем, который мне нравится. Это что-то значит или нет? Ответа у меня не было. Этьен молчал всю дорогу, о чем-то размышляя, и я не стала его тревожить. Было заметно, что его беспокоит какая-то мысль, жаль, что он не делится этим со мной. Наверное, не видит меня достаточно близкой для этого.

— Переодевайся и встретимся в ветлечебнице, — сказал он напоследок и двинулся в сторону общежития преподавателей.

Когда я пришла в зверинец, то первым делом заскочила к Энцо, поздоровалась с Ньюи и ее кладкой, подпитав малышей. Энцо я забрала с собой. В ветлечебнице Этьен уже кипятил чайник, на столе лежал листок бумаги с кличками фамильяров.

— Большинство фамильяров спокойно относятся к салюту, — начал он рассказывать, наливая мне чай в простую металлическую кружку, — но некоторые слишком чувствительны к звуку или свету, либо же пострадали в прошлом от взрывов или чего-то подобного. Вот список тех, кто плохо переносит салют. Мы соберем их в большой леваде. Там есть купол, который приглушит звуки и