Невеста безумного тирана: Спасти злодея. Книга 3 - Валентина Зайцева Страница 3

* * *

Евнух Северус

В семь утра над Восточным Дворцом сгустился зловещий, тяжёлый туман.

Приближалось время, когда Кронпринц должен был отправиться в Зал Солнечного Трона для утреннего придворного приветствия, но Даэн Рейн даже не думал приводить себя в порядок. Он спустился со своего роскошного ложа в совершенно растрёпанной одежде и, тяжело дыша от клокочущей внутри ярости, принимался с остервенением крушить всё вокруг. Дорогие фарфоровые вазы и изящные безделушки с грохотом летели в стены, разлетаясь на мелкие, звенящие осколки.

— Бесполезные! Все вы — жалкие, ничтожные трусы! — орал он, и его лицо буквально багровело от прилившего гнева. — Перепутать девку! Провалить чистокровное убийство! Сколько раз это повторяется?! Зачем мне кормить и держать при себе этот бесполезный мусор?!

Я стоял чуть поодаль, сохраняя на лице маску идеальной, леденящей покорности, пока вокруг толпами падали на колени перепуганные служанки и безмолвные евнухи. Но среди этой дрожащей от страха массы не было видно тех, кто действительно должен был держать ответ — личной гвардии тайных убийц Восточного Дворца.

— Где Теневой Раб?! — взревел Даэн, выплёвывая имя предводителя своих скрытых клинков. Его налитые кровью глаза безумно метались по зале, пока наконец не остановились на мне. — Северус! Пошёл и немедленно привёл его ко мне! Семейство Валериусов — это корень всех наших бед, они явно сговариваются с моим Седьмым братом. Их нельзя оставлять в живых, они должны быть стёрты в порошок!

Я плавно склонился в безупречном, глубоком поклоне, тщательно скрывая тонкую, едва заметную усмешку презрения. Этот напыщенный дурак даже не понимал, насколько жалко и слепо выглядит в своём бессильном гневе.

— Будет исполнено, Ваше Высочество, — тихо ответил я и плавно отступил в тень, покидая покои.

Признаться, я глубоко презирал необходимость исполнять капризы и бегать на побегушках у Даэна, чьё высокомерие значительно превышало его реальные умственные способности. Но в этот раз мой холодный, аналитический расчёт подсказал: случилось нечто из ряда вон выходящее. Теневые стражи были порождением истинной тьмы, они годами безропотно исполняли самые грязные, неописуемые злодеяния для Восточного Дворца. И это был первый случай за всю мою службу, когда предрассветный час уже миновал, а Теневой Раб так и не явился с ночным докладом.

Провалили задание и трусливо сбежали?

Я мысленно отмахнулся от этой глупой мысли. Мой разум подсказывал иное. Эти убийцы были верными смертниками, которых Даэн лично отбирал, воспитывал и содержал на огромные средства на протяжении десяти лет. Их верность была абсолютной, выжженной на самом сердце. За столько лет Даэн сумел удержать власть во многом благодаря этой единственной силе, подчинявшейся только его тайному слову. Он дорожил ими больше, чем кем-либо. Из-за одной осечки они бы не предали.

Квартал Теневой Стражи был надёжно спрятан у Ворот Сияния, граничащих с покоями Восточного Дворца — всего в четверти часа ходьбы.

Когда мои носилки опустились на землю, я неторопливо вышел и направился к массивным дверям убежища. Шаг за шагом меня окутывало странное, липкое предчувствие. Мой изощрённый ум мгновенно зафиксировал аномалию: главные ворота квартала были плотно заперты, снаружи не дежурило ни одного часового, но воздух... воздух был насквозь пропитан тяжёлым, удушливым и невыносимо густым запахом свежей крови.

Последний раз мне доводилось чувствовать столь концентрированный аромат смерти пять или шесть лет назад, во время безжалостной чистки старой знати.

Мой взгляд мгновенно потемнел. Я тонко просчитал риски и сделал едва заметный жест рукой, приказывая своим личным гвардейцам обнажить клинки и занять круговую оборону. Затем я решительно положил ладонь на холодное дерево и с силой толкнул створку вперёд.

Дверь пронзительно заскрипела, и с верхней поперечной балки на каменный пол тяжело, липко потекла тёмно-красная струя багрянца.

Я поднял глаза. Первые холодные лучи просыпающегося рассвета лениво прорезали полумрак галереи, выхватывая из темноты истинный кошмар.

Более восьмидесяти окровавленных трупов элитных теневых стражей ровными, аккуратными рядами висели под сводами длинного коридора. Когда лёгкий предрассветный ветер проносился между колоннами, все эти мертвецы одновременно, плавно покачивались, описывая в воздухе жуткие, безмолвные круги.

Десять лет кропотливого, маниакального труда Восточного Дворца, вся тайная армия, на которую безоговорочно уповал Даэн Рейн, была безжалостно, безупречно забита и вырезана под корень всего за одну-единственную ночь. И в этой зловещей, пугающей аккуратности слишком отчётливо угадывался почерк того самого «слабого» чудовища.

* * *

Элара Валериус

Я проснулась от едва слышного, мерного плеска воды.

Должно быть, благодаря обезболивающему и успокаивающему действию снадобья, которое Каллум дал мне накануне вечером, я не чувствовала былой слабости. Напротив, в голове царила непривычная, звенящая ясность, а силы постепенно возвращались к телу.

За окном уже вовсю разгорелся новый день, заливая комнату ярким светом. У деревянной стойки для умывания спиной ко мне стоял Каллум Рейн. Его торс был обнажён, а в длинных, бледных пальцах он неторопливо выжимал белоснежное хлопковое полотенце. Прохладная чистая вода с тихим журчанием струилась сквозь его холодные, тонкие фаланги. Он мыл руки так исступлённо и методично, словно его ладони были осквернены какой-то невидимой, въевшейся в кожу грязью. Когда он прилагал усилия, сухожилия на тыльной стороне кистей и рельефные мышцы плеч натягивались, напоминая безупречную скульптуру, высеченную из леденящего нефрита. Его чёрные как смоль волосы были распущены, и от них исходил едва уловимый шлейф предрассветной влаги.

В этот момент меня пронзило внезапное осознание: за последние полгода Каллум перестал быть тем худым, измождённым парнем, которого я когда-то подобрала в грязи. Его тело обрело зрелую, сокрушительную силу из моей прошлой жизни. Каждая линия его мышц теперь дышала скрытой мощью, готовой в любой миг вырваться наружу смертоносным вихрем.

Неужели он только что вернулся со своего ночного побоища?

Пока я терялась в догадках, Каллум насухо вытер руки и небрежно набросил на плечи одеяние, снятое с деревянной вешалки. Это снова были белоснежные шелка, но скроенные немного иначе, чем те, что были на нём ночью.

— Вейн, — позвала я, приподнимаясь на постели. Мой голос после долгого сна звучал слегка хрипло, но мягко. — Ты совсем не спал этой ночью? Куда ты уходил?

Каллум неторопливо затянул пояс на талии, выжал ещё одно чистое полотенце своими побелевшими от ледяной воды пальцами и подошёл к креслу у кровати. Вальяжно закинув ногу на ногу, он ровным, безмятежным тоном произнёс: — Зажигал лампы.

Я растерянно моргнула.

— Лампы?

— Я зажёг больше ста штук. Неописуемая красота, — он вкрадчиво, тихо усмехнулся и без лишних слов опустил прохладную влажную ткань прямо на моё заспанное