Лекарь из Пустоты. Книга 12 - Александр Майерс Страница 9

Российская империя, город Новосибирск, особняк рода Серебровых

За обедом я неспешно просматривал новостные ленты. И, признаться, увиденное доставляло мне немалое удовольствие.

История с Вяземским гремела на весь город. Заголовки один за другим сменяли друг друга, и все они были для Игоря Николаевича приговором. «Граф Вяземский причастен к покупке запрещённых эликсиров?», «Что скрывает кандидат в князья?», и всё в таком духе.

Всё сработало именно так, как я и рассчитывал.

Вяземский сам поднял тревогу, обзвонил десятки влиятельных родов, заявляя о трагедии. А когда выяснилось, что все дети живы и здоровы, он оказался в положении, из которого выхода уже не было.

Родители детей из гимназии Столетова были в ярости. Одно дело — обычные предвыборные интриги, и совсем другое — когда некий граф звонит тебе и заявляет, что твой ребёнок отравлен. А потом ещё и выясняется, что люди этого самого графа покупали яд.

Такое не прощают.

Вяземский теперь мог навсегда забыть о княжеском кресле. Человека, которого подозревают в попытке массового отравления детей, не изберёт никто. Даже если он каким-то чудом отвертится от прямых обвинений, пятно на его репутации останется до конца дней.

Получи, ублюдок! Ты хотел использовать меня, мою репутацию и моё чувство справедливости как оружие… А в итоге стал жертвой собственной интриги.

Правда, расслабляться пока что рано. Даже если Вяземский окончательно выбыл из гонки, борьба за княжеский престол ещё не закончилась. Но одним опасным игроком на доске стало меньше, и это хорошо.

Я закончил с обедом и отложил телефон. Хватит любоваться чужим падением. У меня есть дела поважнее.

В столовую как раз зашёл Дмитрий. Увидев меня, он улыбнулся, подошёл и обнял меня.

— Привет, Юра. Слышал уже про Вяземского?

— Ещё бы. Печальная история. Кто бы мог подумать, что уважаемый граф окажется таким подлецом, — вздохнул я.

Он хмыкнул, прекрасно понимая, что за этой «печальной историей» стою я. Мы не обсуждали подобные вещи вслух — Дмитрий предпочитал держаться подальше от интриг. Он фокусировался на благосостоянии рода, а вопросами безопасности занимались я и Шрам.

— Печальная, да, — с лёгкой иронией согласился Дмитрий. — Ну да ладно. Давай о делах. Как раз хотел с тобой кое-что обсудить.

— И я хотел. Давай обсудим, — я жестом попросил слуг выйти, и мы остались вдвоём.

За то время, что Дмитрий управлял «Аргентумом» и остальными нашими новосибирскими проектами, я успел оценить его хватку. Дмитрий, к сожалению, оставался слабым целителем, но оказался неплохим управленцем. Он взял на себя ответственность за большинство ежедневных задач — всё то, на что у меня самого не хватало времени.

— Для начала — хорошие новости с фабрики в Кемерово, — начал он. — «Эталон» полностью освоил все наши инвестиции и вышел на максимальную мощность. Григорий Павлович просил тебя позвонить, у него есть что обсудить по расширению.

Я кивнул. Барон Сомов, владелец фабрики «Эталон», был одним из наших ключевых партнёров. Его предприятие производило стеклотару и лабораторное стекло — а поскольку наш род стал совладельцами фабрики, то мы могли не зависеть от прочих поставщиков. В своё время я вложил в фабрику приличные средства, и вложение это себя полностью оправдывало.

— Позвоню. А что по остальным проектам? — спросил я.

Дмитрий принялся неторопливо перечислять. Клиника расширялась, поток пациентов рос, городок для работников на старых землях уже превратился в полноценный посёлок. Там построили пару магазинов, детский сад, школу, спортивный зал с бассейном и парк. Люди были довольны, особенно учитывая, что мы продавали работникам дома с рассрочкой и без всяких процентов. Взамен получали такую лояльность, о которой большинство других родов могли только мечтать.

Производство эликсиров вышло на новые объёмы. Малый цех на старых землях, городской цех, доставшийся нам в своё время от Караева и «Аргентум» — вместе они производили более чем достаточно продукции. Все наши эликсиры, от «Бодреца» и всех его линеек до стратегических «Бойца» и «Импульса», поставлялись без перебоев. Инвестиции короны сыграли в этом определённую роль.

Я ещё раз убедился, что мы прочно закрепились на рынке эликсиров Российской империи, и с каждым месяцем позиции рода Серебровых становились всё устойчивее.

— В общем, растём, Юра, — подытожил Дмитрий, поправляя очки. — И растём быстро. Порой даже не верится, как многого ты добился за такой короткий срок.

— Мы добились. Один бы я не справился, — поправил я его.

Дмитрий улыбнулся, и в глазах его мелькнула отцовская гордость.

Мы обсудили ещё кое-что, а затем я поднялся к себе в кабинет и набрал номер барона Сомова.

— Юрий Дмитриевич! Рад вас слышать. Читал утренние новости — весёлые времена нынче в Новосибирске, скажу я вам, — он коротко рассмеялся.

— И не говорите, Григорий Павлович, — усмехнулся я. — Отец передал, что вы хотели обсудить расширение.

— Именно так! — оживился барон. — Дело в том, Юрий Дмитриевич, что скоро мы перестанем справляться с объёмами заказов. Производство ваших эликсиров растёт, клиник в «Ренессанс-Союзе» становится всё больше, да и другие клиенты подтягиваются. Спрос на нашу продукцию за последние месяцы вырос едва ли не вдвое.

— И что вы предлагаете?

— Построить новый цех. Закупить современное оборудование, нанять людей. Я тут всё просчитал — если вложиться сейчас, через год мы сможем удвоить, а то и утроить выпуск продукции. Но для этого нужны инвестиции. Само собой, я тоже готов вложиться, — ответил Сомов.

Я задумался на пару секунд. Предложение было разумным. Стеклотара и лабораторная посуда — это фундамент, на котором держалось всё моё целительское производство.

— Мне нравится ход ваших мыслей, Григорий Павлович. Поручите своим людям составить подробный бизнес-план: сколько нужно средств, какие сроки, какая ожидаемая отдача. Пришлите Дмитрию Игоревичу, он всё изучит и передаст мне со своими замечаниями. Если цифры сойдутся, я готов вложиться в расширение «Эталона», — произнёс я.

— Вот это деловой разговор! — обрадовался барон. — Вы не пожалеете, Юрий Дмитриевич. Мы вас никогда не подводили и впредь не подведём. К вечеру пришлю все расчёты.

— Договорились. И вот ещё что. Заложите в план возможность производить стекло особой чистоты — для самых тонких эликсиров. У нашего секретного отдела есть пара разработок в процессе, где обычная тара не подходит, стекло вступает в реакцию с составом.

— Сделаем, — без колебаний ответил Сомов.

Мы попрощались,