Человек который чинил ВСЕЛЕННУЮ изолентой - Эльмира Шабурова Страница 4

— Тысяча кредитов?! — взвизгивает Тютя. — Да у меня штаны стоят дороже! То есть… неважно. У меня нет тысячи!

— Тогда камень преткновения остается прежним, — развел руками Зикс. — Без оплаты тайна мироздания останется закрытой для вас. Такова суровая экономика астральных планов.

Юрий Гагарин отвлекся от пепельницы. Он подошел к столу, оперся на него ладонями и посмотрел прямо в фасеточные глаза торговца.

— Мужик, — сказал космонавт просто. — Давай без лирики. Какой смысл продавать судьбу тому, кому она не предначертана? Логическая ошибка. Предлагаю сделку попроще. Играем в «камень, ножницы, бумагу». Три раунда. Выигрываешь ты — мы отдаем тебе этот кристалл, — он показал мерцающий оракул. — Выиграю я — ты рисуешь нам карту секретного маршрута. Чисто, честно, без посредников.

В шатре повисла тишина. Было слышно, как снаружи кто-то рекламирует мазь от ржавчины для титановых костей.

Торговец Зикс замер. Его кассовый аппарат издал растерянный звук «Кхр-р-зынь».

— Простой механический жребий? — прошипел он. — Азартная игра? Древние заветы запрещают торговать фортуной тем, кто полагается на слепой случай…

— Брось, — добродушно усмехнулся Гагарин. — Камень тупит ножницы, ножницы режут бумагу, бумага накрывает камень. Элементарная топология. Разве твои великие манускрипты не предсказывали нашу встречу? Значит, и исход игры уже вписан в звезды. Для тебя это вообще беспроигрышная сделка: либо ты получаешь артефакт, либо выполняешь свою работу. Ну так что, трепещущий перед роком? Страшно довериться математике пальцев?

Это был удар ниже пояса. Профессионального шарлатана назвали трусом, сомневающимся в собственной мистике. Лицо Зикса пошло багровыми пятнами. Маркетинг победил здравый смысл.

— Хорошо, землянин! — прорычал он, выставляя вперед свои суставчатые пальцы. — Узри же силу моего Фатума! До трех побед. Начнем!

(Камера Тюти максимально приближается к рукам игроков. Инспектор дышит тяжело, готовясь зафиксировать исторический момент мошенничества).

Раунд первый.

На счет «Три!» Гагарин выбрасывает открытую ладонь — Бумага.

Зикс со скоростью атакующей кобры показывает два пальца — Ножницы.

Щупальца торговца торжествующе извиваются.

— Ха! Ножницы режут твою жалкую бумажку! — хохочет Зикс. — Первое очко Великому Провидцу! Видишь, смертный, звезды сказали мне!

— Звезды сказали, что у тебя большой палец дернулся раньше времени, — невозмутимо ответил Юра, растирая ладони. — Еще разок.

Раунд второй.

— Три!

Гагарин сжимает кулак — Камень.

Зикс резко бросает раскрытую пятерню — Бумага.

— Ага! Бумага накрывает твой грубый камень! Два-ноль! — визжит провидец. — Чувствуешь холод неизбежности, космонавт? Это конец твоей кредитной линии!

— Это вентиляция плохо работает, — качает головой Гагарин. — Решающий раунд. Играем по-взрослому.

Тютя зажмурился. Он знал эти правила. Шансов нет. Сейчас Зикс заберет единственный в галактике рабочий предсказатель будущего, им отключат искусственную гравитацию за неуплату, и они будут вечно дрейфовать в облаках Венеры, пока их не склюют электрические чайки.

Раунд третий.

— Ри-и-и-и-и-и-и-из!

Гагарин делает молниеносное движение кистью. Кулак. Твердый, уверенный Камень.

Торговец Зикс ухмыляется во все сорок своих зубов. Он плавно, театрально раскрывает пальцы. Его рука превращается в классический жест Ножницы. Победа почти в кармане. Щупальца уже тянутся к лежащему на столе оракулу.

Но в последнюю миллисекунду происходит нечто странное. Средний и указательный пальцы торговца внезапно сводит судорогой. Суставы хрустят. Пальцы самопроизвольно сгибаются, перекрещиваются и смыкаются в плотный, тяжелый кулак.

Два камня встретились над столом.

Ничья.

Правила внезапной смерти подразумевали четвертый раунд. Но Зикс сидел неподвижно. Его фасеточные глаза смотрели в одну точку. Кассовый аппарат в груди издал жалобный писк и выплюнул чек с надписью «Ошибка системы: Парадокс».

— Что это было? — просипел торговец. — Я хотел показать ножницы. Я всегда показываю ножницы против новичков! Это моя стратегия, одобренная Высшей Палатой Мер и Весов Преисподней! Почему мои пальцы сложились в камень?!

Юрий спокойно разжал кулак.

— Сухожилие, — пояснил он. — Старая травма. Когда спускался на парашюте после орбитального полета, защемило нерв при резком торможении. Теперь иногда, когда волнуюсь или делаю резкое движение, пальцы сами в кулак идут. Профессиональная деформация.

Он наклонился через стол к побелевшему лицу Зикса.

— Видишь ли, товарищ коммерсант. Ты спрашивал, чувствую ли я холод неизбежности? Нет. Я чувствую биомеханику. Никакой мистики. Просто твоя жадность заставила тебя играть слишком азартно, мышцы перенапряглись, моторика сработала по рефлексу. Рефлекс толкнул руку в дефолтное положение.

Гагарин выпрямился и потянулся.

— Значит, так было предначертано, — вдруг тихо добавил торговец. Голос его потерял всю громкость и стал похож на шелест старых газет. — Линии судьбы пересеклись. Мой проигрыш был записан в книге времен еще до рождения первого атома. Я лишь перо в руках космоса…

Юрий удовлетворенно кивнул. Словно услышал подтверждение своей любимой теоремы.

— Ну вот, — сказал он Тюте, хлопая инспектора по плечу так, что у того клацнули зубы. — А ты боялся. Видишь, судьба — это просто когда ты вовремя сыграл правильно. Или когда у оппонента защемило спину. Несем карту.

Тютя смотрел то на блаженное лицо Гагарина, то на полностью раздавленного, философски смирившегося с банкротством торговца. Зикс дрожащими щупальцами вытащил из-под стола рулон дешевого пергамента, поставил печать «ОПЛАЧЕНО СУДЬБОЙ» и протянул космонавту.

Когда они вышли из шатра обратно в шум рынка, Тютя остановился. Он перевел камеру на свое лицо. Взгляд инспектора был пуст.

— Запись… четыре-двенадцать-дробь-десять, — монотонно произнес он. — Промежуточный итог экспедиции. Мистика на Венере мертва. Окончательно и бесповоротно. Ее убили конкуренция, инфляция и плохая растяжка сухожилий.

Он помолчал, глядя, как мимо пролетает рекламный аэростат с надписью «Купи свою смерть заранее! Скидки пенсионерам!».

— Знаешь, Юра, — очень тихо продолжил Тютя, выключив официальный тон диктора. — Этот гад ведь прав. Он проиграл нам карту, потому что твои старые кости сыграли за него. Но он обставил это так красиво… Он превратил свою биологическую поломку в акт божественной воли. Он продал нам наше собственное спасение под видом подарка небес.

Тютя похлопал себя по нагрудному карману, где теперь лежал бесполезный квантовый оракул.

— На Венере не предсказывают будущее, — выдохнул инспектор, и в его глазах впервые за долгое время