Бессердечный охотник - Кристен Чиккарелли Страница 65

Гидеон кивнул:

– Это правда.

– У тебя есть версии? – спросил Алекс и окинул быстрым взглядом Ноя, сбросившего карты.

– Некоторые. Мы еще ведем расследование.

Алекс вскрылся – каре. Остальные игроки, увидев это, тоже сбросили карты, признав поражение.

– Руна была потрясена случившимся, – продолжал Алекс, забирая выигранную сумму.

Ной взял колоду и принялся перемешивать. Остальные делали ставки – бросали еще монеты в центр стола.

«И когда, интересно знать, ты видел Руну?» – подумал Гидеон и пристально оглядел младшего брата. Не прошло и суток.

– Газета «Нью Геральд» писала, что гражданка Уинтерс осталась жива только благодаря вам, – произнес молодой человек, имени которого Гидеон не помнил. – Говорят, вы зашли прямо в пламя колдовского огня и вынесли ее.

Вспоминать тот момент, когда Руна исчезла в клубах дыма и огня, было неприятно, кровь будоражил страх, что он мог тогда опоздать.

– Охота на ведьм – моя работа, – произнес Гидеон, надеясь на этом закрыть тему. – Я хорошо разбираюсь в магии.

– Это был Багровый Мотылек?

Нет, они не поняли намека и будут расспрашивать дальше, потому Гидеон, в надежде покончить со всем, поскорее рассказал о событиях прошлого вечера. Друзья Алекса слушали, вытаращив глаза, жадно поглощая каждое слово. Между тем они продолжали метать карты, как и делать ставки, так что кошелек Гидеона быстро опустел.

В азартных играх ему не везло.

– А я рад, что есть такие люди, как Гидеон, которые делают за нас грязную работу. – Фраза принадлежала Барту, который, кстати, выиграл раздачу, выложив фулл-хаус. – Кто из вас способен вообразить себя в такой роли? Ежедневно подвергаться такой опасности? – Он пожал плечами. – Неудивительно, что девушкам он нравится.

Гидеон едва не рассмеялся и задался вопросом, что бы на это ответили Харроу и Лейла.

– Кстати, о девушках, которым нравится Гидеон, – вступил в разговор Ной и сделал глоток из стакана. – Что скажешь о мисс Уинтерс? Ее репутация оправдана?

Если позволить себе раздражение в голосе, Ной сразу это заметит.

Гидеон не отрывал взгляда от карт.

– Не уверен, что понимаю, о чем ты, – произнес он в ответ.

Ввязываться в словесную перепалку с сыном Доброго командира совсем не хотелось, потому Гидеон постарался уйти от ответа.

– Ты точно понимаешь, что я имею в виду, – настаивал Ной, будто решил во что бы то ни стало проверить, до какого предела может дойти. – Руна Уинтерс – известная светская кокетка. Каждую неделю у нее новый поклонник.

Гидеон понимал, что должен сдержаться, но поддался на провокацию. Заглотил наживку, но лишь на дюйм.

– Не знай я тебя так хорошо, мог бы решить, что ты ревнуешь.

– Ревную? – Ной усмехнулся. – Если слухи правдивы, она распутна, как настоящая шлюха.

Гидеон успел лишь приподняться с места, как раздался удар кулака по столу.

Он перевел взгляд на брата и увидел, что тот смотрит на Ноя, как лев на гиену.

– Еще раз позволишь себе подобное высказывание, и я укажу тебе на дверь.

Ной скривился:

– Это же шутка, Алекс.

– В адрес Руны я не потерплю подобных шуток.

Ной изо всех сил сжал карты, даже пальцы побелели. Игра продолжилась в угнетающей тишине.

– Что ж, было весьма приятно провести время в вашей компании, – произнес Гидеон, делая попытку встать. Надо убираться отсюда, пока он случайно не врезал кому-нибудь по физиономии. – У меня закончились средства.

Не желая давать повод для паники и сплетен, Гидеон решил, что оставит у слуги записку для Алекса и сообщит о возвращении Крессиды.

– Может, еще один раунд? – предложил Алекс.

Гидеон вытянул кошелек и перевернул его вверх дном, доказывая, что не лжет.

– Наверняка у тебя есть еще что-то, что можно поставить на кон.

– Я, например, однажды проиграл шелковый носовой платок.

Пока Гидеон размышлял, что ответить, Алекс произнес:

– Проверь карманы.

Гидеон вскинул бровь, но последовал совету. Порывшись, вытащил все содержимое: складной нож, скомканное послание от Харроу по поводу встречи завтрашним вечером и жетон для доступа в тюрьму, необходимый для доставки ведьм через седьмые врата.

– Вот, – Алекс указал на жетон. – Это подойдет.

Гидеон покачал головой:

– Это не деньги. – Потому не ценно для собравшихся за столом господ. – Вам он не нужен.

– Это же серебро, верно? Его можно переплавить.

– Без него я не попаду в тюрьму. – Гидеон уже принялся убирать вещи обратно.

– Можно получить новый. К тому же стражи в тюрьме наверняка знают тебя в лицо.

– Конечно, вот только…

– Прошу, еще один раунд. – Алекс, похоже, действительно хотел, чтобы брат остался. – Ради меня.

Гидеон вспомнил их бой на боксерском ринге. Вспомнил, как Руна разделась перед ним донага и вошла в море. Как он целовал ее в саду, хотя знал о чувствах к ней Алекса. Тогда ее руки и губы были требовательными и настойчивыми. А потом он поцеловал ее еще раз у дворца.

Чувство стыда обожгло изнутри.

Гидеон сел.

– Последняя игра, – сказал он, бросая жетон в горку монет на столе, – и я ухожу.

Через пятнадцать минут он проиграл и этот раунд. А вместе с ним лишился возможности попасть в тюрьму.

– Я провожу тебя. – Алекс подхватил монету и убрал в карман.

Под звуки дождя, барабанящего в окна, братья вышли из гостиной в коридор и направились к выходу.

– Я должен кое-что тебе сообщить, – произнес Гидеон. Сердце сдавило от затхлого аромата роз. – Но попрошу, чтобы это оставалось между нами, пока я не соберу дополнительные сведения.

Алекс окинул его взглядом:

– Что-то случилось?

– На ужине знаменитостей была Крессида Роузблад. От ее заклинания начался пожар, едва не уничтоживший Руну.

Алекс замедлил шаг. Гидеон обернулся и увидел, что лицо брата сделалось мертвецки белым.

– Это точно?

– Мы нашли под столом ее магический знак.

– Руна знает?

Гидеон покачал головой.

– Я еще ей не сказал.

– Разве не следовало сразу это сделать? Если Крессида…

– Я уверен, Руна и без того осознает, что она в опасности, но ты прав, я должен ей сообщить. У меня не было возможности.

– Я сам ей скажу. – Длинными пальцами пианиста Алекс взъерошил волосы и зашагал быстрее. Лицо его было растерянным, будто он все еще пытался осознать услышанное. – Утром я сразу поеду в Уинтерси.

– Вот и хорошо, – кивнул Гидеон.

Они дошли до выхода из особняка. Алекс распахнул дверь, а Гидеон надел плащ.

Струи воды лились на каменные плиты пола. Солнце давно зашло, и деревья вдоль аллеи казались черными.

Прежде чем выйти под дождь, Гидеон повернулся к брату и задал вопрос, который обжег легкие: