Околдованная чаем - Эми Пинто Страница 43

на миг отвлеклась, поправляя свою брошь в виде бабочки. Мика сглотнула, быстро проведя пальцем по гладкому шару. В стекле появился мотылёк, взмахнул крылышками и пропал. Сообщение отправлено. Помощь на подходе. Миг – и сюда явится профессор Марипоза со своей молью. Она придёт, и всё встанет на свои места.

– Мне не нужна ваша помощь, – Мика перевела дух, но всё равно её голос звучал слабо и неуверенно. – То, что вы делаете – неправильно. И на этот раз вам не победить.

– Ох, батюшки, – улыбнулась Ведьма. – Милая Мика, мне кажется, ты кое о чём забыла. Я к этому готова. Я так и знала, что ты скажешь «нет». Поначалу.

– Что это значит? – спросила Мика, не спуская глаз с окна.

В любую секунду могла появиться Марипоза со своими маленькими друзьями. В любую секунду всё исправится – точно так же, как моль помогла Персивалю и открыла дверь в чайный домик за секунду до того, как их настигло пугало. Но просто на всякий случай… Мика тайком полезла в карман и повторила отправку, чувствуя под рукой бумагу Персиваля и ручку из библиотеки специй.

Мика застыла: что-то пискнуло в складках мантии у Ведьмы. Её улыбка стала такой широкой, что превратилась в оскал. Аккуратные локоны завились и спутались, встали дыбом. И внезапно всякая надежда на освобождение улетучилась, стоило Мике увидеть преображение Чайной Ведьмы.

– В чём дело? – поинтересовалась Марипоза. – Ты мне не рада?

Глава 26. Спасение в рубиново-алых тонах

К Мике устремились сотни мелких теней, облекая в кокон из сухих крылышек, тонких мохнатых лапок и усиков, от которых кожа пошла мурашками. И как бы она ни отмахивалась, ничего не могла поделать, их оказалось слишком много.

Чайная Ведьма и была Марипозой. Теперь всё стало ясно. Вот почему Персиваль составил свой список правил поединка как раз тогда, когда у Мики с Эмери стали налаживаться отношения.

Мика не выдержала. Покрытая противными крылышками, исколотая тонкими лапками, она взмолилась:

– Пожалуйста, перестаньте! Отпустите меня!

Вот почему Мику усадили между Персивалем и Эмери, а потом отправили работать на поле, хотя они не выносили друг друга.

Всё время Марипоза подталкивала её к этому моменту. Отдаляла от друзей, убеждала в беспомощности. У Мики широко распахнулись глаза от очередной догадки.

– Аклхак! – прохрипела она сквозь слой моли, становившийся всё толще. Над нею в подвешенном к потолку чайнике трясся Весельчак. – Вы сказали, что у Аклхака пропадают ученики!

– Ах, ну конечно, – хихикнула Марипоза, – я порой забываю, что ты знакома с этой сорвиголовой, директрисиной дочкой. Я так удачно провалила тебя на вступительном экзамене, а ты непонятно как умудрилась освободить её душу. Хорошо хоть я успела поймать её обратно, прежде чем к ней вернулась память.

Джун. С лица Мики сбежали все краски. Джун была пугалом в клетчатой рубашке. Мика захотела убежать, она изо всех сил молотила ногами, но не двигалась с места.

Это Джун была тем пугалом, которое гналось за ними по золотому полю. Мика снова попыталась смахнуть моль, но руки запутались в сухих крылышках.

И после всего, после всего, через что Джун сумела пройти, Мика сама поймала Джун в чайном домике с этим зеркалом – порталом, доставившим её прямо к Марипозе. Мика из последних сил посмотрела вверх – встретившись глазами с Весельчаком – и сунула пальцы в карман передника. Что-то упало на пол, но из-за плотного роя моли она ничего не увидела.

Всё заполонил голос Марипозы.

– Когда-то мы были неразлучны – троица юных волшебников. Но мы никогда не дружили. Аклхак – тот даже смотреть не желал на свой семейный рецепт. А Джун… ей лишь бы веселиться! Они не заслужили свои таланты. Они не знали, как их использовать. А вот я знала. Я украла их рецепты – и ты, похоже, нашла мой старый передник, – Мика зажмурилась, чтобы отгородиться от жутких слов и от моли, но Марипоза продолжала: – Рецепт Джун исцеляющий – кому он нужен? Зато рецепт бхуты Аклхака…

Голос Марипозы вился вокруг неё. Она уже догадалась, что сделала Марипоза с чаем для бхуты: результаты стояли неподалёку, на золотом поле.

– Моя моль ест жуков, которые едят чайные кусты, а я ем конкурентов, – продолжила Марипоза с ухмылкой. – Поверь мне, Мика, я помогаю тебе. Тебе не нужны эти неудачники там, на поле. Ты победитель, как и я. Мы должны быть партнёрами.

«Ты победитель, как и я». В памяти у Мики всплыли слова, написанные на Вечном чайнике: «Высока цена победы». Да уж, если это и есть величие – Мике оно не нужно. Она поищет другую цель в жизни.

– Я никогда не стану у вас учиться, – выдохнула Мика.

Но что бы ни говорила Мика, она понимала, что это не поможет. Марипоза – то есть Чайная Ведьма – добьётся своего. Она заточит её в этих стенах и сделает из неё ученицу. Все эти серые передники останутся пугалами. Джун, Персиваль и Эмери сгинут навсегда. Если только…

Мика захлопала ресницами, чтобы проморгаться от блеска и настырной моли.

От блеска? Мика икнула. Секундой позже засиял весь воздух, а моль вокруг неё стала превращаться в бабочек: их розовые крылышки расправлялись, словно чаинки в горячей воде.

– Это ещё что?! – заверещала Марипоза. Оставшаяся моль ринулась наутёк. – Назад, все ко мне!

Но бабочки не слушались. Хижина затряслась так, что Мику кинуло на пол, а из раковины вырвалось новое сияющее облако. Это правда случилось?

– Ай! – пискнула Марипоза, когда последние бабочки ринулись прочь из её причёски вместе с заколками и прядями волос. – В чём дело?

Мика вытерла рот рукавом и встала на ноги.

– Я вызываю вас на поединок, – пропыхтела она. – Я вызываю вас на чайный поединок.

– На поединок? На поединок? – у Марипозы затряслись плечи, и внезапно она оказалась с Микой нос к носу. Ей кудри щекотали лоб Мики, а из хищно изогнутого рта разило корицей. – Ты решила, что можешь выиграть у меня чайный поединок?

Мика с трудом сглотнула, изо всех сил стараясь совладать со страхом, грозившим растопить колени и лишить последних сил.

– Нет, мне никогда не выиграть. Вы слишком сильны.

Марипоза медленно выпрямилась с крайне самодовольным видом. Мика сжала кулаки и заставила себя сделать шаг вперёд.

– Но именно поэтому я обратилась за помощью. Понимаете, Весельчак убежал в школу и бросил мой вызов в чайник, – продолжала она. Мика сделала ещё шаг вперёд. – И конечно, ученикам не разрешается вызывать преподавателей. Это запрещено правилами. Потому что, если ученик бросает вызов учителю, Вечный чайник… – Мика свела руки и широко развела их снова, – так закипает, что об этом узнаёт вся школа.

– Ну и что? – Марипоза презрительно раздула ноздри.

Последние бабочки упорхнули в широко распахнувшуюся дверь. Мика, злорадно улыбаясь, шепнула так тихо, что Марипоза едва расслышала:

– Бабах!

На пороге