Околдованная чаем - Эми Пинто Страница 40

Он содрогнулся. Пугало быстро двинулось через поле. Рукоятка метлы легко втыкалась в мягкую землю, а углы уродливого рта изогнулись в жуткой ухмылке.

– Никуда мы не побежим, – отчеканила Мика. Она скрипнула зубами и упёрлась ногами в землю. – Мы должны его поймать, помнишь? – она посмотрела на Персиваля.

– Ой, да ладно, – Персиваль замотал головой. – Я точно помню, что отказался в этом участвовать, – тем временем пугало совершило длинный прыжок и оказалось на гравиевой дорожке. Персиваль сдавленно пискнул и выпалил: – Ладно-ладно, я помогу! Что мне делать?

Мика кивнула, стараясь не обращать внимания на то, как её трясёт от страха.

– Попроси ворона его отвлечь!

Персиваль взглянул на соломенную крышу. Но ворон уже не сидел на крыше.

Едва Мика сказала последние слова, он взмыл в воздух и понёсся навстречу пугалу. Его карканье эхом перекатывалось над чайными полями, пока ворон описывал круги над пугалом. Тыквенная башка дёрнулась вверх, и пламя в глазах загорелось ещё ярче. У Мики едва не остановилось сердце.

И медленно, но неуклонно пугало потащилось за вороном.

– Глупость какая, – пробормотал Персиваль. – Он как будто послушался тебя, – у него вырвался долгий вздох. – И что дальше?

Мика подняла с земли лопату и сунула Персивалю:

– Давай, взломай дверь до конца!

Ворон тем временем принялся пикировать на пугало, и во все стороны полетели солома и перья. Но это подействовало ненадолго. Пугало снова сменило курс. И очень скоро двинулось к ним, не спуская яростно пылающих глаз. А дверь чайного домика не желала поддаваться.

Персиваль стиснул зубы и сунул лопату под косяк.

– Не получается! Не иначе как на двери чайное заклятье! Поверь, я уже не первый раз пытаюсь!

– Ага, значит, ты давно хотел сюда залезть! – Мика оттолкнула его в сторону и принялась трясти дверную ручку. Конечно, она не поддалась.

– Это сейчас так важно? – Персиваль нервно оглядывался. – Я просто хотел попытаться снова пройти чайную церемонию. Ничего такого.

Мика почувствовала, как в воздухе запахло тыквой. Пугало уже подобралось совсем близко. Времени больше не оставалось. Мика что было сил налегла на ручку. От натуги она покраснела, ожерелье из специй раскачивалось на шее.

– Ничего не понимаю. Зачем тебе чайная церемония? – пропыхтела она. Судя по всему, ворон Персиваля выбивался из сил, отвлекая пугало. – У тебя уже есть золотой передник! Если кому и надо пройти церемонию снова, так это мне!

Персиваль дёрнул себя за волосы, оглянулся и окончательно потерял выдержку. Но Мика не могла позволить себе оглянуться. Им надо во что бы то ни стало открыть эту дверь!

Персиваль встал рядом и тоже схватился за ручку.

– Я кое о чём тебе не говорил, – выкрикнул он. Прокашлялся и продолжил: – У меня не золотой – у меня серый передник!

Глава 24. Золотые поля

У Мики отвисла челюсть:

– Чего?

Она не ослышалась? Он сказал именно то, что сказал?

Персиваль глубоко вдохнул:

– На счёт три? Раз, два, три!

Они вместе что было сил тянули и тащили дверную ручку. Она скрипела, но не поддавалась. А шелестящие шаги – то вышагивала по мягкой земле ручка от метлы – слышались очень близко. Слишком близко.

За спиной ворон каркнул последний раз и сел на соломенную крышу. Это означало, что между ними и пугалом больше ничего не осталось. Персиваль стиснул зубы.

– Я провёл церемонию и здорово облажался, – пропыхтел он. – И тут будда протягивает мне через зеркало передник, смотрит в глаза и желает удачи среди серых. Вот только он дал мне не серый, а золотой передник!

– Как это? – поразилась Мика.

Пугало ускорилось. Солома так и полетела во все стороны. Ручка повернулась ещё немного. Но дверь не открывалась. Мика громко сглотнула.

– У нас в семье принято, чтобы каждый заслужил фамильный рецепт – разгадал его своим умом. У меня пять братьев и три сестры – и все с этим справились! Кроме меня, – Персиваль покачал головой. – Даже соплячка Пенни, а ей всего-то четыре года!

– Но как же тогда твои вороны? Ты же понимаешь птичий язык! – недоумевала Мика. – Ты должен знать фамильный рецепт!

– Дрессированные птицы из циркового шоу моего дяди – сплошное надувательство, – выкрикнул Персиваль. – Я знаю, что должен был что-то сказать, но не смог. И будда так пялился на меня, как будто тоже это знал, но он тоже ничего не сказал! А золотой передник – вот он, передо мной, ну я и взял. А потом стало поздно!

Пугало распахнуло пасть, и наружу хлынуло содержимое тыквы. У Мики зашумело в ушах. В отчаянии она сунула руку в передник и выхватила хрустальный шар. Им самим не справиться. Им нужна помощь. Ей нужна помощь.

Мика закричала. И тут дверная ручка развалилась, обратившись прямо у неё в пальцах облачком сухих крыльев. На выручку явились моли Марипозы. Дверь чайного домика распахнулась, заставив Мику отскочить. Она споткнулась и шумно плюхнулась на землю: как раз вовремя, чтобы увидеть, как пугало скрылось внутри.

Персиваль тут же оказался рядом и захлопнул дверь.

Едва дыша и вздрагивая от страха, он сполз по стене вниз.

– Не думал, что у нас получится, – прошептал он.

Мика, медленно приходя в себя, посмотрела на Персиваля: весь взъерошенный, дорогая рубашка вся в пятнах и трухе. Честно говоря, она тоже не думала, что у них получится. Но получилось.

– Что теперь? – спросил Персиваль. – Мы же не можем просто оставить его тут. И надо как-то помочь Джун и остальным серым!

Он сжал руку в кулак, и что-то сверкнуло в его глазах.

Ну конечно – серые передники пропали. Серые передники, и в их числе Персиваль. Мика покачала головой. Всё время так грубо издеваться над серыми и делать вид, будто он лучше её. Но дело было не в этом – ему требовалось доказать самому себе, что он не хуже братьев и сестёр. Почему он ничего ей не сказал? Но ведь и Мика притворялась кем-то другим.

– Ты прав, – Мика задумалась. – Но меня выгнали, и директриса на меня злится, – она покачала головой. – Нам нужен тот, кто мог бы справиться со сгл… то есть с пугалом. Кто достаточно силён и знает ответы. Нам нужен великий мастер чаеварения…

Она умолкла при виде несущегося по гравиевой дорожке облака пыли. Это был рикша, только что отъехавший от школы. Мика поднялась и постаралась отряхнуться, а тем временем облако пыли приблизилось и остановилось.

Показалась нога в расшитой бисером туфельке, и Мика ахнула. Чайная Ведьма.

– Идите сюда, – раздался её голос из повозки, то грубый, как хруст специй на сковородке, то шёлковый, как волокна сахарной ваты. – Вы оба.

Мика оглянулась на Персиваля. Вид у него был такой же ошарашенный, как у самой Мики, и она не сомневалась, что думает он точно так же. Какая удача! Чайная Ведьма остановит пугало! Она мигом раскусит, кто стоит за