Околдованная чаем - Эми Пинто Страница 14

И она не забывала слов той незнакомой ведьмы, призвавшей Мику в Академию. «Юная ведьма, готовая пойти на что угодно, лишь бы стать великой». Она улыбнулась.

– Да, это правда, – прошептала Мика.

Кому дело до болтовни этого надутого будды Весельчака? Она сама откроет для себя второй шанс. Не обращая внимания на грязь, облепившую колени, она опустилась возле своего чемодана, достала полупустой термос и взболтала остатки левитирующего чая, прежде чем отвинтить крышку.

Она приготовит новый рецепт.

Из термоса повеяло ароматом кокосового молока. Да, это станет отличной основой… Для чего-то сладкого и неожиданного.

Ахнув, Мика заметила на земле что-то красное: коричные сердечки Эмери. Она подобрала одно сердечко, сдула пыль и опустила в термос. Чай зашипел, пока оно таяло, и Мику как будто укололо в висок. Она не сомневалась, что этот чай принесёт ей передник.

– Привет!

Мика всмотрелась в массу чайных кустов, темневших под звёздным небосводом, и край леса вдалеке. И в пугало. Всё как прежде. Мика нахмурилась. Кажется, оно стояло не там, где сейчас. Оно передвинулось.

Ближе.

На нём была надета старая драная рубаха в клеточку, а на голове из тыквы красовалась дырявая шляпа. Громко сглотнув, Мика выставила перед собой открытый термос, как щит, и шагнула вперёд. Ей уже доводилось слышать про зачарованные пугала: к их шестам привязывали чайные пакетики, чтобы они могли шагать по полю и пугать птиц. Шлёпая ногами по влажной земле между рядами кустов, она напрасно всматривалась в палку от метлы. Там не было ни одного пакета.

Мика закусила губу, стараясь не обращать внимания на мурашки, ползущие по спине. Она совсем недавно чувствовала то же самое. Как будто за нею следят. Из дырявых рукавов пугала посыпались соломенная труха и сухие чайные листья.

– Привет! – Мике пришлось откашляться, чтобы продолжать. – Ты, что ли… за мной следишь? – она очень старалась, чтобы голос не дрожал.

И тут в голове у пугала что-то блеснуло. Яркий луч света вырвался из треугольных глаз, так что стало видно суровую нитку, стягивавшую оранжевые губы. Мике чуть не стало дурно.

– Ая-яй-яй! – завизжала она, швырнула в пугало термос и пустилась наутёк что было сил.

Она понятия не имела, что это так сверкнуло. Она вообще не понимала, что происходит. Всё, чего она хотела – убраться как можно дальше от этих пронзительных глаз. Глаз, приносящих проклятье. Кровь барабанами гремела у неё в ушах. Ноги путались в чайных листьях, а косички лупили по спине. Она бежала из последних сил, стискивая руки в кулаки. Пока что-то не поймало её за ногу.

Масса чайных кустов ринулась к ней, когда девочка рухнула ничком, увязнув руками в мягкой почве. От удара из груди вышибло весь воздух. Шляпа улетела куда-то в кусты.

Со стоном Мика потёрла саднившие колени. И ахнула от неожиданности, обнаружив у самого своего лица шестиугольные очки и облако пышных волос. Это оказалась девочка, ученица примерно её возраста.

Мика прищурилась и осмотрелась, помня о жутких глазах. Куда делось пугало? Над чайной плантацией веял приятный ветерок, и Мика немного успокоилась.

– Ты не ушиблась? – спросила девочка, протянула Мике помятую шляпу и подала руку, помогая встать. Для девочки её размеров и веса она оказалась на удивление сильной.

– Спасибо, – Мика наклонилась, якобы отряхивая колени, а сама украдкой оглянулась. Со вздохом облегчения, она убедилась, что пугало исчезло – совсем как тень в зеркале.

– Меня зовут Джун. Рада познакомиться, – сказала девочка. – Я как раз возвращалась из… – она замялась, сгорбилась и стала поправлять очки на носу. То ли это была игра света, то ли из-за мешковатой рубахи не по росту и невероятно грязного обрывка ткани, служившего ей вместо передника, она походила на бродячую кошку. Кошку, готовую к драке.

Мика отступила назад. Что делает здесь эта Джун посреди ночи?

– Так откуда ты возвращалась? – подозрительно спросила Мика.

Джун помахала пальцем в воздухе.

– Точно! Наказания! Я как раз возвращалась после наказания Аклхака! – и она резко кивнула, отчего из пышной копны волос выпала соломинка – как будто Мика должна была всё понять. Но не успела Мика задать вопрос, как девочка нацелила палец на Мику обвиняющим жестом. – А откуда же ты сама сейчас возвращалась? Не очень подходящее время для бега трусцой! Особенно с чемоданом. Очень странно!

Мика глубоко вздохнула и оглянулась на чайный домик. Чайный домик, в котором Персиваль и Эмери получили золотые передники, а она не получила ничего. Потом она посмотрела на термос. Он валялся за несколько рядов от неё, и из него на землю вытекали последние капли её второго шанса. Затем она обвела взглядом плантацию, где среди кустов где-то прятался её сглаз, выжидая новой возможности испортить чудесный рецепт Мики. Как будто она сама с этим не справится. У Мики задрожали губы.

– Я провалила чайную церемонию.

– Провалила? – выдохнула Джун, вцепившись в край передника и испуганно тараща глаза. – Нет, такого не бывает. Это невозможно.

Мика проглотила комок в горле.

– Поверь, я провалила. Мне не дали передника.

И вдобавок Весельчак вовсе не собирался раздавать вторые шансы.

– Нет, нет, – Джун решительно подбоченилась. – Здесь не бывает провалов, здесь можно только учиться новым рецептам. В Академии Маргариты ученикам провалы не грозят. Поверь, я хорошо знакома с директрисой Зарой.

– Точно? – что-то шевельнулось у Мики в груди.

– Абсолютно, – Джун схватила Мику за руку и потащила за собой. – И вот ещё что: тебе повезло, потому что я знаю, где можно раздобыть передник.

– Ты знаешь? – растерянно переспросила Мика, с трудом пробираясь сквозь ряды чайных кустов.

Джун широко улыбнулась в ответ, не выпуская Микину руку. Это была очень странная ведьма. Она передвигалась какими-то резкими рывками, словно не очень хорошо умела ходить. Интересно, долго ли она отбывала наказание? Мика сделала себе памятку: никогда не перечить профессору Аклхаку. Что казалось ещё более странным – Джун то и дело останавливалась, чтобы сорвать несколько молодых чайных листиков, и с еле слышным хихиканьем прятала их в карман передника. И при этом всякий раз – Мика готова была поспорить на угодно – от неё пахло тыквой.

Но это не имело значения, ведь Мика впервые улыбнулась с той минуты, как вылезла из повозки рикши – и улыбалась до сих пор. Кажется, она всё-таки будет учиться в Академии Маргариты.

Если издали здание школы казалось просто неуклюжим, то вблизи оно выглядело откровенно чудовищным, как будто во тьме затаился огромный зверь, состоявший из башен и галерей грубой каменной кладки. Мика прижалась спиной к твёрдой стене, испуганно