Топить в огне бушующем печали. Том 2 - Priest P大 Страница 61

Гу Юэси оцепенела. Человек выглядел так знакомо – словно только вчера протягивал ей чашку горячего чая и ласково расспрашивал, как дела у нее в отряде. Все происходящее вокруг словно отдалилось и перестало иметь значение.

К Янь Цюшаню откуда-то вернулись силы, как если бы случилось предсмертное улучшение состояния – из его тела, ко всеобщему изумлению, вырвался поток энергии, расплавившей все бывшие на нем металлические предметы. Он как будто перестал чувствовать боль – жидкий металл вливался во все раны, большие и маленькие, на время останавливая кровотечение, скрепляя переломанные кости, кое-как поддерживая тело, принадлежащее уже не то человеку, не то призраку. Эта вспышка быстро его истощила – лицо посерело, и вся жизнь сосредоточилась в одних глазах, горящих лихорадочным блеском.

Миновав разбросанные по поверхности моря трупы и обрывки тени, над страшными, угрюмыми волнами взгляды человека и меча встретились.

Первым опомнился Ван Цзэ.

– Это не Чжичунь, – категорично заявил он. – Чжичуня уже давно нет, с первого взгляда видно, что это долбаная фальшивка. Юэси, ну-ка, покажи этим ископаемым железкам свои таланты! Скажи нам, что это на самом деле за хрень!

Гу Юэси замерла с открытым ртом. На ее глаза навернулись слезы – и аура, и энергетическое поле этого «Чжичуня»… были подлинными. Но ведь клинок разбили вдребезги, разве после такого дух меча не…

Чжан Чжао почувствовал неладное и озадаченно посмотрел на нее.

– Сестрица?

Даже поглощенный противостоянием с тенью Шэн Линъюань ненадолго отвлекся и скользнул взглядом по Чжичуню. Брови его слегка нахмурились, и на лице отразилось редкое для него удивление.

– Гу Юэси, неподходящий момент, чтобы раскисать! Скажи уже что-нибудь! – торопил ее Ван Цзэ.

Оперативников коснулся ледяной порыв ветра. Ван Цзэ вздрогнул и увидел, что это Шэн Линъюань неведомо когда успел приземлиться на борт катера – его вьюгой окутывала колючая черная дымка.

– Меч… – начал Шэн Линъюань, но, на миг задумавшись, поправился, – дух меча и хозяин связаны крепкими узами, господин Янь сумеет понять, настоящий то дух или фальшивка.

Услышав эти слова, Сюань Цзи испытал слабую надежду. Поддавшись порыву, он опустился рядом с ним – но слишком близко, и окутывавшая того черная дымка истончилась на три цуня. Сюань Цзи не учел, что совсем недавно – знак клана между бровями даже еще не потух – использовал сильнейший свой прием, и от него так и несло духом Чжу-Цюэ. Шэн Линъюань брезгливо отступил.

Сюань Цзи потерял дар речи. Значит, это была просто брехня!

– А если он обознается? Он еле дышит, у него кислородное голодание, он считай что ограниченно дееспособен! Люди в таком состоянии мать родную не узнают. Это полная хрень! – никто и никогда не видел Ван Цзэ серьезным, озорная улыбка будто намертво приклеилась к нему, и со временем коллеги уверились, что выражение лица у него никогда не меняется, но появление самозванца по-настоящему взбесило его.

Чжичунь, чтобы спасти людей, подвергся действию морского яда. Ему ничем нельзя было помочь, и он… Пусть он и не человек – все равно он погиб с честью, его фотография до сих пор висит на доске памяти павших героев Службы безопасности!

Шэн Линъюань впервые встретил столь громкоголосого карпа и, удивленный новизной зрелища, не удержался от улыбки.

Однако чем громче голос, тем легкомысленнее слова. Даже Небо и Земля изменчивы, что уж говорить о людях. Забытые на столе фрукты через пару дней уже гниют, и разве не может хороший человек стать подлецом, как и демон – героем?

– Клинок Чжичуня уничтожен, мы видели собственными глазами! Даже если кто-то и украл его обломки, им все равно его не воскресить, не вернуть в целости и сохранности! «С уничтожением клинка рассеивается и дух меча». Парни сколько ни рыли землю носом, эта фраза – все, что им удалось узнать! Шеф, думаешь, все эти годы только ты думал о том, как бы восстановить Чжичуня? Защитное поле сектора W на минус шестидесятом этаже три года как не включалось – мы опасались, что тебя долбанет, если ты украдкой решишь вернуться и посмотреть на него. Администратор с меня каждый месяц по три сигареты брал!

Все присутствующие на катере оперативники были шокированы. Никто не думал, что пособник в краже Чжичуня совершит явку с повинной. Еще меньше ожидали, что им окажется их командир.

Заложив руку за спину, Шэн Линъюань рассмеялся.

– И правда, Мы… Поистине этот мир полон чудес… Мне тоже любопытно, как же «воскрес» разбитый меч… Разве что сломан был не единственный твой клинок. Я прав?

– Что это значит? – удивился Чжан Чжао. – У духа меча могут быть два клинка? Разве у человека могут быть две головы?

Стоявший рядом с ним оперативник шепотом заметил:

– Начальник, вообще-то люди с двумя головами и правда бывают.

Чжан Чжао растерянно умолк.

Шэн Линъюань махнул рукой в сторону воды – плавучая льдина взлетела вместе со вмерзшим в нее мечом. Оказывается, пламя Сюань Цзи целиком «поглотило» некоторых из мертвых детей: вырвавшись из-под власти Вэй Юя, они превратились в обычные мечи.

У правителя гаошань не осталось целого тела. Призванный Темным жертвоприношением, он не мог передвигаться иначе, кроме как вселившись в другие объекты. Но почему именно дети из гробницы Вэй Юня, превращенные им в мечи?

Шэн Линъюань коснулся подлетевшей льдины, и она рассеялась черной дымкой, а меч упал прямо ему в руку. Шэн Линъюань легонько погладил клинок и сказал:

– Так что верно говорят, каких только чудес нет на свете. Вот еще одно – не доведенная до конца заготовка, «клинок без духа».

Сюань Цзи ни с того ни с сего стало не по себе, он шагнул вперед, подцепил закованный льдом клинок саблей и резким движением выдернул его из руки Шэн Линъюаня. Его величество посчитал, что тот хочет просто рассмотреть меч поближе – так или иначе, демоненок не отличался вежливостью, а потому он не придал значения этому грубому жесту.

– Погодите, – озадаченно проговорил Чжан Чжао, – я запутался. Какая «заготовка»? Клинок без духа разве не обычное оружие?

– Обычное оружие куется из железа, а так называемые «драгоценные мечи» гаошань отливались из живых существ. При «рождении» дух меча сам поглощал металл вокруг себя, становясь оружием, – пояснил Шэн Линъюань. – Когда Вэй Юнь примчался во дворец, правитель Вэй Юй уже отравил всех сирот, никто из них бы не выжил. Даже реши он превратить их в мечи, ему хватило