Танго с демоном: Танго нуэво. Танго верано. Танго эсценарида - Галина Дмитриевна Гончарова Страница 190

Альбе не спалось.

Вроде бы и все было хорошо, и бирюзовые покои уютные и красивые, и ужин вкусный, и Роза ее выслушала, и даже горячего молока с медом Альба на ночь выпила.

И что?

Ничего!

Уснула она на пару часов, а потом проснулась и поняла, что за окном ночь-полночь, а ей не спится. И спать не хочется, и лежать не хочется, и вообще… тоскливо как-то!

Тошно ей! Муторно!

Дома…

Дома Альба пошла бы в библиотеку и взяла новый роман. Или светскую хронику. Пристрастилась она за время брака к творчеству сеньора Переса. И обидно!

Почему там все не так?

Там красиво, там прекрасные дамы и благородные рыцари, там герои и злодеи, а тут муж, от которого проблем больше, чем радостей?

Который даже соболью шубу ей купить не может?

Да что там!

Ей даже колец с бриллиантом еще не дарили! Ни разу… ладно! Всего два раза и было!

Разве она не достойна?!

Достойна. Но – не дают!

Мысли были печальными, Альба сидела в темноте и едва не рыдала от осознания собственной невезучести, ей же ее тридцати пяти нет, а жизнь уже закончена! Вообще!

Вот куда дальше?

Что будет? Кому она нужна, без денег, с сыном, уже не такая юная…

Амадо сказал, что готов разводиться! Конечно, мужчинам проще, он себе найдет какую-нибудь дуру, клушку типа Паулы, которая готова будет ему ужины готовить и носки стирать, ждать с работы и выслушивать всякие глупости про преступления.

Пусть!

Идиоток много!

Но не Альба! Альба так больше не может!

Она не для этого создана, вот! Только… как бы занять подобающее место? Вот в чем вопрос!

Мужчинам всегда проще найти себе кого-нибудь. А вот женщинам…

Ах, какая же сволочь этот Амадо! Если бы тогда он не предложил, если бы она не ответила согласием…

Самое забавное, что приснопамятного Эудженио Валерансу Альба негодяем не считала. Наоборот даже.

Есть хоть, что вспомнить, с кем сравнивать, а то с Амадо… Альбе было грустно и тоскливо.

Наконец, она махнула на все рукой, встала и решительно накинула халат, одолженный Розой. Дорогой, кружевной… Альбе такое белье не по карману.

Розе тоже, но Альба-то об этом не знала! Она просто запахнулась в кружево лилового цвета, которое оттеняло цвет ее лица, подчеркивало смоляную волну волос и, кстати, решительно не шло Розе Ксарес, и вышла из комнаты.

Библиотека. Ей нужна или библиотека, или гостиная. Или газеты, журналы, да хоть что, лишь бы не думать, лишь бы отвлечься… а там и утро наступит. Или что-то почитать, роман, к примеру…

Во всех особняках гостиные, библиотеки, кабинеты расположены на первом этаже. Так что… найдет. Или кто-то из слуг ей покажет. Ксаресы богаты, они не отпускают слуг на ночь, как вынуждена это делать невезучая ритана Риалон.

Минутку?

А вот и полоска света пробивается из-под тяжелой дубовой двери.

Альба поколебалась пару секунд, а потом решительно постучала.

– Войдите.

– Можно? – Альба толкнула дверь и оказалась стоящей в луче света перед сухощавым стариком, который сидел в кресле в библиотеке и разглядывал ее с непонятным выражением лица.

Тан Патрисио Ксарес.

* * *

Тан Ксарес знал, что у дочери гостья. Не возражал – Альба ему понравилась. Он не в том возрасте?

Хм, а вы считаете, что в его лета надо прикрыться рогожкой и ползти в сторону кладбища? Еще и к нотариусу по дороге заглянуть, чтобы деточкам вольготнее жилось?

Перебьются!

Умирать в ближайшее время Патрисио не собирался. А недавнее столкновение с Феолой и вообще его порядком разозлило.

Сопля малолетняя!

Да что она себе позволяет?!

Мысль о том, что сопля вообще-то шаман, только еще с не совсем законченным обучением, ему в голову не приходила. Он об этом и вовсе не знал. Вот про мага, и про то, что его насквозь видят со всеми его амбициями и мнениями-настроениями, знал, но был уверен, что умнее и хитрее внучки. Недостаток возраста такой.

Если молодежь считает дураками стариков – что они там понимают, покрывшись своей плесенью от возраста, то верно и обратное. Старики совершенно искренне считают молодежь идиотами, которые раз за разом про… пивают все предоставленные судьбой возможности. Вот они бы на их месте – ух! Да только ревматизм, геморрой и простатит не дают. А то бы точно. Не ух – так Ых!

Вот Патрисио и считал сына дураком. А получив подтверждение обратного, весьма и весьма обиделся.

Это что же?! Это как же?!

Мало того что сын не пропал, устроился и прекрасно себя чувствует!

Мало того что внуки получились… честно себе сознаемся, как там все остальные, пока не ясно, но в Феоле Патрисио узнал свой характер. Которым горы бы сворачивать и океаны перепахивать. А чего это они тут стоят и лежат? В атаку!

И парень там здоровый. И вторая девка вроде как ничего! И – обиделся.

И тем горьше была обида, что внучка-то его и знать не желала. И на шантаж явно не поддастся.

Завещает он ей все имущество – пошлет к демонам.

Пригрозит лишить имущества – пошлет еще дальше.

Можно срываться на тех, кто есть под рукой, но… обидно же!

Даже два и три раза обидно! Хочется-то побольше мушек в паутине, хочется поразвлечься, пока еще жив! А не получается!

Вот и сидел мужчина. Вот и думал думу горькую. Но к вошедшей в библиотеку женщине сложно было остаться равнодушным.

Альба напрасно злилась на мужа и судьбу. Она и в молодости была красоткой, а сейчас… время ее даже чуточку облагородило, смягчило излишнюю резкость, придало округлость в нужных местах, и женщина выглядела очаровательно, кутаясь в облако кружев.

Особенно в свете свечей.

Бездонные глаза, полные губы, темные волосы…

Тут кто хочешь оценит. Покажи такое сокровище Хоселиусу Аурелио – и то бы несчастный от своего бдения отвлекся. И Патрисио забыл о переживаниях. Пережил – и ладно!

– Ритана…

– Доброй ночи, тан. Простите, что потревожила… мне не спится.

Патрисио себя перестал бы уважать, не воспользуйся он ситуацией.

– Может, вы составите мне компанию, ритана? Мне тоже грустно и тоскливо, а приятная беседа с очаровательной женщиной прогонит любую грусть. Я понимаю, вам может быть это не слишком интересно, но умоляю снизойти до старика…

– Какой же вы старик! – возмутилась Альба.

– Увы, милая ритана. Увы…

Но взгляд, которым окинули ритану, был очень даже не старческим. И улыбка.

И…

Альба махнула рукой, да и уселась в соседнее кресло. Почему бы нет?

Беседа ничем