Топить в огне бушующем печали. Том 2 - Priest P大 Страница 153

«Командир Ван, ты откуда родом?»

«Старина Ван, у тебя речь прямо как у местного – ты сам откуда?»

«У тебя, что ли, уже зависимость от командировок? Новый год на носу, а ты домой не собираешься».

Ван Цзэ чувствовал себя так, словно под влиянием этих черных миазмов он превратился в акулу, – стоит ему остановиться, и он тут же утонет[105], захлебнется на глубине. Оставалось лишь плыть все дальше и дальше, не останавливаясь ни на миг, плыть, вопреки усталости…

Когда все пошло наперекосяк, первым импульсом Сяо Чжэна было защитить лежащего без сознания Янь Цюшаня, но, обернувшись, он с удивлением обнаружил, что тот уже сидит как ни в чем не бывало. На лице его не было ни тени былых невзгод – словно он никогда не терял Чжичуня, не скитался в попытках вывести на чистую воду школу Изначальной Истины. В руке он держал мобильник и с кем-то разговаривал – ясно было, что командир Янь сердится: когда он бывал недоволен, все чувства были у него на лбу написаны, и сейчас его лицо озаряла дерзость и даже какая-то юношеская непосредственность.

«Я понимаю, о чем вы, начальник: мы, „Фэншэнь“, сброд, деревенщины, и не заслуживаем того, чтобы среди нас оставались сливки общества, вот и все, – хладнокровно высказал Янь Цюшань человеку на другом конце провода. – Куда уж нам до „Лэйтин“ – это они целыми днями то охраняют важных шишек, то встречают иностранцев. Не волнуйтесь, с Сяо Чжэном я поговорю. Парень пока упирается, но разве он променяет столь блестящие перспективы на прозябание среди нас?»

Из динамика раздался хриплый мужской голос. Представители линии грома отличаются острым слухом, поэтому Сяо Чжэн сразу узнал прежнего начальника Бюро Сян Чжана.

«Что ты такое говоришь, „Фэншэнь“ – вне всяких сомнений, наша защита и опора, – ответил тот. – Все видят, как вы трудитесь в поте лица и жертвуете собой. Но дело в том, что вы весь год напролет мотаетесь по стране, ни с кем не видитесь, и это… не то, чего хотелось бы родственникам некоторых наших товарищей. И их можно понять, согласись?»

«Родственникам? – на лице Янь Цюшаня отразилось глубокое удивление. – Но он же молодой человек, холостой, какие у него родственники?»

«А отец с матерью не родственники? – возразил старый начальник. – Не виляй!»

Янь Цюшань удивился еще больше – видно было, что он совсем озадачен. Тут к нему подошел кто-то из сослуживцев и, зажав динамик, тихо объяснил командиру: «Отец нашего Сяо – президент совета директоров корпорации Хуэйхуан, они как раз сделали крупное пожертвование нашему исследовательскому институту – оборудовали целую лабораторию… И еще все роскошные отели Хуэйхуан будут размещать командированных по работе сотрудников Бюро за чисто символическую плату в пару юаней – считай что бесплатно. Говорят, договор только что подписали».

Кровь ударила Сяо Чжэну в голову – он не мог больше слушать, терпение его лопнуло. Он развернулся и ушел прочь.

И верно… Тогда, в «Фэншэнь», он действительно хорошо справлялся, но вдруг получил приказ о переводе в «Лэйтин». Он не хотел уходить и собирался поговорить с командиром Янем наедине, но случайно подслушал телефонный разговор. С самого детства у Сяо Чжэна были задатки лидера, он во всем стремился быть первым и не признавал поражений: если он оказывался не лучшим учеником в классе, то потом ночами не спал. Позже в нем проснулись «особые» способности редкой линии огня и грома. Его называли гением и самородком, он стал самым молодым руководителем отряда специального назначения за всю историю Бюро. Он был лучшим из лучших, всего добился собственным трудом и терпеть не мог богатеньких детишек, которые устраивались на хлебные места благодаря блату, как и посредственностей, которые палец о палец не ударили, но завидовали талантам черной завистью.

И все это время он обманывался, думая, что его слава заслуженна. Его переводили в «Лэйтин» на должность «денежного мешка», его редкие способности были здесь ни при чем. Он верил, что его блестящие боевые заслуги – ни одного убитого или раненого, полностью покрывают столь бесславное начало пути. Но все эти блестящие боевые заслуги и полное отсутствие потерь… Так ли дела обстояли на самом деле?

Перед его мысленным взором вереницей прошли лица старого начальника Бюро, прежнего командира, директора Суна из Службы безопасности…

«Это наш командир Сяо из „Лэйтин“, выдающийся юноша. В его послужном списке уже множество резонансных дел, и за все эти годы он не допустил ни одной потери. „Красная черта пятнадцати“ как будто обходит его стороной».

«Юный Сяо, такие молодые люди, как ты, чрезвычайно важны для Бюро, это наш главный кадровый резерв. Ты должен стремиться к успеху».

«Тебя ждет блестящее будущее».

Блестящее будущее…

Блестящее…

Гу Юэси ничего не видела. Она вернулась в те времена, когда ее держали взаперти с завязанными глазами, как экзотическую зверюшку.

Вдруг кто-то дал ей пощечину. Она инстинктивно прикрыла голову руками и съежилась в комочек, уперевшись локтями в бедра, лишь бы хоть как-то защититься от побоев. Ее несколько раз пнули, но, заметив, что она не издает ни звука, точно мертвец, тут же потеряли интерес, смачно плюнули ей в волосы и ушли.

Неподалеку раздался чей-то голос: «Не трогай ее. Ты разве не слышал историю о заточенных южных обезьянах?»

«Каких еще обезьянах?»

«Говорят, до междоусобицы Девяти провинций людям и не-людям запрещалось вступать в брак. Полукровок, рожденных от смешанных союзов, люди ловили и в наказание бросали в Южную соборную пагоду: поэтому их и прозвали заточенными южными обезьянами. Они не могли заниматься духовными практиками, их морили голодом в кромешной тьме, все, что им оставалось, – вслепую истреблять друг друга – а потом и всех, кто встретится на пути, когда во время междоусобицы их выпустили на волю. Постепенно их глаза слепли, но взамен они обрели своего рода „духовное зрение“: вместо обычных предметов они видели человеческие внутренности, артерии земли и даже превратности судьбы. Сам подумай – это „духовное зрение“ ведь то же самое, что „рентгеновское“. Считается, что у его обладателей шесть чувств неполноценны, они страдают от физических или психических недугов, и всю жизнь их преследует злой рок. А эта девчонка совсем неважно выглядит: смотри, какая тощая. Лучше будь осторожен и не подходи к ней близко, а то заразишься. Оно