Сага об Элрике Мелнибонэйском - Майкл Муркок Страница 12

с глаз. Императору показалось — он видит лицо отца, Сэдрика Восемьдесят Шестого, и лицо Киморил, и, мельком, — Йиркуна. Глупый Йиркун: гордится тем, что мелнибонэец, а того не понимает, что лишен мелнибонэйской изысканности; ведет себя не лучше тех самых варваров из Молодых Королевств, которых так презирает. И внезапно Элрик почувствовал к своему кузену нечто вроде признательности. В самом деле — жизнь кончена, конфликты, которые столь долго раздирали мозг императора, теперь в прошлом, равно как и все страхи, все переживания, вся любовь и вся ненависть. Впереди — лишь забвение.

Остатки воздуха покинули его тело, и Элрик вверил себя морю, морю и Страаше, повелителю водяных духов, некогда — другу мелнибонэйцев. И тут вдруг, непрошеное, пришло ему на ум древнее заклинание, которым его предки призывали Страашу.

О море! Каверзное хоть,

Ты наша кровь и наша плоть.

В последний день, в последний час

Ты примешь нас, обнимешь нас.

Правители морских пучин,

Взыскует помощи ваш сын

По крови — в жилах у него

Течет соленая вода.

Страаша, вечный властелин,

Откликнись из своих глубин:

Враги твои, враги мои

Грозят бедою, господин!

Заклинание это то ли имело древнее символическое значение, то ли относилось к событию в истории Мелнибонэ, о котором не знал даже Элрик. Слова его император воспринял как самые обычные. Однако стих продолжал звучать в мозгу юноши — и когда он опускался все глубже в зеленое море, и когда он погрузился в темноту, а легкие его наполнились водой. Элрик успел еще подивиться такой странности: он уже мертв| а заклинание все слышится…

Когда он снова открыл глаза, ему показалось, что прошла целая вечность. Сквозь бурлящую воду он различил невдалеке какие-то огромные с размытыми очертаниями фигуры. По-видимому, смерть решила помучить императора Мелнибонэ, истерзать его бредовыми видениями.

У призрака, который приблизился к Элрику, были бирюзового цвета борода и волосы и бледно-зеленая кожа. Когда он заговорил, голос его напомнил мелнибонэйцу рокот прилива.

— Страаша явился на твой зов, смертный, — произнес он с улыбкой. — Наша судьба едина. Чем я могу помочь тебе, а значит, и себе?

Рот Элрика полон был воды, и все же каким-то образом юноша мог разговаривать (лишнее подтверждение тому, что это — только сон).

— Король Страаша… Картины в башне Д’арпутна… в библиотеке… Я видел их в детстве… Король Страаша…

Морской король протянул Элрику свои зеленые руки.

— Он самый. Ты звал меня. Тебе требуется наша помощь. Мы честно блюдем древний договор с твоим народом.

— Но я не собирался призывать тебя. Заклинание пришло непрошеным в мой умирающий мозг. Я счастлив утонуть, король Страаша.

— Не может того быть. Если твой мозг призвал нас, значит, ты хочешь жить. Мы поможем тебе.

Борода короля Страаши струилась по течению; его бездонные зеленые глаза доброжелательно разглядывали императора.

— Я сплю, — пробормотал Элрик. — Какой жестокий сон!

Он чувствовал, как в легких у него булькает вода. Он не дышал — следовательно, был мертв.

— Но если ты существуешь на самом деле, старый друг, и если ты вправду хочешь помочь мне, тогда возврати меня на Мелнибонэ, чтобы я мог поквитаться с Йиркуном и спасти Киморил, пока не стало слишком поздно. Только эта мысль отравляет мое счастье: ведь Киморил не избежать страшных мучений, если Йиркун воссядет на Рубиновый Трон.

— Больше ты ничего не просишь у водяных духов? — с разочарованием поинтересовался король Страаша.

— Я вообще ни о чем не прошу. Я лишь говорю о том, чего пожелал бы, происходи наш разговор не во сне. Теперь же я умру.

— Не может того быть, лорд Элрик, ибо наши с тобой судьбы тесно переплетены и потому мне известно, что не настало еще тебе время погибнуть. Я помогу тебе.

Элрик не переставал удивляться отчетливости и подробности своего сна.

Какая жестокая мука, сказал он себе. Хватит, пора признать, что я труп.

— Ты не умрешь. Вернее, умрешь, но не сейчас.

Руки морского короля ласково приподняли Элрика и повлекли его извилистыми полутемными коридорами среди нежно-розовых кораллов. Юноша ощутил, как вода уходит из его легких и желудка, и понял, что снова может дышать. Неужели он действительно попал в плоскость духов — в плоскость, которая пересекается с плоскостью Земли.

Наконец они очутились в большой круглой пещере, стены которой были из розового и голубого перламутра. Морской король положил Элрика на пол пещеры. Императору показалось, что он лежит на песке, но песок был какой-то странный, ибо отзывался на малейшее движение и то поддавался и отступал, то снова плотно приникал к телу.

Звук шагов короля Страаши напоминал шелест волны по прибрежной гальке. Морской житель пересек пещеру и уселся на большой трон из светлой яшмы. Опершись зеленым подбородком на зеленую же руку, он устремил на Элрика озабоченный, но по-прежнему доброжелательный взгляд.

Элрик все еще чувствовал себя физически слабым, но дышалось ему легко, словно морская вода, покинув его внутренности, забрала с собой всю скопившуюся в них грязь. И голова прояснилась, и теперь он куда меньше был уверен, что это — только сон.

— Я до сих пор не могу понять, король Страаша, зачем ты спас меня, — пробормотал император.

— Из-за рун. Мы услышали их и явились на зов. Только и всего.

— Ясно. Но, по-моему, руны эти не простые, от них отдает волшбой, заклинаниями, колдовскими чарами.

— Может быть, может быть. Хоть ты и говоришь, что рад умереть, я не верю тебе — уж слишком отчетливым был призыв и так быстро он дошел до нас. Хватит, давай забудем. Когда ты отдохнешь, мы выполним твою просьбу.

Кривясь от боли, Элрик принял сидячее положение.

— Ты что-то говорил о переплетении судеб. Значит, ты знаешь, что мне суждено?

— Разве что совсем чуть-чуть, лорд Элрик. Наш мир стареет. Некогда духи обладали могучими силами в плоскости Земли и делили те силы с жителями Мелнибонэ. Но ныне и нашему, и вашему могуществу приходит конец. Времена меняются. Ходят слухи, что Владыки Вышних Миров снова заинтересовались Землей. Наверно, они опасаются, что люди Молодых Королевств забудут про них. А может, Молодые Королевства — это совсем новая эпоха, в которой богам и таким, как я, нет больше места. Мне кажется, они там, в Вышних Мирах, чем-то встревожены.

— Что тебе еще известно?

Король Страаша в упор поглядел на Элрика.

— Я открыл тебе все, что мог, сын моих друзей. Прибавлю лишь, что ты будешь счастливее, отдавшись бесповоротно своей