Топить в огне бушующем печали. Том 2 - Priest P大 Страница 101

«Достаточно?» – спросил Среброглазый.

«Понаблюдаем еще немного, – ответил „фонарь“. – Говорят, эти насекомые очень трусливы, их скопление проще простого рассеять людским духом. У нас нет сведений о других появлениях шэньдао возле берега, так что нам остается лишь наблюдать. Давай посмотрим, как близко оно подберется к суше. Не стоит спешить с завершением задания».

Голос у «фонаря» был сиплый, даже не разобрать – мужской или женский. Как только незнакомец заговорил, дознаватели тут же сообразили, что с ним было не так: его очертания не имели никаких половых признаков.

Среброглазый снова перевел взгляд на шэньдао, пристально посмотрел на темно-красную массу в его сердцевине и прошептал: «Так что же это такое, в конце концов? Оно как будто вобрало в себя все нечистоты на десять тысяч ли вокруг. Если те, кто вылавливает мусор из моря, узнают о подобном сокровище, наверняка прибегут кланяться в ноги и молить, чтобы его отдали им».

«Ты ошибаешься. Никакое это не сокровище. Говорят, несколько лет назад какая-то иностранная экспедиция обнаружила на островке в Атлантическом океане неизвестную науке раковину. Ученые предположили, что открыли новый вид моллюсков, и решили взять ее с собой, чтобы изучить. Но стоило экспедиции забрать раковину, как всю команду начал преследовать злой рок. В скором времени все, кто касался ее, погибли страшной смертью. Ученые дали раковине весьма туманное имя – драконье стекло. Они посчитали, что в ней, возможно, содержится некий биологический токсин, – рассказывал „фонарь“. – На самом деле до нас еще с глубокой древности дошли сведения о подобных вещах, наши предки называли их „Осуждающее сердце“».

«Почему же?» – спросил Среброглазый.

«Сходство с раковиной обманчиво – на самом деле это не что иное, как русалочий эмбрион».

«Что? Неужели русалки и вправду существуют?»

«Слухи не возникают на пустом месте, – „фонарь“ неуклюже – словно все его мышцы одеревенели – кивнул в подтверждение своих слов. – Русалки не рождают живых детенышей, но и не мечут икру. У этих больших рыб нет разделения на самцов и самок, все они гермафродиты. Нет у них и репродуктивных органов вроде матки, а маленьких русалок, по легендам, родители вынашивают в собственной груди».

Среброглазый, как и все присутствующие в допросной, прижал руку к груди – от объяснений «фонаря» сердце у всех заколотилось с перебоями.

– Это ж какого размера грудь должна быть, чтобы все поместилось?.. – пробормотала начальница Ду.

Как известно, великие умы мыслят одинаково: Среброглазый задал своему собеседнику тот же вопрос.

«Русалке не нужно много места для плода, – ответил „фонарь“. – После зачатия в середине ее груди начинает формироваться раковина и на протяжении трех лет растет. С развитием раковины сердце русалки уменьшается, наконец раковина становится размером с ладонь и наполовину обхватывает сердце. К этому моменту кровоток в теле русалки замедляется, кровоснабжение внутренних органов падает, и русалка погружается в состояние, сходное с зимней спячкой. Новорожденная русалка обычно не больше цуня».

«И как же они появляются на свет?»

«Фонарь» рассмеялся, но издаваемые им звуки не имели ничего общего с обычным человеческим смехом: их вполне можно было записать для саундтрека фильма ужасов. Люди пожалели, что нельзя было промотать воспоминание вперед.

«Как появляются на свет? Если плод нельзя выхаркать, то, само собой разумеется, остается лишь вырезать его. Когти русалок острые, как ножи, кожа – грубая, а слой плоти толстый, они сами разрезают себе грудь, чтобы вытащить ребенка. Если появление на свет маленькой русалки прошло удачно, она покидает раковину, которая остается в теле матери. По легендам, именно она заживляла рану… Так или иначе, для здоровья русалки раковина весьма полезна, это что-то вроде лекарства из последа»[83].

«А если рождение проходит неудачно? Бывают же у русалок трудные роды? И если, как ты говоришь, раковина рассасывается и закрывает рану, то откуда ее выудила та экспедиция?»

«Новорожденная русалка размером не больше полипа в желчном пузыре, какие могут быть трудные роды – ты их что, за обычных людей принимаешь? Они просто большие глупые рыбы, но строптивы и не выносят предательства. Ты скажешь: ну поженились две русалки, что с того, встретились два упрямца – и пусть живут друг с другом. Но из-за того, что лица у русалок человеческие, и, как говорят, весьма привлекательные, всегда находятся любопытные жители побережья, охочие до чего-нибудь новенького. Попробуют разок-другой – на том и делу конец, жениться на рыбе никто не станет. Когда русалку предают, дитя, которое она носит в груди, превращается в жидкость и вытекает из ее глаз. В воде эта жидкость превращается в жемчужины – отсюда и пошла легенда о том, что русалки плачут жемчугом. Оставшаяся же в груди раковина из жемчужно-белой становится пепельно-серой и превращается из целебного средства в сильнодействующий яд. Поэтому льющая жемчужные слезы русалка и умирает от „разбитого сердца“. После ее гибели раковина не разлагается, и, когда тело истлевает, она продолжает отравлять морские воды. Потому наши предки и дали яду такое имя – „Осуждающее сердце“, ибо русалка в смерти как бы осуждает обидчика».

Некоторое время Среброглазый молчал, предметы в его поле зрения покачивались вместе с палубой судна. Оперативники по другую сторону экрана тоже не произнесли ни слова.

– Это правда или выдумки? Почему отбросы общества во все времена одинаковы – что в древности, что сейчас? – наконец не выдержал Ван Цзэ. Быть может, из-за кровного родства с карпом кои он воспринял эту историю особенно близко к сердцу. – Если считать русалок людьми, это все равно что воспользоваться девушкой и бросить. А если не считать… да эти извращенцы ничем не лучше япошек, которые развлекаются с рыбами! Мерзость!

– Моральную сторону дела давайте оставим на потом, у меня вопрос, – начальница Ду невозмутимо скатала свой палантин в трубочку, помогая себе карандашом, и подняла руку. – Мне кажется, в его рассказе есть противоречия. Если это «Осуждающее сердце» так ядовито, что способно на пустом месте посреди моря создать шэньдао, то обычные люди не смогли бы даже приблизиться к нему, не то что забрать. Так что тогда случилось с экспедицией? Он что-то недоговаривает.

Шэн Линъюань сжал виски руками и, приоткрыв глаза, заговорил:

– «Осуждающее сердце» и русалочьи жемчужины образуют пару. «Осуждающее сердце» появляется, когда русалка горюет о потере ребенка, и естественным образом притягивается к пролитым ею