Живые мертвецы Далласа - Шарлин Харрис Страница 51

Я пожала плечами.

– Чем это ему поможет?

– Возможно, это не слишком важно, но будь с ним осторожнее, – предупредил Билл. Он выглядел очень серьезным.

– Я все еще не верю, что кто-то подставится под пули ради меня только из надежды, что я проглочу несколько капель, извлекая эту самую пулю. Это нелепо. Ты знаешь, мне кажется, что ты поднял эту тему, чтобы я перестала возмущаться из-за твоего общения с Порцией. Но я не собираюсь злиться. Я думаю, Порция полагала, что отношения с тобой подарят ей приглашение на секс-вечеринку. Женщину, которая занимается сексом с вампиром, считают способной на все, – я вздрогнула, заглянув Биллу в лицо. – Порция хотела сходить на эту вечеринку, послушать разговоры участников и выяснить, кто убил Лафайета. Тогда с Энди сняли бы подозрения.

– Весьма запутанный план.

– Ты можешь опровергнуть мои аргументы? – Я мимолетно порадовалась тому, что использовала «опровергнуть» – оно было в моем списке новых слов.

– На самом деле, нет, – он перестал двигаться. Его взгляд остановился. Он перестал моргать. Рука расслабилась. Ему не требовалось дышать, и он замер совершенно неподвижно.

Наконец он моргнул.

– Было бы лучше, если бы она рассказала мне правду.

– Скажи мне, что ты не занимался с ней сексом, – проговорила я, наконец признаваясь, что сама вероятность этого заставляет меня сходить с ума от ревности.

– Я все думал, спросишь ты или нет, – спокойно ответил он. – Как будто я бы лег в постель с кем-то из Бельфлеров. Нет, она совершенно не испытывала желания со мной переспать. Во время наших встреч ей едва удавалось притвориться, что ей приятно проводить со мной время. Порция – не слишком хорошая актриса. По большей части она предлагала мне съездить до одного из мест, где мог бы располагаться тайник с оружием, который организовало Братство у кого-то из своих союзников.

– Но почему ты соглашался с ней?

– В ней есть что-то благородное. И мне хотелось увидеть, будешь ли ты ревновать.

– Понимаю. И что ты думаешь?

– Я думаю, – сказал он, – что тому очаровательному идиоту лучше к тебе не приближаться.

– Ты о ДжейБи? Я ему как сестра, – сказала я.

– Ты забыла, что в тебе моя кровь, и я знаю, что ты чувствуешь, – сказал Билл. – Не думаю, что ты относишься к нему, как подобает сестре.

– Тогда ты знаешь, почему я лежу в одной постели с тобой, да?

– Ты любишь меня.

Я рассмеялась, прижимаясь губами к его плечу.

– Скоро рассвет, – сказал он. – Мне пора уходить.

– Ладно, милый, – я улыбнулась ему, глядя, как он собирает свою одежду. – Эй, ты должен мне пуловер и лифчик. Два лифчика. Один ты порвал вместе со свитером, второй пал жертвой Гейба, так что это считается за ущерб, полученный на работе.

– Поэтому я и купил магазин женской одежды, – ласково сказал он. – Чтобы иметь возможность рвать твою, когда захочу.

Я засмеялась и откинулась на подушки. Я могла проспать еще пару часов. Я все еще улыбалась, когда он покинул дом – я не перестала улыбаться, даже проснувшись в середине утра. На душе было легко – впервые за долгое время. По крайней мере, мне казалось, что прошло долгое время. Пошатываясь, я прошла в ванную комнату и приготовила себе горячую ванну. Начав мыться, я почувствовала, что в мочках ушей что-то есть. Я поднялась из ванны и посмотрела в зеркало над раковиной. Пока я спала, Билл вдел мне в уши серьги с топазами.

Любит же он оставить за собой последнее слово.

Поскольку наше воссоединение не было публичным, первой приглашение на вечеринку получила я. Мне не приходило в голову, что так может получиться; но, когда это случилось, я подумала, что Порция была права. Если они приглашали тех, кто спал с вампирами, я была первой кандидаткой.

К моим изумлению и отвращению, тем, кто поднял эту тему, был Майк Спенсер. Майк был директором похоронного дома и коронером, и мы на многое смотрели по-разному. Тем не менее я знала его всю свою жизнь и относилась к нему с некоторым уважением. Отказаться от этой привычки было нелегко. Майк был одет как похоронный агент, потому что пришел в бар после визита к миссис Кэссиди. В темном костюме, белой рубашке, галстуке и отполированных ботинках он совершенно не походил на человека, предпочитающего галстук-бабочку и ковбойские сапоги со шпорами на каблуках.

Поскольку Майк был старше меня по крайней мере на двадцать лет, я всегда относилась к нему как к старшему, и его подкат шокировал меня до крайности. Он сидел за столиком в одиночестве, и это было достаточно необычным для того, чтобы я обратила на это внимание. Я принесла ему пиво и бургер. Расплатившись, он спокойно сказал мне:

– Сьюки, мы планируем собраться завтра вечером у Джен Фаулер, и мы подумали, что ты, возможно, захочешь присоединиться.

Повезло, что я научилась хорошо себя контролировать. Мне показалось, что пол подо мной провалился, и, честно сказать, меня подташнивало. Я сразу поняла, куда меня приглашают, но просто не могла поверить. Я проникла в его разум, пока на лице красовалась улыбка.

– Кого вы имели в виду, когда сказали «мы», мистер Спенсер?

– Почему бы нам не перейти на «ты», Сьюки? – я кивнула, изучая содержимое его головы. Ох, твою мать. Какая мерзость. – Там будет кое-кто из твоих приятелей. Эггс, Порция, Тара… И Хардэвэи.

Тара и Эггс… вот кто меня удивил.

– И что на этой вечеринке будет? Выпивка и танцы? – Вопрос не был бессмысленным. Не важно, сколько человек знали о том, что я, вероятно, умею читать мысли. Почти никто в это не верил, не важно, с какими доказательствами моей способности они сталкивались. Майк просто не мог вообразить, что я могу увидеть образы, скользящие в его сознании.

– Мы планируем немного пошалить. Ты порвала со своим парнем, и мы подумали, что ты, возможно, захочешь немного развеяться.

– Может, я и приду, – сказала я без особого энтузиазма. Я не могла выдать своего волнения. – Когда?

– Завтра вечером, около десяти.

– Спасибо за приглашение, – сказала я, как будто вспомнив о манерах, и удалилась, не забыв о чаевых.

В редкие моменты одиночества я лихорадочно раздумывала о том, что делать дальше. Какой смысл мне идти на эту вечеринку? Правда ли я смогу узнать что-то, что поможет расследованию? Я никогда особенно не любила Энди Бельфлера, и Порция теперь вызывала куда менее добрые чувства, но то, что Энди могут предъявить обвинения в том, чего он не делал, было несправедливым. С другой стороны, ни у кого из присутствующих на вечеринке не возникнет желания делиться со мной своими темными тайнами, если я не стану их регулярной гостьей, а этого я не вынесу. Если честно, я не была уверена, что