Живые мертвецы Далласа - Шарлин Харрис Страница 36

Я решила начать с простого. Барри, Барри, Барри, Барри…

Чего вы хотите? – Он был вне себя от ужаса. Такого с ним еще не случалось.

Я тоже такого еще не делала. – Я надеялась приободрить его. – Мне нужна помощь. Я в большой беде.

Кто вы?

Да, надо было сказать. Сглупила. Я Сьюки, блондинка, которая приехала прошлой ночью с темноволосым вампиром. Люкс на третьем этаже.

С сиськами? Ой, прости.

По крайней мере, он извинился. – Да. С сиськами. У меня парень есть вообще-то.

Ладно. В чем дело?

Теперь все звучало ясно и определенно, но мы не пользовались словами. Мы как будто обменивались мысленными телеграммами и фотографиями.

Я попыталась объяснить ситуацию: – Найди моего вампира, как только он очнется.

И что потом?

Скажи ему, что я в беде. В беде, в беде, в беде…

Ладно, я понял. Где ты?

В церкви. – Я решила, что это слово подойдет, чтобы навести Билла на резиденцию Братства. Вряд ли я смогла бы передать Барри конкретно этот образ.

Он знает, в какой именно?

Знает. Скажи ему спуститься вниз по лестнице.

Ты настоящая? Я не встречал никого, кто бы…

Я настоящая. Пожалуйста, помоги мне.

Я чувствовала сложную смесь эмоций, исходящих от Барри. Он боялся говорить с вампиром, боялся, что его работодатели узнают, что у него «что-то не то с головой»… и в то же время радовался, что встретил кого-то похожего. Еще он боялся той части себя, которая тревожила и будоражила его все это время.

Я знала все эти чувства. Все нормально, я тебя понимаю. – сказала я ему. – Я бы не попросила, если бы меня не собирались убить.

Его снова охватил страх. Страх свалившейся на него ответственности. Мне не следовало этого говорить. И в этот момент он каким-то образом поднял между нами хрупкий барьер. Я не знала, что он будет делать дальше.

Пока я сосредотачивалась на Барри, разговор в коридоре продолжался. Когда я снова начала подслушивать, к группе присоединился Стив. Он тоже пытался сохранить рассудительность и показное добродушие.

– Послушай, Годфри, – говорил он, – если ты не хотел этого делать, тебе достаточно было сказать. Ты готовился к этому дню. Мы все готовились, рассчитывая на то, что ты сдержишь слово. Многие люди будут очень разочарованы, если ты не поучаствуешь в церемонии.

– Что вы собираетесь делать с Фаррелом? С этим человеком, Хьюго, и со светловолосой женщиной?

– Фаррел – вампир, – сказал Стив мягким уверенным тоном. – Хьюго и женщина запятнаны грехами вампиров. Они тоже должны выйти на солнце, привязанные к вампирам. Они разделили участь вампиров в жизни и разделят их участь в смерти.

– Я грешник, кающийся в своих грехах, и я знаю, что после смерти моя душа предстанет перед Господом, – сказал Годфри. – Но Фаррел этого не знает и не найдет покоя после смерти. Мужчина и женщина тоже не имели возможности покаяться. Честно ли убить их, приговорив к аду?

– Давай вернемся в мой кабинет, – решительно сказал Стив.

И я наконец поняла, что Годфри именно этого и добивался. Раздались шаги, и я услышала, как Годфри пробормотал: «После вас», – с большой вежливостью. Он хотел зайти в кабинет последним, чтобы запереть дверь.

Мои волосы, взмокшие под париком, наконец высохли. Они рассыпались по плечам отдельными прядями, потому что я беззвучно расплетала их, пока подслушивала разговор за дверью. Наверное, странно было заниматься чем-то настолько обычным, пока решается моя судьба, но мне нужно было чем-то занять руки. Теперь я осторожно убрала в карман шпильки, провела пальцами по спутанным прядям и приготовилась выскользнуть из здания.

Я осторожно выглянула в коридор. Да, дверь в кабинет Стива была закрыта. Я прокралась мимо нее, свернула налево и пошла к двери, ведущей в общий зал. Я тихо повернула круглую дверную ручку и открыла ее. Я вошла под сумеречные своды. Сквозь высокие витражные окна поступало достаточно света, чтобы я сумела дойти до алтаря, не споткнувшись о скамьи.

В этот момент я услышала голоса, звучавшие все громче. Они приближались со стороны дальнего крыла. В зале вспыхнул свет. Я бросилась в середину ряда и сжалась под скамейкой. Мимо прошла молодая семья. Они разговаривали очень громко – маленькая девочка жаловалась, что ей приходится пропустить любимое телешоу из-за какого-то глупого бдения. За это она, судя по звуку, получила шлепок. Отец сказал, что ей повезло стать свидетельницей удивительного проявления воли Господней. Ей предстоит увидеть искупление вживую.

Даже в этих обстоятельствах я разозлилась. Интересно, понимает ли этот папаша, что его лидер на самом деле планирует сжечь на этой церемонии двух вампиров и как минимум одного человека, которого прикует к ним? Интересно, как это «удивительное проявление воли Господа» скажется на психике маленькой девочки?

К моему ужасу, они прошли к дальней стене и стали раскладывать под ней свои спальные мешки, все еще разговаривая. По крайней мере, члены этой семьи сосредоточились друг на друге. Помимо маленькой девочки, у них было еще двое детей, мальчик и девочка, которые – как всякие настоящие брат с сестрой, – безостановочно ссорились.

В поле моего зрения появилась пара маленьких красных туфель на плоской подошве. Они двигались в сторону крыла, занятого Стивом. Я задумалась, продолжается ли разговор в его кабинете.

Через несколько секунд туфли вернулись. На этот раз их хозяйка двигалась очень быстро. К чему бы это…

Я подождала еще минут пять, но ничего не произошло.

С этого момента людей будет становиться только больше. Я должна была рискнуть. Я выкатилась из-под скамейки и поднялась на ноги. Мне повезло – члены семьи были заняты своими делами и не заметили, как я встаю. Я быстро зашагала к двойным дверям в задней части зала, но неожиданно разговоры стихли. Меня увидели.

– Эй! – позвала мать семейства. Она поднялась на ноги рядом со своим ярко-синим спальным мешком. Бледное лицо светилось от любопытства. – Ты, наверное, новичок в Братстве. Я – Фрэнси Полк.

– Ага, – ответила я, стараясь, чтобы голос был веселым. – Мне нужно торопиться! Поболтаем потом!

Она приблизилась ко мне.

– Ты обо что-то ударилась? – спросила она. – Ты… извини, но ты выглядишь ужасно. У тебя кровь?

Я опустила взгляд на свою блузку. На груди осталось маленькое пятнышко.

– Я упала, – сказала я, пытаясь показать, что расстроена. – Мне нужно вернуться домой, промыть ссадины и переодеться, наверное. Я вернусь!

Я видела, что Фрэнси Полк сомневается.

– В кабинете есть аптечка. Почему бы мне не сбегать за ней? – спросила она.

Потому что я этого не хочу.

– Понимаешь, мне все равно нужно будет сменить блузку, – сказала я. Я поморщилась, показывая, как мне не нравится мысль о том, чтобы ходить в грязной блузке весь вечер.

В те двери, из которых я надеялась выйти, вошла другая женщина. Она остановилась, прислушиваясь к нашему разговору. Темный взгляд метался от