Сердце истинного вампира - Северина Мар Страница 34

Помимо уродливого платья, Тамара заставила Катаржину надеть жуткие шерстяные рейтузы, длинную плотную кофту, валенки и тулуп, выглядевший так, словно почившая старая ведьма носила его каждый день – со дня свадьбы и до самых похорон. Катаржина злилась, понимая, как жалко сейчас выглядит. Она привыкла блистать и быть той, вслед которой мужчины сворачивают головы, а женщины завистливо поджимают губы. Теперь же стараниями Тамары она выглядела как уставшая и помятая, кое-как одетая тетка.

Сама Тамара, напротив, выглядела почти нарядно на ее фоне. Она надела теплую шубку из овчины и яркий зеленый платок, подчеркивающий ее травянисто-болотный цвет глаз и медные волосы. Якова она маскировать не стала. Дала ему черное шерстяное пальто и черный же свитер. Выбивавшиеся из-под воротника светлые волосы отливали бледным золотом.

Чем глубже они заходили в деревню, тем больше народу попадалось на пути. Суровые бородатые мужчины рыли лопатами снег, расчищая дорогу к домам, кто-то нес дрова, пахнущие сухим деревом, кто-то осматривал поваленные непогодой деревья, прикидывая, как лучше их распилить. Возле домов носились дети, похожие на меховые шары, укутанные в шубки и платки. Завидев Тамару, они махали ей ручками и громко кричали: «Здрасьте, панде Тамара». Она улыбалась и махала в ответ. Во дворах суетились женщины, что-то прибиравшие и сметавшие снег с крыльца. Лаяли, подвывая, собаки.

На Тамару все смотрели уважительно. Чувствовалось, что жители деревни ее ценят, но при этом побаиваются. Катаржину же словно вовсе не замечали. Потеряв привычный лоск и красоту, она не была никому интересна.

Зато появление Якова произвело фурор. Никто не осмеливался подойти к нему и тем более заговорить. Но на лицах людей, едва завидевших его, появлялось очень странное выражение: словно им явился призрак и они пока не знают, бояться его или спросить, каков он, иной свет.

Провожаемые десятками взглядов, они дошли до площади, окруженной приземистыми домами, сложенными из желтоватых речных камней.

– Это школа, больница, клуб, библиотека и деревенский совет, – кратко пояснила Тамара, указывая на здания.

Они вошли в стоявший по центру дом, выделявшийся среди остальных башенкой над входом, на которой располагалась колокольня. Деревенский совет. Внутри было холодно. Тепла, подаваемого мариевой станцией, не хватало, и высохшая старушка заталкивала в высившуюся в углу печь поленья, чтобы разжечь огонь.

Завидев их, она что-то неразборчиво пробормотала себе под нос и скрылась за неприметной дверцей.

– Это панде Рута. Она не любит чужих, – мимоходом пояснила Тамара.

Не раздеваясь, они прошли по узкому коридору с выкрашенными масляной краской коричневыми полами и такими же стенами. Покрытые инеем окна закрывали тонкие тюлевые занавески, а на подоконниках стояли горшки с засохшей геранью.

Тамара уверенно толкнула двойные двери в конце коридора, и они прошли в просторную комнату, в центре которой стоял длинный стол.

Похоже, они прервали какое-то собрание: сидевшие за столом резко замолчали и удивленно уставились на них.

– Панде Тамара, кого вы к нам привели?! – закричал пожилой сухощавый мужчина с козлиной бородкой. – Неужели это… это же вампир!

Глава 15

Катаржина почувствовала себя как в гимназии, когда за малейшую провинность ее волокли к директрисе, которая ее терпеть не могла. Ей не нравилось вот так стоять перед кем-то, кто ее оценивает и решает ее судьбу.

За столом сидело пятеро. Именно эти люди были советом деревни – теми, кто всем здесь заправлял.

Уже позже Катаржина узнала, кто есть кто. Старик с козлиной бородкой был пандером Збигневом, единственным на всю округу доктором, сухонькая немолодая женщина в очках – панде Корнелией, библиотекарем. Двое крепких приземистых мужчин с пышными бородами и усами, похожие, словно братья, были пандером Симоном, сержантом из Ведомства порядка, и пандером Тимоном, бригадиром лесорубов.

Среди этих уставших лиц выделялся мужчина, сидевший по центру. По сравнению с ними он был молод, чуть за тридцать на вид. У него была аккуратно подстриженная борода и крупные, яркие черты лица. Даже когда он сидел, было видно, что он высок и ладно сложен, с широкими плечами и прямой, наверняка мускулистой спиной. У Катаржины едва слюни не потекли при одном взгляде не него. Такие мужчины ей всегда нравились. Это был пандер Матеуш – староста деревни.

– Это… это же Яков… Откуда? Как он появился? – растерянно пробормотал он.

– Пришел сам в ночь перед началом бури, – ответила Тамара.

Ни смущенной, ни испуганной она не выглядела. Скинула шубку и платок, повесила их на вешалку в углу и, оставшись в нарядном голубом платье под теплой бордово-алой кофтой, она села на единственный свободный стул.

Катаржина поняла, что приютившая их учительница-ведьма и сама была частью деревенского совета.

Они с Яковом остались стоять перед всеми. Катаржина с трудом подавляла острое желание прижать к голове уши и поджать хвост. Она вдруг подумала, что во власти этой шестерки изгнать их из деревни и отправить вновь скитаться по зимнему лесу и беспроглядной тьме.

Ну и пусть! Они уже там были, и вернуться не так и страшно. Ни мрак, ни холод не могли убить ни оборотня, ни уж тем более тысячелетнего вампира.

Яков, до того стоявший молча, поднял глаза на старосту, буравившего его взглядом.

– Здравствуй, Матеуш, – сказал он. – Ты, выходит, занял место отца?

– Пришлось… – мрачно протянул тот. – Зачем ты вернулся?

– Так случайно вышло. Просто оказался рядом. Я уйду, как только…

– Савелий умер! – прервала его Тамара. – Его придавило в буран упавшей осиной.

Ее слова произвели на собравшихся эффект взорвавшейся бомбы. Все разом начали говорить, спрашивать, панде Корнелия заплакала, прижимая платочек к глазам, пандер Збигнев, стремясь всех перекричать, орал, что предупреждал и что давно нужно было выписать в деревню второго вампира – про запас.

– И кто будет обслуживать мариевую станцию? – кашлянув в кулак, спросил пандер Тимон, когда шум стих.

Все молча уставились на Якова. Если раньше они смотрели на него со смесью опаски и раздражения, словно гадали, как бы его прогнать поскорее, то теперь все изменилось: в глазах собравшихся зажглись надежда и расчет. Эти люди точно его знали и хорошо помнили его предыдущее появление в деревне. Хорошо бы кого-то из них расспросить обо всем.

– Яков согласен остаться и обслуживать станцию, – сообщила за него Тамара.

Все словно разом выдохнули.

– Это правда? – осторожно поинтересовался Матеуш.

Яков молча кивнул.

– Хорошо. Потом поговорим об остальном, – удовлетворенно сказал