Сундучок мертвеца - Дарья Сергеевна Гущина Страница 31

Ношт, попаду ли я в мастерскую в ближайшие дни?.. Я даже простейшие заказы силда Шутнара до сих пор не доделала.

Слово «съешь» всегда действовало на Горюшу благотворно. Змей моментально взвился в воздух и улетел в мастерскую, где хранились деньги — и мои, и отцовские. Половину отцовских я пожертвовала храму силды Речаны, а остальное берегла для питомца — в монетах осталось очень много силы. Чудотворчество Горюши мне сейчас крайне необходимо — не дёргать же смотрителей каждый раз, как мне понадобится обновить исподнее.

Я умылась и, пока жарилась яичница с зеленью и мелкими морскими гадами, набросала в справочнике размеры Тайнары — ростом она чуть ниже меня, в плечах шире... А обувь ей какую брать?

— Горюша, а ну-ка покажи девочку, — попросила я. — Сделай оттиск по тому, что вчера заметил.

Змей, набравшись силы и оттого сияющий больше обычного, плюнул на пол потоком солёной воды, и из лужи поднялся образ Тайнары. Размытый, в ряби, но поддающийся измерению. Я взяла новый грифель, обошла оттиск и сняла необходимые мерки. Записала всё в справочник и составила список необходимого. Для себя — тоже. И мне не помешает запастись местной серостью.

— Как поешь, слетай на соседние витки, поищи ближайшую к городским «мостам» одежную и обувную лавку, — я выложила на блюдце кусок яичницы. — Или общую, или две по соседству. Не будем нервировать смотрителей избыточной самостоятельностью.

Горюшка покладисто проглотил яичницу и исчез. Я задумчиво оглядела пустую кухню. Или Тайя владеет неизвестным вариантом «моста», или, как змей, умеет от страха сливаться с обстановкой, чтобы незаметно сбегать самым обычным «мостом». Но пока об этом лучше не спрашивать. Её умения и возможности — это явно то, что «вам нельзя».

Питомец вернулся, когда я позавтракала, приготовила вторую яичницу для девочки и оделась. Нужная лавка находилась на верхнем витке и прямо рядом с «мостом». Отлично. Я скормила Горюше ещё кусочек яичницы, накрыла завтрак колпаком, прихватила сумку, переобулась в общем коридоре, закуталась в плащ и вышла из дома.

— Твори круги на час, — я закрыла входную дверь и поставила защиту. — Штук семь. Не буду успевать — продлишь.

Круги — это очень сложное чудо, требующее много сил, но лучшей защиты я не знала. Змей покрутился, поплевался водяными струями, и, когда я закрыла калитку, на дороге рядом со мной появились семь одинаковых Малён.

— Нужные точки все приметил? — я осмотрела двойников и осталась довольна. Тела не рябят, а лица наполовину скрыты капюшонами.

Змей закивал, и Малёны неспешно отправились каждая по своим делам. Одна — к силде Веснаре, вторая — прогуляться по витку и полюбоваться окрестностями, благо погода располагала: сыровато, но безветренно. А остальные — со мной, к «мосту», чтобы после разойтись по окрестным лавкам. И попробуй отыщи настоящую меня.

На нас никто не обратил внимания. Я быстро накупила две сумки одежды и обуви, заодно набрала полотенец, салфеток и прочих необходимых в быту вещей, расплатилась и поспешила домой. Пока смотрители и правда не приставили ко мне очередного палача. И забавно это — с одной стороны, и не очень — если вспомнить про «Он нас убьёт…»

И часу не прошло, как я выбралась из «моста» на своём уличном витке. Двойники продолжали гулять по лавкам, и я тоже решила немного пройтись. Буквально до своего дома и вдоль ограды туда-сюда. Заодно вспомнила о подзабытом соседе, но так и не придумала повод для знакомства. И сосед не показывался — вообще, сколько я ни смотрела за уборкой в окна, ни разу не заметила, что дом обитаем. Двери и окна не открывались, в саду никто не появлялся.

Ладно, я сижу сиднем... Хотя у соседа тоже повод — не всякий смотритель спокойно относится к тому, как его боятся, особенно если он уже бывший. Может, тоже переживает, как добрейший силд Душнар.

Как же его из раковины-то вытащить?..

Тайя «вытащилась» на еду и некий знак, поданный отцовским сундучком. А сосед? Надо Горюшу отправить — понаблюдать.

— Понял? — шёпотом спросила я. — Дома теперь бояться нечего. Будешь наблюдать за соседом, раз уж нам и его поручили.

Змей покладисто кивнул.

За прогулкой я починила и почистила наговорами фонари вдоль своей ограды, а вот палую листву на скамейке и вокруг пока оставила. Хотя по городским законам надо убрать. Шуршащее коричнево-рыжее покрывало — хоть какое-то яркое пятно в местной серости. Сергород ужасающе однообразен. В следующую вылазку куплю яркие краски и разрисую хотя бы спальню и мастерскую.

Завтрак исчез, как и часть запасов печенья. Тайя появилась и исчезла, оставив после себя тщательно вымытую посуду. Я взяла с сушилки ещё влажную тарелку и задумчиво посмотрела на весело шелестящий фонтанчик. Девочка, по её словам, не владеет чудотворчеством, но посуду исправно моет. Руками. То есть не воды она боится, а чего-то другого.

Погружения? Старые страхи забытого раннего детства? Был у нас один такой парень на обучении — едва не утонул в детстве, и даже при слове «ванная» у него начиналась истерика. Он до смерти боялся погружения в воду, даже если воды всего-то по пояс. Возможно, у Тайи тот же случай.

Мы с Горюшей разобрали сумки, сварили и благополучно съели обед, обустроили вторую спальню и приготовили ванную, а после я отправила змея следить за соседом. Не то я никогда до мастерской не доберусь — то одно, то другое, то один, то второй... Надо хоть познакомиться в ближайшее время, а дальше пусть сам решает, приятельствовать или не надо, то есть хочет он «ловца» или нет.

В мастерскую я всё-таки заглянула — но быстро-быстро, чтобы выхватить из ближайшего сундука несколько мешочков со старыми пуговицами. Всё, сегодня доразберу отцовские бумаги и постараюсь вытряхнуть из Тайнары нужные ответы, а завтра с утра заведу ходики, и пошли все чужие дела штормовым морем.

Если я не начну нормально работать, то сначала перестану нормально спать. А что будет потом, даже думать не хочу. Силы скопилось столько, что она вот-вот рванёт из меня, как солёная струя из Горюши.

Надо отвлечься на полезную мелочь.

С этими мыслями я вернулась на кухню, налила себе большую кружку чая, достала ягодные конфеты (вот зачем я их попробовала? Теперь не понимаю, как жила без них столько лет) и рассыпала по столу пуговки. Чтобы убраться в храме, необязательно