Ледяной остров - Алексей Иванович Кудашев Страница 19

* * *

Преодолевая слабость и тошноту, Трофимов в сопровождении Байрамова вошел в кабинет Гасан-Нури. У дивана в напряженной тишине стояли люди. Они следили за каждым движением доктора, склонившегося над неподвижной Ольгой. Голова ее была забинтована. Красным маком алело пятно на повязке. Бескровное лицо осунулось, бледные губы плотно сжаты, глаза закрыты.

Спазма перехватила Трофимову горло.

– Да, положение серьезное. – Врач выпрямился, посмотрел на Гасан-Нури. – Нужен полный покой.

«Жива!» – мелькнула радостная мысль у Трофимова.

В стороне, у окна, в окружении нескольких человек стоял рабочий в спецовке и негромко, но возбужденно что-то рассказывал. Трофимов прислушался.

– …Я уже говорил, что в девятой скважине неожиданно отказал холодильник. Пришлось позвать Ольгу Петровну. Она приказала поднять аппарат. Мы подняли. Ольга Петровна отвинтила верхнюю крышку и вынула из аппарата стеклянный баллон. Ампулой она его назвала. Так вот эта ампула оказалась разбитой и пустой – наверное, когда спускали, то ударили обо что-нибудь и жидкость вытекла. Ольга Петровна сказала, чтобы я сходил за другой ампулой. Я было пошел, но она меня остановила и сказала, что сходит сама. Мне надо бы пойти с ней, а я вот остался, – как бы оправдывался рабочий. – Прошло минут десять, а она не возвращалась. Тогда я решил узнать, в чем дело. Не успел пройти и ста метров, как увидел бегущего навстречу мальчика. «Дяденька, скорей сюда!» – закричал он, и я побежал за ним. На тропинке у семнадцатой скважины возле кустов я увидел Ольгу Петровну. Она лежала лицом вниз. Тут я встретил вот его. – Рабочий указал на товарища. – И мы вдвоем принесли ее сюда.

Зазвонил телефон. Гасан-Нури снял трубку:

– Алло! Где вода? Много? Так. Ладно, примем меры. Продолжайте наблюдать.

– Ну вот что, товарищи, – обратился Гасан-Нури к рабочим. – Получите сейчас на складе запасную ампулу и немедленно приступайте к спуску аппарата в девятую скважину, а то ледяная пробка совсем растает и вода зальет промысел. В соседних скважинах снова появилась вода, правда, пока еще немного.

– Надо уменьшить давление в нагнетательных скважинах, – сказал Трофимов.

Все обернулись на его голос.

– Алексей Петрович, вы откуда? Что с вами? – спросил Гасан-Нури.

– Так, пустяки, – уклончиво ответил Трофимов.

Прибыла санитарная машина. Кириллову отправили в Приморск.

В комнате воцарилась тишина. Все подавленно молчали. За окнами сквозь шум дождя послышался сигнал подъезжающей машины, и вскоре в комнату вошли капитан государственной безопасности Винокуров и лейтенант Мамедов.

Глава девятая

Доктор сделал Трофимову новую повязку. Ранение оказалось неопасным. Кожа на голове была разрезана ветровым стеклом. От потери крови, отравления выхлопными газами и парами бензина у Алексея Петровича темнело в глазах.

– Это ваша машина осталась на шоссе? – спросил Трофимова капитан Винокуров.

– Да. Потерпел аварию. Не случись такой беды, не было бы и этого несчастья с Кирилловой.

Винокуров насторожился.

– Вы как себя чувствуете, Алексей Петрович? Могу я с вами сейчас поговорить?

– Конечно.

Пройдя в соседнюю комнату, Трофимов рассказал капитану о своих ночных приключениях.

– …И вот, до машины, за которой я гнался, осталось не более двухсот метров. Тут меня бросило в сторону… Очнулся я, когда Байрамов со своим шофером уже перевязывали мне голову, – закончил Алексей Петрович.

– Причиной аварии был прокол обеих левых шин. Прокол исключительный в своем роде. Товарищ лейтенант, – обратился капитан к Мамедову, – принесите ту цепочку, что мы подобрали. При такой скорости и при таком положении нельзя было тормозить. Вот какую игрушку подбросили вам эти господа. – Капитан протянул странного вида металлическую цепь, звенья которой с одной стороны имели острые шипы. Каждое звено этой цепи было похоже на ваньку-встаньку: как ее ни бросай, шипы всегда будут торчать вверх.

– Алексей Петрович, – продолжал капитан после паузы, – вам известно, что в руки врагов попала часть холодильного аппарата?

– Да. Ампула.

– Это очень серьезно?

Трофимов понял вопрос.

– Нет, не в ней секрет.

– Часы вашей машины шли правильно?

– Часы точные.

– Так. Остановились они в одиннадцать часов двадцать минут. Значит, в это время вы потерпели аварию.

– Да, примерно. – Алексей Петрович поморщился от боли.

– Странно, очень странно, – вслух подумал Винокуров.

И, обратившись к Трофимову, добавил:

– Вас нашли в половине первого. Неужели за час с лишним по шоссе не проследовала ни одна машина?

– Товарищ капитан, – вмешался Байрамов, – шоссе было закрыто. Ремонт. Меняли настил моста у Зеленого мыса.

– Ну, это – другое дело. Товарищ лейтенант, уточните когда закрыли шоссе, и попытайтесь узнать, какие машины прошли через Белые камни со стороны Приморска между двадцатью тремя часами двадцатью минутами и двадцатью тремя часами тридцатью минутами и куда они направились. Да попросите сюда Гасан-Нури.

Лейтенант, взяв под козырек, вышел.

– Ну, спасибо, Алексей Петрович. Вы сообщили очень важные сведения. Не буду вас задерживать. Желаю быстрого выздоровления!

Директор промысла Гасан-Нури и рабочие сообщили немногое. Мальчика, который привел рабочего на место покушения, никто не знал. В темноте рабочий даже не рассмотрел его как следует.

– Ничего, – сказал капитан, – утром мы его найдем. Может быть, он знает больше.

Вошел Мамедов.

– Ну?

– Товарищ капитан, шоссе закрывалось всего на час. Машинист ремонтного комбайна сообщил, что перед сменой моста у Зеленого мыса в сторону Белых камней проследовали две автомашины – тяжелый самосвал и лимузин с двойными фарами. Точное время он не помнит. Говорит, что в начале двенадцатого. Дежурный милиционер в Белых камнях также утверждает, что в половине двенадцатою видел машину с двойными фарами. Она прошла через поселок с большой скоростью в направлении Светлых озер. Он говорил, что днем обязательно задержал бы ее за недозволенную скорость в населенном пункте, но ночью не сделал этого, потому что улица была пуста. Номер машины двадцать пять – двадцать. Это консульская машина. Десять минут назад она вернулась в Приморск.

– Понятно, – протянул капитан. – В город она не могла вернуться по Приморскому шоссе. Единственный ее путь лежал Через Светлые озера и горное шоссе. Выходит, что за час машина покрыла расстояние около семидесяти километров. Вряд ли она где-нибудь задерживалась надолго… Сколько человек было в машине, не удалось установить? – прервал капитан свои размышления.

– Милиционер заметил только водителя.

– Странная прогулка.

В это время дверь комнаты отворилась, и на пороге неожиданно появился мальчик лет двенадцати. Очевидно, он быстро бежал: дыхание было частым и неровным. Вода стекала с его одежды.

– Ты к кому? – спросил Мамедов.

– К нам, к нам, – улыбнулся Винокуров.

– Можно, товарищ капитан? У меня очень важное дело, – еще не отдышавшись, сказал мальчик, подходя к столу. – Здравствуйте!

– Здравствуй! Как тебя звать?

– Горохов Ленька. Леонид Константинович.

– Ну, садись, Леонид Константинович, – улыбнулся капитан. – Рассказывай!