Воины Пустошей Хаоса - Клинт Ли Вернер Страница 90

Тварь продолжала кружить вокруг Эйнара. Теперь до берсонлинга донеслось низкое угрожающее шипение. Ему доводилось слышать этот звук раньше, когда он в юности охотился со своим отцом и старым Сванром. Случалось, голодные саблезубы воровали подранков — лосей и оленей. Некоторые охотники рассказывали невероятные истории о диких схватках с массивными кошками, решившими поохотиться на самих охотников. Эйнар был уверен, что большая часть подобных историй — ложь, хвастливые байки, рассказанные теми, кто слишком стар или немощен для настоящей славы, завоеванной в набегах. Правда эта его уверенность поколебалась одним холодным зимним утром, когда погиб его отец: саблезуб мощными челюстями расколол ему череп. Эйнар, которому тогда было всего лишь двенадцать лет, видел, как крупный кот утаскивает отца, легко взбираясь на высокое дерево. В тот день охотники-берсонлинги не смогли его преследовать. Того кота он выследил с одним только копьем и кинжалом, и это стало для него обрядом посвящения.

Эйнар взмахнул кинжалом, который он смастерил из посоха Альвкелла.

— Стой, старый воришка! — воскликнул норс. — Сегодня у меня нет с собой копья, но ты все равно убедишься, что я уже не мальчик. Я — Эйнар Сигданссон и ты должен дать мне пройти!

Голос Эйнара разорвал тишину ночи, и ледяной тигр остановился. Тело его напряглось, большой кот оскалился, обнажив клыки. Эйнар ответил зверю таким же свирепым оскалом.

— Возвращайся назад в свои тени, — велел он зверю. — У меня нет времени на игры с тобой.

Казалось, ледяной тигр понял его слова и повернул было голову в сторону деревьев. Но охота была скверной, и живот у зверя подвело от голода; быстро развернувшись, саблезуб снова зарычал на Эйнара.

— Что ж, значит, один из нас сегодня встретится со своими предками, старый воришка, — поклялся Эйнар.

Саблезуб и человек атаковали друг друга почти одновременно, сцепившись под куполом морозной ночи. Массивные лапы тигра впились в Эйнара, острые когти пытались продраться сквозь тяжелые меховые одежды. Клыкастая кошачья пасть щелкнула у горла, но клинок воина был наготове. Острый край кинжала коснулся морды ледяного тигра, и один из массивных резцов отлетел прочь. Саблезуб взвыл от боли и уперся в Эйнара всеми четырьмя лапами. Сила всех конечностей кота была слишком велика, чтобы ей противостоять: зверь высвободился и упал в снег

Однако не успел Эйнар среагировать, как противник пришел в себя. Едва упав, ледяной тигр снова бросился на берсонлинга. Эйнар попытался приготовиться к атаке, но трехсотфунтовое тело врезалось в него со скоростью молнии. Эйнар обхватил тушу саблезуба и почувствовал, что падает. Он увлек кота за собой в надежде раскроить его череп о заледеневшую землю. Ледяной тигр тоже боролся, царапаясь длинными когтями; в безумной попытке освободиться он располосовал Эйнару ногу. Несмотря на боль, Эйнар крепко держал животное, зная, что стоит ему ослабить хватку, как тигр снова попробует в него вцепиться. Он попытался ударить зверя итильмаровым лезвием в шею, но смог лишь поранить плечо.

Боль еще больше разъярила тигра: его попытки освободиться стали более неистовыми. Человек и зверь катались по снегу в схватке, которая могла окончиться только смертью. Эйнар чувствовал, как под их общим весом сминаются низкорослые кусты, как острые камни и ломающиеся ветки впиваются в тело. Затем земля внезапно отступила, и они покатились по крутому склону. В ушах Эйнара зазвенел тигриный вопль; они неслись вниз по заснеженной скале, и звезды с деревьями, казалось, падали вместе с ними. Они летели все быстрее и быстрее по замерзшему склону холма. Затем последовала внезапная остановка: земля снова выровнялась. Прежде чем Эйнар преодолел головокружение и пришел в себя, тигр вырвался и отпрыгнул в сторону. Воин увидел на снегу шатающийся стройный кошачий силуэт: тигр тоже пытался прийти в себя.

Эйнар встряхнулся, чтобы прояснилось в голове, и понял, что обе его руки пусты. Кинжал! Он потерял клинок провидца во время падения! Саблезуб скорчился, пытаясь зализать шершавым языком поврежденную челюсть. Убежит ли он, отступит в свое логово, чтобы зализать раны? Нет. Эйнар видел, что зверь полон злобы, причем злобы почти человеческой. Как только кот вспомнит, кто ранил его, он снова нападет. Без клинка Альвкелла у Эйнара не было шансов. Зигдан плюнул бы на него, если бы Эйнар позволил саблезубу себя одолеть. Ни один норс не станет уважать сына, который не смог найти смерть благороднее, чем смерть собственного отца.

Воин отвернулся от рычащего зверя, вскользь посматривая на него и отчаянно обшаривая взглядом снег. Они приземлились на какой-то поляне, почти лишенной листвы. За исключением того места, куда они упали, снег оставался нетронутым. Единственной примечательной частью поляны был массивный черный камень; Эйнар окинул его взглядом и понял, что он слишком гладкий для того, чтобы на него взобраться. В любом случае он отверг эту идею: куда бы он ни залез, ледяной тигр лазает лучше него. Единственная надежда — найти хоть какое-нибудь оружие.

Краем глаза Эйнар заметил, что саблезуб снова повернул к нему голову, зашипел и подобрался, собираясь с силами. Эйнар развернулся к коту. Если ему суждено погибнуть, он умрет, как отец, глядя смерти в глаза. По крайней мере, это было в его силах. Ледяной тигр зарычал, принимая вызов. Что-то блестящее на снегу привлекло внимание Эйнара. Продолжая наблюдать за тем, как саблезуб готовится к атаке, Эйнар присел на корточки и вытащил кинжал из земли. Эйнар не стал задумываться о том, как кинжал упал на поляну. Знал только, что с клинком в руках у него снова есть шанс.

Кот не стал дожидаться, пока Эйнар поднимется с колен, и ринулся вперед, клацая зубами. Стройное мускулистое тело мелькнуло в воздухе. Не поднимаясь, Эйнар ударил атакующего кота клинком. Ледяной тигр врезался в него, опрокидывая на спину; от удара каждая кость в теле Эйнара отозвалась болью. И все же, перевернувшись на бок, Эйнар увидел, что его удар оказался более эффективным, чем атака хищника.

Зверь дрожал в центре алого пятна на снегу: Эйнар своим клинком отсек ему переднюю лапу. Воин с уважением посмотрел на раненого тигра, понимая, насколько близок был тот к тому, чтобы его убить. Несмотря на боль, пронзающую все тело, Эйнар поднялся на ноги. Такой грозный зверь не заслуживал долгой смерти от боли и ран. Эйнар должен был убить ледяного тигра подобающим образом. Когда он приблизился, кот оскалился и попытался его ударить,