Старатель. Книга 1 - Алексей Анатольевич Рудаков Страница 47

Оп-па…

А Рафик, стало быть, в курсе где я был. И откуда такие познания?!

– Да нормально всё, – пожимаю плечами, разглядывая коллекцию стволов на стене за его спиной: – А Гоша… Нет, уж прости, – развожу руками: – Мы особо-то и не общались, я так, мимо проходил.

– Загордился, Гоша-то, – вздыхает Рафик: – Крут стал, как же – Коровку держит. Вай, нехорошо! Нэхоршо старых друзэй забывать!

Продолжая разглядывать стволы примечаю грусть на лице Рафика.

Играет? И акцент включил для правдоподобия? Или нет – вправду расстроен, что приятель весточку не передал? В любом случае – это надо запомнить. Пригодится, так, или иначе.

– Ты мне тот ствол не покажешь? – Углядев на стене пистолет- пулемёт, точно такой же, что дал мне Солёный, вытягиваю руку, но Рафик лишь морщится.

– Этот? Не стоит и руки пачкать. Вот лучше глянь, – на прилавок ложится странного вида оружие, плавные обводы которого выдают вполне современные технологии производства.

– Пистолет-пулемёт. Практически последняя модель, – принимается расхваливать товар продавец: – Схема – булл-пап, магазин на полсотни патронов. Оптику можешь поставить, – он гладит высоко поднятую над корпусом универсальную планку.

– Да-ка, – взяв оружие в руки примериваюсь. Да, ствол неплох. Хорошо лежит в руках, пластик приклада упруг, но…

– Центр тяжести высоко, а прицел сверху воткнуть – так вообще хрен куда попадёшь, гулять зверски будет, – подвожу итог, возвращая пистолет-пулемёт продавцу.

– Так ты короткими бей! Зачем длинной лупить?! А что до гулять – так это от рук зависит, – пожав плечами, Рафик возвращает оружие на стену: – В сильных руках как влитой сидеть будет.

Здесь он прав. К сожалению. У меня и тот ствол, что Солёный дал, всё норовил из рук выскочить. Но этот красив и я, не сдержав любопытства, киваю на него:

– Сколько?

– Тридцать.

Вздыхаю – у меня едва половина той суммы наберётся.

– Ты вечером в Бар приходи, – прекрасно поняв мой вздох, Рафик меняет тему: – Там твой дроид шоу давать будет.

– Да не мой он, – ещё раз полюбовавшись на ствол, направляюсь к выходу: – Сам он по себе, свободный, то есть.

До вечера я валяюсь на продавленном диване в одной из свободных квартир, а затем, как вечер начинает вступать в свои права, направляюсь в Бар, чтобы с удивлением увидеть почти до отказа забитое помещение.

Да, виной тому был Бродяга.

Устроив местным развлечение с танцами, я сейчас про первый день нашего здесь появления, он, неожиданно доя себя, а меня и подавно, открыл в себе способности ди-джея и конферансье, что и привело ситуацию к текущему положению вещей, когда я вновь остался один.

А что делать? Не лишать же товарища, пусть и электронного, того, что дарует ему радость? Конечно, я бы мог настоять, и он бы меня послушался, но… Но я решил иначе. Пусть живёт как хочет – заслужил. Да и прошлый раз, когда нам удалось запихнуть его разум в тело умершей красотки, тогда ведь так же всё произошло – покинул он, или она меня. Нет, всё же как не крути, а река Времени, всё одно события в верное русло загонит. Так чего зря трепыхаться? Уж лучше пусть всё своим чередом идёт.

А оно и шло, и, признаю, что Бару, что городку, эти изменения пошли на пользу.

Так, Бар, прежде оценённый мной крайне низко, сейчас сверкал чистотой, дешёвые пластиковые столы обзавелись яркими скатертями, и не важно, что те тоже были пластиковыми, а на стенах, где прежде криво висели выцветшие плакаты с полуголыми девицами, теперь красовались картины, пусть и в потрёпанных рамах. Пара пейзажей, закатный лес, да морской прибой, где сидящий на скале краб словно прикрывался клешнями от поднятых волнами брызг.

Не густо, но душевно и как-то уютно.

Кто их приволок я не знаю, ну откуда мне знать всех местных, но то, что за картины они получили места в первом ряду, выторговав у дяди Бори этот бонус, вот это я знал наверняка. Я, не буду скрывать, тоже сидел в первом ряду, то есть столик мой стоял среди тех, что расположились ближе других к пустому пространству, выделенному под танцы, над центром которого и завис Бродяга.

Ну а как же – бонус для лучшего друга от новоявленной звезды Солар-сити, послушать шутки которого, и потанцевать под свежие мелодии, сюда стекались все обитатели окрестных поселений.

Скажу честно, и не ожидал что Бродяга, которого я, опять же, как мне казалось, загружал работой на борту корабля по самое немогу, ещё имел время для закачки свежих мелодий и острот. Теперь это уже не важно, но тогда, вечером, когда мы отбили атаку зверья после падения Купола, тогда я просто охренел.

Ну да ладно. Теперь это былое.

До начала шоу было ещё минут десять и я, привалившись к стене, ковырялся вилкой в тарелке, подбирая с неё жаренные грибы, уложенные кругом вокруг тушеного кролика, пришедшегося мне по вкусу больше чем курица, или кабанятина.

– Привет, – Бродяга, подлетевший ко мне, приветственно взмахнул гибким манипулятором: – Ты как?

– Да помаленьку, – пожимаю плечами: – Кручусь. А ты всё звездишь?

– Выступаю.

Публика начала гудеть, требуя начала шоу и он отлетел в сторону, вытянув ко мне манипулятор, увенчанный небольшим динамиком и горошиной микрофона.

– Почтеннейшая публика! – Хорошо поставленный баритон моментально привёл Бар к тишине:

– Не извольте беспокоиться и нервничать, ибо Мыыы… Начинаем!

Заиграла бодрая музыка, встреченная аплодисментами, а из динамика, зависшего менее чем в сантиметре от моего уха, раздался голос Бродяги:

– Не могу сказать, что много накопал, Сэм.

– Вываливай! – Принимаюсь барабанить пальцами по столу в такт музыке, одновременно рассеяно улыбаясь и время от времени кивая. Теперь любой, бросивший на меня взгляд, будет уверен, что Бродяга делится со мной свежими сплетнями, спеша ввести отсутствовавшего друга в курс последних событий.

– Михалыч из бывших особистов. Знаю, – спешит продолжить Бродяга: – Бывших не бывает, но он практически последний из своей структуры. Пытается наладить старый порядок и возродить сеть. Агентурную. С кем-то, вне моего доступа, контактирует.

– Знаю. Дальше.

– Лидер Чёрного Заката. Имя неизвестно, позывной – Лис. В прошлом оппозиционный журналист. Михалыча на дух не переносит. По старой памяти. Лис адекватен, разумен, хорошо идёт на контакт, преследуя свои цели, а своего он добиваться умеет.

– Тоже знаю, – киваю в такт музыке: – Фёдором его зовут.

– А чего тогда я стараюсь? – В голосе моего агента слышно раздражение: – Распинаюсь тут, а тебе и так всё известно.

– Дальше давай, – пропускаю его слова мимо ушей: – По обломкам чужого корабля узнал что?

– Они есть, но это ты