Фантастика 2026-152 - Николай Дмитриевич Соболев Страница 29

— Не извольте беспокоится, отличное трико! Синее, красное, черное!

— Черное и синее давай.

— Довоенный запас! — живчик выдернул с полки рулон, развернул его и отработанным жестом провел рукой по ткани.

Борис нахмурился и пощупал — ну никакого понимания в тряпках, это же не металл, с которым он всю жизнь работал!

— Товарищам революционерам большие скидки! — продавец заискивающе ловил мрачный взгляд Бориса.

— Глянь, Нестор! — отчаялся Вертельник.

— Да чего глядеть, пятьдесят аршин давай.

— Черного или синего?

— Лучше черного.

Сгодился бы и ситчик подешевле, только балаклавы из него торчат мешком на голове, а для облегания нужна именно эластичная ткань, выбор которой в начале ХХ века совсем небогат. Собственно, и балаклавы своего рода излишество, но хотелось нагнать страху и запустить жуткие слухи по всей губернии.

Швейные машинки в селе имелись, колпаков с тремя дырками нашили за неделю, а когда два мешка балаклав притащили в Совет, начался цирк. Взрослые дети — Вертельник, Лютый, даже Савва с Кратом — напялили их на головы и ржали, тыкая друг в друга пальцами, к полному обалдению Татьяны. Да и моему тоже:

— Як диты… А ну, хлопцы, кончай базар, за дело!

Но отобрать и сложить обратно в мешки удалось далеко не сразу — разыгрались и не хотели отдавать. И потом еще дня три пугали друг друга, напрыгивая из-за углов или подкараулив в темном закутке.

А путейцы готовили поезд Предревволсовета — вагоны для десанта и пулеметов. Водитель изнылся и теребил меня каждую минуту, требуя взять в экспедицию его с машиной, дескать, нужен ремонт, который могут сделать только в городе. Прикинул — авто сразу дает плюс сто к авторитету, но уж больно геморройная вещь. Искать платформу, ладить сходни, загружать-разгружать, тащить горючку… А своим ходом — так запросто может встать посреди дороги. Нет уж, мы по старинке.

Погрузка в этот раз прошла куда успешнее, не зря унтеров и прапорщиков впрягали. Некоторые молодые бойцы жаловались, что сильно гоняют и нагружают, но старшее поколение, особенно отслужившие, в один голос нас поддержали. А я еще и всех членов группы и всех депутатов Совета убедил участвовать в военной подготовке. Во всяком случае, теперь разобрать-собрать мосинку сумею, шашку из рук не выроню и при необходимости из «максима» врезать смогу.

Прибыли в Александров с шиком, на главный перрон — путейцы расстарались. Выгрузились еще лучше, чем погрузились и потопали по городу кто куда: основная группа на Соборную улицу (Марио идет грабить банк!), а технари — на завод «ДюКо», искать мастеров, кто нам дискотеку сделает.

Над городом все так же возвышалась пожарная каланча, с которой нас проводил взглядом дежурный в медной каске, все так же гордо торчали башенки городской электростанции, все так же гудели на ветру десятки телефонных проводов между столбами на центральных улицах. Новым в пейзаже были расклеенные по всему городу плакаты с текстом Универсала Центральной Рады. После необходимых демократических реверансов и сетований по поводу безвластия в столицах левобережный и правобережный народ оповестили о том, что он теперь проживает в Украинской Народной Республике.

Далее, разумеется, шел пассаж о принятии на себя тяжкого бремени власти, кто бы сомневался:

До Установчих зборів Украіни вся власть творити лад на землях наших, давати закони і правити надлежить нам, Украінській Центральній Раді, і нашому правительству — Генеральному Секретаріятові Украіни.

Заодно обозначили и свои территориальные пределы, весьма скромно для начала:

До територіі народньоі Украінськоі республики належать землі, заселені у більшости украінцями: Киівщина, Поділля, Волинь, Чернигівщина, Полтавщина, Харьківщина, Катеринославщина, Херсонщина, Таврія (без Криму). Остаточне визначення границь Украінськоі народньоі республики, що до прилучення частин Курщини, Холмщини, Вороніжчини і сумежних губерній і областей, де більшість населення украінська, має бути встановлено по згоді організованоі волі народів.

Но аппетит приходит во время еды.

И Крым захотят, и Донбасс с Белгородчиной, и южную часть Белоруссии, и даже Кубань. Но на этом не остановятся — Воронеж и Зеленый Клин на Дальнем Востоке соврать не дадут, на них претензии тоже были.

Вот почему так? Как только некая нация добивается независимости, так сразу же начинаются разговоры о создании своей «Великой» версии. Отбились греки от турок — сразу же задумались о Большой Греции, чтоб с побережьем Малой Азии, всеми островами, Фракией до Стамбула, Македонией и куском Албании. Отбились от турок болгары — то же самое, подайте нам всю Фракию и всю Македонию с Добруджей! Сербы ничуть не лучше и тоже на Македонию зарилась. Армяне далековато, на Македонию не претендовали, но Армянское нагорье чуть ли не до Сирии с Алеппо не отказались бы прибрать.

Можно подумать, что это турки-османы так плохо влияли, так нет — в Финляндии, немедля по обретению независимости, начали бродить мысли «А не объединить ли нам все угро-финские земли аж до Урала?» Те же поляки сколько с «границами 1792 года» бегали?

Плохо, когда большое государство распадается. Мало того, что связи рвутся с кровью, с мясом, так еще все со всеми грызню начинают — где чья земля. И в гражданскую так было, и в девяностые, что у нас, что в Югославии, насмотрелся. И потому белогвардейский лозунг «Единая, неделимая» не то, чтобы разделяю, но понимаю.

В контору Азово-Донского банка я вошел тихо и скромно. Но вот хлопцы, числом человек двадцать, слишком громыхали сапогами и винтовками, а уж надетые на них балаклавы вообще привели служащих в состояние тихой паники.

— Добрый день, господа, — подошел я к окошку.

— Ва-ва-ва… — ответил молодой человек в конторских нарукавниках.

— Полностью с вами согласен, погода нынче просто великолепная. Но, к сожалению, времени разговаривать о погоде у нас нет, а вот повидать управляющего хотелось бы.

Нервы у главы отделения оказались покрепче, чем у его сотрудников: глаза не бегали, пот не выступал, только слегка гуляла рука, которой он принял мандат. И это несмотря на мой черный френч, черную портупею и черный пистолет в черной кобуре, не считая двух ребят, вставших с винтовками «к ноге» у двери.

— Сколько? Что? — глаза управляющего вылезли на лоб. — Нет, это… это никак невозможно, поймите, товарищ…

— Махно. Нестор Махно.

— Да, товарищ Махно, это должны решать директора…

— Вот и вызовите их срочно, а пока…

На стол грохнулся диск от «льюиса», набитый патронами.

— Вы знаете, что это?

— Н-нет… Что-то военное?

— Магазин к